Тайна античных свитков - Айрис Джоансен

— Посмотрим. Чем больше на тебя смотрю, тем скорее хочется взяться за дело. — Он открыл дверь и жестом пригласил ее в соседнюю комнату. — Ты интересный объект для воздействия. Сама подумай: сколько еще женщин осмелились бы застрелить Марио Донато? Что до золота, то давай взглянем на твои действия в последние несколько лет. Ты совершенно очарована Цирой. Эти раскопки в Геркулануме, твоя одержимость свитками… Каждый день, смотрясь в зеркало, ты видишь ее. Возможно, в глубине души ты хочешь оградить от посягательств ее и ее сокровища. Может быть, ты даже знаешь, где они лежат, и просто ведешь себя эгоистично. А может, сама того не ведая, ты уже наткнулась на ключ к разгадке, который приведет нас к цели. — Рейли улыбнулся. — Но при наличии времени мы это исправим. Мои возможности практически безграничны. — Его глаза заблестели. — Предвкушаю удовольствие!

У Джейн мороз побежал по коже. Рейли почти убедил ее, что ему это под силу. А самое страшное то, что ему пока невдомек, насколько на самом деле ей близка Цира. Он не знает про ее сны…

— Это все пустые мечтания, Рейли. Даже не верится, что вы подбили Марио привести меня к вам, не имея никаких доказательств моей осведомленности.

— А ты поверь. И доказательства у меня имеются. Иди сюда, увидишь, как жила Цира. — Он обвел жестом ряды полок, залитых мягким светом. — Я уже двадцать лет собираю древности из Геркуланума и Помпеи.

Коллекция ее действительно впечатлила. Великое множество самых разных артефактов, от керамики и грубых ножей до свитков и каменных барельефов с изображением весьма откровенных сцен.

— Вам бы свитки Юлия Пресебия посмотреть! Тоже порнушкой увлекался, — зло проговорила Джейн.

— Имел право. Правила всегда устанавливает хозяин положения. А я действительно отождествляю себя с Пресебием. У нас с ним много общего. — Он повел ее дальше. — Но ты пропустила самый интересный экспонат. — Они подошли к какой-то витрине. — Твой личный вклад.

— Какого черта вы… — Девушка осеклась. — Господи! Ее тетрадь для рисования. Та, что стащил у нее Тревор два года назад. Ее волновали только рисунки Тревора, она боялась, что выставила напоказ свои чувства к нему. Рисунка, который Рейли сделал экспонатом своей «выставки», она даже не помнила.

— Фантастика, правда? — прокомментировал Рейли. — Совпадает до мельчайших деталей. Не верится, что это не с натуры.

Это был портрет Циры, один из многих, которые она сделала тогда, четыре года назад, вернувшись из Геркуланума. Она изобразила Циру в профиль, стоящей в дверях комнаты с каменными стенами, на выступах которых были расставлены всевозможные вазы, сосуды и драгоценности. По дальней стене был детально прорисован приоткрытый сундук, полный золотых монет.

Девушка провела языком по губам.

— С натуры? Прощу прощения, но я не имела возможности зарисовать это место с натуры две тысячи лет назад.

— Но ты могла найти ее потайную комнату и нарисовать.

— Это безумие. Этот рисунок — плод моей фантазии от начала и до конца.

— Возможно. Но я его долго изучал. Провел изыскания и установил, что такие бороздчатые породы присутствуют в горах неподалеку от Геркуланума. Я же говорю, поражает знание и точность деталей на твоем рисунке.

— Откуда у вас моя тетрадка?

— Грозак выкрал ее из гостиничного номера Тревора и переслал мне. Решил, она может меня заинтересовать. — Он улыбнулся. — И не ошибся. Из этой тетрадки много чего можно почерпнуть.

— Послушайте, мне ничего про золото не известно!

— Это мы посмотрим. Не пройдет и пары месяцев, как я буду знать все, что знаешь ты.

Он показал на стеклянный контейнер, выставленный на отдельной полке.

— Тут есть монеты, которые стоят целое состояние. Но я так и не нашел ту, которая заставила самых уважаемых нумизматов завидовать мне. Я о ней мечтаю уже много лет. И ты можешь поспособствовать моему окончательному триумфу.

— О чем это вы?

— Я говорю об одной монете из тех тридцати сребреников, которые получил Иуда за предательство Христа. Кошель с этими сребрениками мог находиться все в том же сундуке Циры.

— Что за чушь!

Рейли кивнул на какую-то книгу.

— Если верить слухам, дошедшим до нас сквозь века, то вовсе не чушь. Вот была бы удача! — Он улыбнулся. — И все будет мое. Золото, слава, изваяние Циры, украденное у меня Тревором.

— Нелегко вам будет выкрасть все это, находясь в Северной Корее.

— У меня в любом уголке земли есть люди, готовые исполнить любое мое желание.

— К тому времени статую уже заберет Макдаф. Он тоже помешан на Цире.

— Это мне известно. Пару лет назад он мне чуть дорожку не перешел, когда мы за одним и тем же документом охотились.

— За каким еще документом?

Рейли кивком показал на толстую папку в углу нижней полки.

— Оригинал у меня в сейфе, а перевод здесь. Этот текст перевернул мои представления о Цире и ее золоте. — Он улыбнулся. — Если будешь меня слушаться, я покажу тебе этот текст. Конечно, когда добьешься результатов в своей подготовке.

Она напряглась:

— Я для вас ничего делать не стану! Он хмыкнул:

— Какая непочтительность! Будь на моем месте Грозак, ты бы уже схлопотала по физиономии. Но я не Грозак. — Он повернулся к вошедшей Ким: — Пусть Нортон сходит туда, где рвануло. Если Тревор еще жив, пускай добьет.

— Нет! — У Джейн потемнело в глазах. — Вы не можете это сделать!

— Могу, и еще как. Я все могу, заруби себе на носу. Иди же, Ким! Та направилась к выходу.

— Нет! — завопила Джейн.

— Ну что ж, сделаю для тебя исключение. Если попросишь как следует, могу отменить приказ. — Он улыбнулся. — Но тебе придется сказать «пожалуйста».

Он злорадно смотрел на нее, ожидая, что она сдастся. Пойдет на поклон. Джейн захотелось свернуть ему шею.

Но гордость — не та цена, которую стоит платить за жизнь Тревора.

— Пожалуйста, — процедила она сквозь зубы.

— Не слишком вежливо, но будем считать, урок ты усвоила. — Он жестом отпустил Ким. — А вот Цира скорее бы позволила убить Тревора, чем стала бы плясать под мою дудку.

— Нет, не позволила бы. Она бы уступила, чтобы дождаться своего часа и отомстить.

— Ты так уверенно это говоришь… — Он вздернул голову. — Интересно! Очень интересно!

Джейн опять ощутила холодок по спине. Да, несомненно, Рейли умен. В считанные минуты умудрился подчинить ее своей воле, а ведь она была уверена, что ни за что не поддастся.

— Ты боишься, — ласково проговорил он. — Поначалу всегда так. Это первый шаг. Я должен найти ключик и повернуть его. Ты боишься не за себя, а за Тревора. Вот будет жалость, если он и впрямь погиб. Он мог бы стать бесценным инструментом. — Рейли повернулся и поставил портфель на стол. — Но есть еще Джо Куинн и Ева Дункан. — Он бережно перекладывал кляссеры с монетами в портфель, потом сунул туда же документы из ящика. — Раз есть один эффективный инструмент — будет и другой.