Зацепить 13-го - Хлоя Уолш

— Салют.

Я не удосужился спросить, чтó было в заказе, в таком настроении я бы выпил и бензин. Взяв два шота с подноса, я опрокинул их в себя.

Затем, для разгона, жахнул еще четыре, прежде чем перейти на водку и энергетик.

Мне нужно было чем-то закрасить стриптиз-шоу за соседним столом.

С моего места было прекрасно видно Беллу, оседлавшую Кормака.

Руки его блуждали у нее под юбкой, а она ногами обхватила его талию.

С тем же успехом они могли сидеть голыми, настолько тошнотно очевидно было, чем они заняты.

Приземлившись на стул напротив меня, Гибси загородил их собой.

— На меня смотреть приятнее, — объявил он, подмигнув, и стал так стремительно вливать в себя шоты, как будто у них заканчивался срок годности.

Я всегда мог рассчитывать на этого мудилу.

Дождь, град или снег, Гибси всегда прикрывал мою спину.

Эта мысль грела мне душу.

— Райен просто клоун, — сказал Хьюи, словно прочитав мои мысли. — Она делает это намеренно, чтобы тебя завести, а он позволяет собой манипулировать.

— Ты легко отделался, Джонни, — сказала Кейти и сочувственно улыбнулась мне.

Я пожал плечами и потянулся за очередной стопкой.

— Пусть делает что хочет. — Прижав стопку к губам, я закинул голову и быстро проглотил содержимое. — Оба они.

Я так и думал.

Я не хотел вернуть Беллу.

Я бы ни за что не возобновил отношения с ней.

Но это не означало, что мне было легко на них смотреть.

Не было.

Это делалось намеренно и вызывало боль.

По большей части потому, что Кормак играл по ее правилам.

— Да, но противно, когда они это делают у тебя на глазах, — ответила Кейти, хмуро поглядывая на парочку. — Если бы вы поменялись местами и ты у Беллы на глазах делал такое с кем-то из ее подруг, она бы не выдержала.

— Точно, — дружно согласились Гибс и Хьюи.

Следующие два часа я игнорировал Беллу и Кормака, общаясь с друзьями и слушая живую музыку группы, игравшей в углу паба.

Я пытался расслабиться и выпустить пар, поддерживая общий разговор и вливая в себя стопку за стопкой, но легче не становилось.

Я был слишком напряжен.

Когда я не фокусировался на игноре Беллы и Кормака, меня одолевало гнетущее беспокойство о том, что гнал от себя изо всех сил.

Мое здоровье.

Проблема была в том, что алкоголь в крови лишал меня возможности блокировать страх.

Что, если я не справлюсь?

Что, если мой организм не восстановится?

Что, на хер, я тогда буду делать со своей жизнью?

Все мои воображаемые возможности лежали в корзине с надписью «Карьера в регби».

Прямо сейчас эта корзина опрокидывалась, и я был бессилен ее удержать.

Иными словами, я чувствовал себя беспомощным и в полной жопе.

— Итак, друзья, следующая песня из репертуара Reckless Kelly, — объявил в микрофон фронтмен группы. Его слова вышибли меня из пьяных раздумий. Он взял аккорд на гитаре. — Итак, «Wicked Twisted Road»[38].

Я подался вперед, уперся локтями в стол, стараясь расслышать слова сквозь шум толпы.

Первый же куплет меня зацепил.

Каким бы пьяным я ни был, я знал, что мне надо запомнить слова.

Мне нужно было услышать их еще раз.

Стихи пронзали насквозь.

Я прочувствовал их до глубины души. Каждая строчка, каждое слово отзывались чем-то неистовым.

Ничего удивительного, хоть и все равно отстойно, что вместе со словами песни в мой оглушенный алкоголем мозг вплыло лицо Шаннон.

Шаннон с одинокими глазами.

Жизнь в погоне за совершенством.

Страх быть недостаточно хорошим.

И постоянное, гибельное предчувствие ужаса.

Вынув телефон из кармана джинсов, я вбил текст, надеясь, что правильно записал название песни, и сохранил в черновиках.

Я держал телефон в руках и думал, как бы поступил, если бы знал номер Шаннон.

Хорошо, что не знал.

Никогда в жизни я не звонил никому, будучи пьяным, но сейчас ощущал жгучую потребность набрать этот отсутствующий номер.

Ответила бы она, если бы я позвонил?

Если бы ответила, что бы я ей сказал?

Согласилась бы она говорить со мной?

Черт, я хотел услышать ее голос.

«Эта девчонка другая, — вертелось в мозгу. — Эта — навсегда».

Я хотел оказаться у себя в комнате, с телефоном возле уха; слушать, как Шаннон, запинаясь, рассказывает мне все свои мысли.

Я хотел быть с ней рядом, смотреть, как она краснеет и улыбается, поглядывая на меня из-под густых длинных ресниц.

Мне хотелось сидеть с ней в темном кинозале, не обращая внимания на экран, украдкой смотреть на нее и чувствовать жаркие волны от ее взглядов.

Я просто хотел ее.

«Ты бы мог любить эту девчонку всю свою жизнь, если бы просто позволил себе», — снова и снова твердил мне мозг.

Резкий удар локтем в бок заставил меня поднять голову.

— Какого хера? — Я сердито посмотрел на Хьюи, выпадая из приятных мыслей. — Что за на фиг?

— К нам гости, — пробормотал он, кивнув куда-то вбок.

— Господи, начинается, — прошептала Кейти.

Мутным взглядом я обратился по направлению движения и уперся в Кормака Райена, который как раз подошел к нашему столу — со следами помады на красном лице.

За ним торопилась самодовольная Белла.

— Чё как, парни? — произнес Кормак, запихивая руки в карманы. — Как дела?

Я откинулся на спинку стула, безразлично глядя на обоих.

Хьюи сухо кивнул Кормаку, но не сделал даже попытки вступить в разговор.

Кейти на него даже не взглянула.

Гибси смотрел на него, но привычную кривую ухмылку сменило убийственное выражение лица.

— Джонни. — Кормак настороженно взглянул на меня. — Можно тебя на пару слов?

Прежде чем ответить, я смерил его взглядом.

— Если ты хочешь поговорить со мной о… — Я махнул в сторону Беллы, которая стояла у него за спиной с ухмылочкой на лице. — Не стоит. Твои поступки говорят за себя.

— Послушай, Джонни. Я не хочу никаких проблем, — ответил Кормак, досадливо ероша черные волосы. — Я только хотел разрядить ситуацию и убедиться, что между нами нет недопонимания. — Он пожал плечами. — Нам ведь и дальше играть вместе, и я не хочу вражды.

— Удачный момент для такого разговора был несколько месяцев назад, — сухо ответил я. — Когда ты решил меня нагреть, ты не вспомнил, что мы играем в одной команде, так что сейчас трудно поверить.

— Все было не так, — суетливо возразил Кормак. — Я думал, что вы тогда были не вместе.

— Честно: мне наплевать, — сказал я ему. — Насколько я могу судить, она теперь твоя проблема.

— Джонни, да ладно тебе…

— Давай уже