Кошечка для (дочери) герцога - Елена Смертная

— Мама?

Мама?! Святые кошачьи лапы. Из мертвых что ли восстала? Может, мне всё ещё снится…

— Да, и требует вас явиться. Вместе с… – видимо, мужчинка не нашёл слов, чтобы описать меня, потому что пауза затянулась.

— Понял. Скажите ей, что мы сейчас выйдем.

Сейчас?! Я вот вообще не готова к знакомству с возможной свекровью в таком виде! Хотя стоп, почему Эдвард вообще такой спокойный? Будто его мама просто в отпуске была! Он закрыл дверь и начал искать меня глазами. Я выползла из-под кровати и превратилась в человека, быстро притягивая к себе одеяло.

— Думаю, ты всё слышала.

— Да, но… прости за странный вопрос… разве твоя мама не умерла?

— Что? – Эдвард шокировано покосился на меня, натягивая брюки. – С чего ты… кто вообще сказал тебе это?

Вот тут я немного выпала. Ну не могу же я ответить: «летучая мышь из кладовки». Хоть они уже и знакомы… но это только усугубляет ситуацию.

— Да… неважно, прости, я, видимо, ошиблась. Дай мне десять минут, я быстро приведу себя в порядок.

— Конечно. Не переживай. Моя мать чересчур властная и специфичная женщина. Ей сложно понравится вне зависимости от того, как ты выглядишь.

— А ты умеешь успокаивать!

— Я просто заранее готовлю тебя к знакомству. Она очень добрая и милая женщина, но когда что-то идет не по её плану…

— Хорошо, я поняла. Тогда лучше соберусь быстрее, раз уж она ждёт.

Великолепно. Только проблем с возможной свекровью мне не хватало. Учитывая, что я всё ещё оборотень, который подтолкнул её сына к рискованному союзу. Ох, не легкий будет разговор.

Очень скоро мы пошли в гостиную. Никогда так не волновалась. Коленки прям тряслись. Ещё и на голове было чёрти что… магический мир, а если поспишь с мокрой головой, всё равно похожа на нестриженного пуделя.

— Готова? – спросил у меня Эдвард ещё в коридоре на подходе. В комнате тем временем слышался радостный голос Сары.

— Ага, – я выдохнула и собралась. Герцог взял меня за руку и повёл в гостиную. Картина предстала странная. Сара вовсю обнималась на ковре с огромным чёрным котом с неё ростом, у которого была ну очень уж недовольная морда. Филиппа перенесли обратно на его место… и седая женщина с короткой стрижкой статно сидела к нам спиной, беседуя с магическим помощником в зеркале.

— Добро пожаловать, мама. Очень рад тебя видеть. Позволь представить тебе Яну, мою… – Эдвард запнулся, переводя взгляд на Сару, которая внимательно смотрела сейчас на нас.

— Даму сердца, я полагаю, – произнесла пожилая женщина, и я обомлела. Встала, как вкопанная, не веря своим ушам. Да нет. Мне показалось. Просто глюк… думала я, пока старушка не встала и не обернулась к нам.

— Любовь Михайловна?! – со всем заслуженным негодованием вскрикнула я, чуть не роняя на пол челюсть, честь и душу.

— Здравствуй, Яна, – как ни в чем не бывало улыбнулась она, и важно сложила руки.

— Вы что, знакомы?

Я не знала, что ответить. Дар речи потеряла. Только сейчас воспроизвела в голове слова крылатки и поняла, что она ни разу не сказала прямо, что хозяйка дома умерла. Она постоянно повторяла: «земля ей пухом». Наша Земля! Мир мой родной! Какого… пожеванного цветка тут происходит?! И стоп! А этот чёрный котяра, это что, преображенный Барсик?! И сама баба Люба уже совсем не похожа на соседку-кошатницу. Такая статная, деловая, аристократичная! Тёмное платье, красные губы. Другой человек!

— Эта… эта та самая ведьма, которая превратила меня в кошку! – выпалила я, наконец.

Эдвард с удивлением посмотрел на меня, потом на бабу Любу, очень тяжело вздохнул и мучительно протянул:

— Мама, нет… только не говори, что ты в очередной раз пустилась в пляски манипуляций.

Женщина широко улыбнулась, прикрывая рот ладошкой в перчатке.

— Так, немедленно всё рассказывайте! – я кипела от негодования. – Всё до последней буквы!

— Тогда нам стоит присесть, – загадочно заговорила баба Люба. – Я как раз попросила принести чай. Сара, милая, сходи на кухню, поторопи их.

— Хорошо, бабуль, – малышка резво поднялась. – А можно Барселон пойдёт со мной?

Барселон значит, да? Мы пересеклись с котом недовольными взглядами. Он более чем осознанно фыркнул.

— Конечно. Барс, помоги Саре.

— С одной каторги вернули в другую, – недовольно пробурчал кот вслух. Вслух! На человеческом! Он всё это время говорил?! И понимал меня?! И когда я его с моей квартиры прогоняла, ругая почём свет стоит, тоже?!

Сара с Барсело-о-оном, ушли, а я рухнула на диван с Эдвардом. Госпожа Ноар, будь она неладна, села в кресло.

— До того как вернуться, я уже побывала у Сероборода, так что знаю, что произошло, – начала она. – Как я поняла, он уже рассказал вам, что мы очень долго разрабатывали сыворотку, которая позволит оборотням сдерживать свою ярость?

— Наслышаны, – вздохнул Эдвард. – Издалека ты, однако, начинаешь.

— Всё по порядку. Так вот. Мы очень долго жили мечтой возможного союза между людьми и оборотнями. Кроме сыворотки Джордан предложил действовать через двух очень перспективных братьев…

— Это всё очень здорово, – не выдержала я. – И вы большая молодец, если спланировали союз между людьми и оборотнями, но можно ближе к части, где… вы меня проклинаете и закидываете на рынок в незнакомый мир?

— Ну не злись, Яна, – баба Люба в очередной раз улыбнулась. – Ты стала настоящим ферзем во всей нашей шахматной партии по улучшению мира. Видите ли, у нас была и почти готовая сыворотка, и положительные оборотни на примете, вот только этого всё равно мало. Нужно было связующее звено. Именно тогда я и подумала, что можно убить двух зайцев одним махом…

Эта метафора с ферзем… вот от кого Серобород набрался!

— Наладить мою личную жизнь и подтолкнуть к перемирию, раз уж моей возлюбленной станет оборотница?

— Именно так, мой дорогой. Ты познакомил нас с той ужасной девицей, и я быстро поняла, что нужно действовать. Причем я долго сама выискивала приворот на тебе, но так ничего и не нашла. А в итоге оказалось, что просто не там искала… в общем, после знакомства с Аннит я отправилась по другим мирам. Была теория, что магия Мабеллы не сработает на иномирянок. Кстати, оружие против тиранши Глор