Вскрытие покажет любовь - Марта Заозерная

Киса не заставляет себя долго ждать.

«Шикарные ножки, правда?» - в конце она добавляет несколько смайликов, сердечки испускающих.

Я бы, находясь на взводе, и душу чью – нибудь на прогулку отправила.

«Удалять не буду. Даже не проси. Если ты не заметила, посты с твоими фотографиями самые отлайканные на моей странице. Мужики ждут их каждый месяц» - просто очешуеть. Никогда она словом не обмолвилась, что я с её легкой руки где-то отсвечиваю.

Возвращаюсь и просматриваю внимательнее. Реально, выкладка частей меня производится на регулярной основе. С ума сойти. Ну не коза ли?

Через несколько секунд понимаю, ноги – мелочи. У неё на странице выложено фото, которого в принципе быть не должно. Такое есть только у Артёма и у меня. А с её легкой руки у всех желающих.

Как – то зимой мы с ним отдыхали в центральной части страны. Несколько дней провели в эко номере – бунгало, он состоял из древесины и стекла. Стены все, кроме ванной комнаты, сделаны из закаленного стекла. Природа вся, как на ладони. Засыпаешь и просыпаешься будто под небом открытым. Полное погружение и нереальное уединение. Вокруг не души. Закрываешь глаза и слышишь трели птиц.

Душ в номере миниатюрный, принимать можно только в одиночку. На снимке я как раз только после него, стою спиной к камере в одном полотенце. Артём тогда решил меня напугать и снять это на видео. Что-то пошло не так. Он перепутал видео с фото режимом, а я с испугу полотенце отпустила. Вышло очень… доверительно. Не голая, но с излишне открытой спиной. Даже сейчас смотрю и понимаю, по кадру понятно, что сделан он «за секунду до». Сделано оно ночью, из источников света – только костер, разведенный на улица.

Прикрываю глаза, вспоминая. Боли больше эти воспоминания не доставляют. Только благодарность Артёму, за то что это было в моей жизни.

Он точно не мог показать это кому-то. Мне скидывать не хотел, Наташе бы и под пытками не показал.

Картинка на экране меняется. Входящий звонок.

- Слушаю твои оправдания, - принимаю его.

- Прости меня окаянную! – причитает бесстыдница. – Звоню мысли твои перебить. Уже небось представляешь себе, как будешь меня расчленять и по пакетам раскладывать.

- Палевно. Есть пара трудно… почти что неопределяемых способов убийства. Подумаю, что можно с тобой сделать.

- Киса моя, ты же не обижаешься? Тебе равно, а тёте Наташе польза, знаешь какая? – её игриво – ласковые интонации, как и всегда, с меня хмурь прогоняют. Крайне беспринципная барышня.

- Тебе надо было лисой родиться, родная.

- Чтобы какой-то козел меня поймал, надел на палку и бегал по деревне?! Вот уж спасибо! – пищит возмущаясь и хохоча.

- Альбинка скажет, что и у тебя деменция развиваться рано стала, - давлю приступ смеха. – Как и у ее семидесятилетней свекрови. Туль, ты не забывай, я в этих вопросах помочь не смогу.

- Ой, дуреха, - всё ещё смеясь пытается казаться серьёзной. – Я соскучилась, малышка. Ты когда к нашему берегу причалишь?

Что-то в голосе подруги меня смущает, или напрягает, пока что не поняла.

- Несколько дней ещё точно пробуду тут. А что? Только не ври, - добавляю строго.

В ответ тишина, которая догадку подтверждает.

- Живо выкладывай.

Слышу судорожный выдох.

- Я жду, - вот теперь уверена – сейчас услышу трындец.

- Знаешь, я решила сменить тактику, - начинает издалека. – Друзей надо держать близко к себе, а врагов ещё ближе. С Артёмом осечка была, которая чуть мне подруги не стоила. Не брось ты его, он бы меня выжил из твоей жизни, - пургу несет, чем бесит безумно.

- Ускорься и ближе к теме, - получается как-то грубовато.

- Да куда уж ближе. С Костиком твоим я решила дружить.

Замолкает. Вот и понимай как хочешь.

- И каким образом вы дружите?

- Ага! Значит ты уже не споришь, что он твой! Наконец-то врать себе и мне перестала.

Не знаю в какую категорию отнести парня, от переписки с которым подтекать начинаешь, а переписываешься часто. Сейчас не об этом.

- Нат, ты меня еще после снимка из эко – бунгало подбешиваешь. Не усугубляй. Пожалуйста.

- Тююю. Какие мы серьёзные. Звонил мне твой хахалёк новый. Голос у него – уписяться можно, конечно, или кончить, - ржёт под мои недовольные вздохи. – Ладно уж. Он интересовался, есть ли у меня ключи от твоей квартиры. Хочет замки поменять аккуратно. Чтобы Шум точно по своему желанию попасть не смог.

- В моей квартире, пока я в отъезде?

- Я же говорю - аккуратно. Сделать ключи идентичные. Ты и не догадаешься.

- Я же совсем недалекая, - как никогда раньше понимаю, у них помимо места службы столько общего, что впору пугаться и убегать.

- Ослепленная желаем. Отвлечет тебя в подъезде, а потом поимеет. Ты и думать за замки забудешь, - снова ржать начинает. – Ну чего ты? План рабочий, я ему сама посоветовала тебя так отвлечь.

- Боюсь представить, что ты ему ещё «по дружбе» насоветовала. И знать не хочу, - перебиваю её. – Когда вы на дело собираетесь?

- Так завтра утром. Не переживай, я ему не скажу, что ты знаешь.

Глаза мои из орбит выкатываются, благо я в темноте и одна. Ситуация настолько абсурдна, что я даже как стоит отругать её не могу. Наташа до последнего играет роль непонимающей девицы.

Параллельно набираю сообщение Косте.

«Ничего мне сказать не хочешь? Есть одна попытка»

Встаю с кровати и повторно иду в душевую, в надежде там успокоение найти.

«Хочу тебя. Очень. Спать не могу» - прислал мне спустя пару минут после моего вопроса.

«Ой. Соскучился, хотел сказать» - вдогонку.