Желанная и вероломная - Хизер Грэм

Заснуть она не могла и понимала причину своего беспокойства: скоро ей предстояло встретиться с семьей Дэниела. Конечно, она уже познакомилась с Джессом Камероном и нашла его человеком добрым и тактичным, но в поместье живет семья мятежников!

Она побаивалась встречи с женщинами, потому что Дэниел почти ничего о них не рассказывал. Камероны по-прежнему выращивали хлопок и табак, и пока им удавалось выстоять, несмотря на то что совсем рядом не раз шли бои. Дэниел говорил ей, что дом очень старый — первый камень был заложен еще в начале XVI века.

Келли ненадолго задремала, потом вдруг встревоженно вскочила. С чего он взял, что она останется в Камерон-холле, когда он снова уйдет на войну? Впрочем, стоит ей уехать, как он снова явится за ней. При этой мысли у нее мурашки по спине побежали. Он же предупреждал, что ей негде от него спрятаться.

Придется написать братьям и молить Бога, чтобы письма» до них дошли. Надо объяснить им, почему она вдруг оказалась в самом сердце Конфедерации.

Конечно, не стоит вдаваться в подробности; она, пожалуй, опустит эпизод с ужином у президента и миссис Дэвис.

Хотя Джереми, возможно, понял бы ее.

Келли взбила подушку и снова попыталась заснуть. Снизу доносились смех и громкие голоса. Черт бы побрал этого Дэниела! Ну что ж, судя по всему, они не смогут выехать рано утром.

И пусть не приходит! Пусть не заявляет о своих правах!

Вспомнив о сладком экстазе, охватившем ее у ручья, она закусила губу, поскольку не забыла также и о том, как быстро спустилась с небес на землю, увидев выражение его лица. Не любовь увидела она, а вожделение. О прощении он и не думал.

Ну и не надо! Она его не предавала. Ей хотелось только понимания и доверия.

Келли повернулась на другой бок. Пусть только посмеет прикоснуться к ней! Она будет сопротивляться изо всех сил.

Однако после свадьбы с его стороны даже попытки к сближению не было. Он лишал ее возможности высказать все, что она думает о его супружеских правах!

Наконец ее сморило. Далеко за полночь вернулся Дэниел.

Проснувшись, она поняла, что он спал с краю, по другую сторону от Джарда. На подушке виднелась вмятина от его головы, Простыни еще хранили тепло его тела.

Он был уже в брюках и надевал белую хлопковую рубашку.

— Вставай. Я хочу выехать пораньше.

Выехали они в повозке, но на первом же сторожевом посту их предупредили, что по главной дороге движется отряд янки.

Дэниел решил, свернув с дороги, пробираться лесными тропами на коне.

Все свои немногочисленные пожитки они оставили в повозке, в том числе и прекрасное белое платье с красными вышитыми цветочками.

Келли не могла бы объяснить почему, но ей было безумно жаль свой свадебный наряд.

— Не хватало еще, чтобы из-за платья мы попали в руки янки! — фыркнул Дэниел.

Она пожала плечами.

— Это вы, сэр, выросли в богатой семье и привыкли носить красивые вещи. А мне жалко.

Да, платье было ей дорого. Это было первое элегантное платье за всю ее жизнь. И к нему так шли туфельки, подаренные ей Вариной Дэвис!

Ладно, она переживет. Келли с Джардом на руках уселась позади Дэниела на гнедого жеребца.

Проезжая лесными тропами вдоль реки, они наткнулись на развалины двух больших домов. В одном из них еще сохранилась лестница, которая теперь вела прямо в синее небо. Камерон долгое время глядел на развалины тяжелым взглядом и только потом двинулся дальше.

И вот теперь их взорам открылся Камерон-холл во всей своей красе.

Дэниел наконец облегченно вздохнул.

— Вот он, дом, — произнес он и пришпорил коня. Не доезжая ярдов пятидесяти. Камерон спешился и, крикнув:

— Кирнан! Криста! — побежал по дороге.

Не прошло и нескольких секунд, как двери главного входа распахнулись. Придержав коня, Келли увидела, как навстречу Дэниелу выбежали две женщины.

Брюнетка и рыжеватая блондинка.

Обе женщины были молоды, свежи и очень миловидны.

И обе, несомненно, очень любили Дэниела. Келли вдруг почувствовала себя здесь чужой. Женщины по очереди целовали и обнимали его, а он приподнял и закружил обеих. Все они смеялись и что-то без умолку говорили, сияя от счастья.

Конь медленно приближался к дому. Келли нерешительно натянула поводья.

И тут ее заметила блондинка.

Келли с испугом взглянула на нее. Все-таки она здесь чужая.

Но белокурая женщина улыбнулась ей широкой приветливой улыбкой и остановила свой взгляд на свертке в ее руках.

— Ребеночек! — воскликнула она — Дэниел, ты привез ребеночка!

Спустившись по ступеням, она моментально пересекла газон и подбежала к Келли.

— Добро пожаловать! Я Кирнан Камерон, невестка Дэниела.

— Здравствуйте. Я Келли… — Она не договорила, запнувшись, поскольку еще никогда не произносила своей новой фамилии. Впрочем, ей не пришлось ничего объяснять.

— Келли моя жена, — сухо представил ее Дэниел с верхней ступеньки лестницы.

— Жена?! — охнув от неожиданности, переспросила брюнетка. Однако сразу же взяла себя в руки. — Чудесно! Так, значит, это твой малыш, Дэниел? А ведь ты был дома перед Рождеством и ничего не сказал…

— Криста! — быстро перебила ее Кирнан, вовсе не смутившись от услышанного. А вот Келли, как ни старалась, неловкости скрыть не смогла. Щеки у нее так и пылали. — Давайте-ка поможем Келли слезть с коня, — проговорила Кирнан с лучезарной улыбкой. — Дэниел всегда был мастером устраивать сюрпризы!

Камерон-младший подошел к коню и поставил жену на землю.

— Осторожнее! — испуганно крикнула Кирнан.

— Не беспокойся. Мы уже освоились в дороге, — откликнулся Дэниел.

Кирнан немедленно протянула руки к малышу:

— Можно?

Не дожидаясь ответа, она схватила кроху и откинула пеленку с лобика.

— Какие мы красивые! — восхитилась Кирнан и широко улыбнулась молодым супругам. — Боже мой, Дэниел, в этом ребенке сразу узнаешь Камерона, хотя он совсем еще маленький.

Келли, сколько ему сейчас? Месяца два?

— Да, около того, — ответил за нее Дэниел.

— Какое сокровище! — заворковала Кирнан.

— Но, Дэниел, ты ничего не сказал о жене прошлой осенью… — начала было Криста и, покраснев, замолчала.

«Ну конечно, — подумала Келли, — теперь им обеим стало ясно, что мы с Дэниелом поженились значительно позднее, чем был зачат ребенок».

— Боже мой, какая же я плохая хозяйка! — всплеснула руками Криста. — Вы столько времени были в пути и, наверное, очень устали.