Жди меня - Стелла Камерон

Минерва вздрогнула, но не сдвинулась с места. Не собираясь капитулировать, она протянула руку и коснулась спины Грея, ожидая, что он оттолкнет ее.

Грей не отстранился.

– Чего ты хочешь? – тихо спросил он зловещим голосом. – Только отвечай честно.

– Чтобы ты следовал за мной.

Грей так и напрягся под ее ладонью.

– Следовал за тобой?! Куда?

– Куда я поведу тебя – конечно, если ты согласишься довериться мне. Ты мне доверяешь?

Ее босым ногам стало холодно, но она не сдвинулась с места.

– Так ты доверяешь мне, Грей?

– Да, – прошептал он.

– Тогда дай мне руку и иди следом.

Не дождавшись ответа, Минерва сама взяла Грея за руку и, закрыв дверь, повела его в спальню.

Остановившись у камина, возле таза с водой, Минерва сбросила на пол плащ, опустилась на колени и жестом попросила Грея сделать то же самое.

Стоя лицом к лицу с Греем над холодной чистой водой, Минерва произнесла:

– Дай мне рубашку.

Грей подчинился, не отрывая от нее взгляда. Положив ветхую ткань на ладони Минервы, он просто пожирал глазами ее губы. Посмотреть ниже, на алую тунику и серебристый нагрудник любимой, он не решался.

Она между тем разорвала рубаху и протянула один из лоскутов Грею.

– Я много читала о свадебных ритуалах, – объяснила она. – Почему бы нам не изобрести свой? Крещение происходит в воде, потому что вода символизирует жизнь. Эта вода тоже символ жизни, совместной жизни мужа и жены.

Грей приоткрыл рот, но не издал ни звука.

– Над этим тазом с водой, – продолжала Минерва, обмакивая в воду свой обрывок ткани, – мы принесем друг другу клятву.

– Клятву стать мужем и женой? – уточнил он еле слышно.

– Да, вступить в брак, который будет совершен по законам Бога и человека, как только придет время.

– Я обязан позаботиться о тебе, – сказал Грей.

– А я о тебе. – Минерва выжала ткань и потянулась к любимому. Она омыла его лицо и шею, набрала пригоршню воды, и он склонил голову над тазом, чтобы помочь ей смочить его волосы и затылок. Покончив с этим, Минерва поднялась и подошла к нему, чтобы стереть влагу.

Грей вздрагивал от каждого ее прикосновения.

Чуть позже осторожно, но настойчиво он заставил Минерву опять встать по другую сторону таза и опуститься на колени. Кончиками пальцев, смоченных водой, он пригладил ее волосы и коснулся щек.

– Возьми ткань, – посоветовала Минерва, расстегивая красную тунику. – Я тебя умыла, теперь ты должен умыть меня.

Непослушными пальцами Грей оторвал от рубахи еще один лоскут и тряхнул им.

Минерва тем временем расстегнула застежки серебристого нагрудника и сняла его.

Прерывисто вздохнув, Грей отвернулся.

«Только бы найти верные слова! – молилась Минерва, лихорадочно роясь в памяти. – Подскажи мне верные слова!»

– Я дарю тебе свое сердце, Грей Фэлконер.

– О, Минерва! – Он обернулся. – А я дарю тебе свое.

– Я дарю тебе душу, Грей Фэлконер.

– И я дарю тебе душу, Минерва. – Он смотрел на нее в упор. – И тело. Все, что у меня есть, я дарю тебе.

– И я дарю тебе свое тело и все, что у меня есть, Грей.

– До тех пор, пока смерть не разлучит нас.

– Да, – согласилась Минерва.

Грей взял свой плащ и растянул его в руках перед огнем, а потом согрел плащ Минервы.

Она приблизилась к любимому и опустилась перед ним на колени – грудь к груди, живот к животу – и положила голову к нему на плечо.

Расстелив оба плаща на полу, Грей бережно уложил на них Минерву и полностью избавил ее от одежды. Она словно окаменела, и Грей медленно, с невероятной осторожностью обтер влажной тканью ее тело, затем перевернул ее на живот, вымыл спину, ягодицы, чувствительную внутреннюю поверхность бедер, икры и щиколотки, подошвы ступней. Тут Минерва не удержалась и хихикнула. Но едва Грей коснулся ее груди, как она замолчала и перевернулась на спину. Он встал, снял бриджи и замер на мгновение, наблюдая, как у любимой изумленно распахнулись глаза. Она зажала ладонью рот, из глаз ее вдруг хлынули слезы.

– Боже! – воскликнул он, присаживаясь рядом. – Ты плачешь от обиды?

– От изумления, – поправила она. – Ты не устаешь удивлять меня.

Вытянувшись на боку, Грей положил ладонь на живот Минервы.

– У тебя такая тонкая кожа, что ты вся так и светишься.

Минерва потянулась к нему, но он осторожно отстранился.

– Нет, любимая, теперь пришла твоя очередь подчиняться. Ты согласна? Ну хотя бы сейчас?

Она нехотя кивнула.

– Вот здесь, – Грей погладил ее по животу, – будет расти наш ребенок – конечно, если позволит Господь.

Сердце Минервы готово было разорваться от счастья.

– Надеюсь, он не будет против.

– А здесь, – он подхватил ее грудь и слегка сжал сосок, – появится молоко для него. Жду не дождусь, когда это произойдет. – Грей наклонился, вобрал сосок в рот и принялся посасывать его. Минерва слегка приподняла бедра. Казалось, что ее сосок лижет яростное пламя, распространяющее жар по всему телу, до тех мест, названий которых она не знала.

Забыв о том, что обещала подчиняться Грею, она сама вдруг начала изучать его чувственное, сильное тело. Грей попытался было ее остановить, но Минерва уже завладела его плотью, и, как и следовало ожидать, искушение оказалось непреодолимым. Грей откинулся на спину, схватился обеими руками за плащ и стиснул зубы.

– Довольно! – вдруг резко произнес он. – Итак, мы муж и жена?

– Да, – прошептала Минерва.

– Мы подарили себя друг другу и готовы вновь сделать это перед Богом и людьми?

– Да.

– Тогда Господь будет не против, если я завладею тем, что мне принадлежит.

И он так порывисто опрокинул Минерву на спину, что она едва не задохнулась. Он принялся жадно целовать грудь любимой, вызывая у нее судорожные вздохи, пробуждая в ней страсть. Еще мгновение – и она ощутила липкую влагу между бедер.

Глаза Грея тотчас вспыхнули, он вновь показался Минерве прекрасным незнакомцем. Когда же он развел ее ноги в стороны и забросил их себе на плечи, глаза ее вновь расширились от удивления. Грей ответил ей решительной, полной желания улыбкой.

– Так будет легче, – объяснил он. – Ты мне откроешься.

Минерва попыталась расслабить судорожно сжавшиеся мышцы.