Алмаз - Елена Макарова

Кожаное кресло отозвалось характерным скрипящим звуком, когда я осторожно присела на краешек, заботливо уложив сумку на колени.

— Какой курс? — уточнил, хотя я подозревала, что он уже вдоль и поперек изучил мое дело.

— Третий, — в кое-то веки решила побыть немногословной.

— Вам нравится у нас учиться? — задал еще более странный вопрос.

— Да, — льстить, фальшиво улыбаясь, и петь дифирамбы не собиралась. Учеба есть учеба: иногда это увлекательно, иногда утомительно.

Альберт Владимирович вертел в руках очки, и изредка поглядывал на меня.

— А хотели бы вы и дальше продолжать обучение? — задал неожиданный вопрос.

Я выпрямила спину, сидя до этого чуть ссутулившись.

— Конечно, — решительно взглянула на него.

Декан выглядел не менее серьезным.

— А не похоже, Маргарита Александровна, — мужчина поднялся и, заложив руки за спину, начал медленно обходить комнату, кружа надо мной как ворон. В этот момент я почувствовала себя добычей, от которой хотят урвать кусок побольше. — Всю прошлую неделю вы отсутствовали на занятиях. — Мне показалось странным, что такому важному, а главное, занятому человеку, как декан, есть дело до посещаемости отдельно взятого студента. — Пропустили несколько практических занятий, — тем делом продолжал вкрадчивым голосом, — без которых, к сожалению, вы не сможете получить зачет, а следовательно, — зачем-то разжевывал мне все как первокурснице, — не будете допущены до сессии. — Он остановился напротив меня, грозно взирая сверху вниз: — Как собираетесь нагонять ваших одногруппников? — взмахнул рукой, а я, ошеломлённая такой «заботой» декана, только и видела блики на стеклах его очков. — Это надо, чтобы преподаватель потратил на вас свое личное время, а он не обязан, ведь никто ему за это не доплачивает. Есть специально отведенные для этого часы, называемые лекциями и семинарами. Мы бы еще вошли в ваше положение, если бы у вас были веские причины отсутствовать, но отдых на Мальдивах, извините меня, не входят в этот список.

Как же было стыдно оказаться пойманной на лжи, а еще неприятней сознавать, что декан настолько осведомлен о моей личной жизни. Не думаю, что он один из тех, людей, которые просматривают новостную ленту в своем браузере и рыскают по «желтым страницам». Одно дело, если бы он узнал о моих отношениях с известной личностью из сплетен, что до сих пор ходят по институту, но откуда ему стало известно про наш с Костей импровизированный отпуск на островах? В голову сразу пришли молодожены, с которыми мы столкнулись по дороги в отель. Они тоже были из России и, к великому несчастью, узнали Костю. Чтобы они отвязались от нас, ему пришлось дать им автограф и сделать пару совместных фото. Вдруг эта парочка снимала нас тайком, а потом разместила все в сети? Немного познакомившись с Костиной жизнью, поняла, что люди способны и не на такое.

— С моей стороны это было безответственно, — начала защищаться, но декан перебил меня, давая понять, что пока говорить будет он, а мне следует помалкивать.

— Я понимаю, молодость, любовь…Но за все надо платить. Вы учитесь на бюджете, государство, в частности ваш ВУЗ, дает вам бесплатное образование, и было бы неплохо быть благодарной за это.

Вот тут я, даже если бы захотела, не смогла ничего сказать, настолько была шокирована тем, к чему именно всю эту долгую речь подводил декан. Я впервые в жизни столкнулась с таким и не знала как правильно себя вести. Понятное дело, если я откажусь «отблагодарить» родной ВУЗ, меня просто вышвырнут из него, нехитрым способом завалив пару сессий.

— И насколько должна быть велика «благодарность»? — во рту все пересохло, а язык ели ворочался.

— Это только вам решать, — лицемерие так и сквозило в каждом его слове. — Знаете, — сменил еще одну маску, примерив образ радеющего за благополучие нашей альма-матер человека, — здание института довольно-таки старое, кое-где не помешал бы основательный ремонт. — Но пиком наглости было, когда он приплел ко всему этому Костю. — Ну или же поспособствовать тому, чтобы одна популярна музыкальная группа заглянула бы на наш новогодний праздник, исполнили бы пару песен — порадовали перед сессией студентов.

Беседа на этом закончена: декан достаточно доступно изложил все свои требования. Уточнять или спрашивать его о чем-либо не считала нужным — в таких ситуациях лишних вопросов не задают.

— Я могу идти? — лишь поинтересовалась, вставая с кресла.

Возможно, такое бестактное поведение только усугубило мое положение, но о каких манерах и правилах приличия можно говорить, когда у меня, мягко и обходительно, но, по сути бессовестно, вымогают деньги?

Мужчина смерил меня въедливым взглядом, удостоверяясь, что я правильно расценила все его намеки.

— Идите, Кирова, — великодушно дал добро, кивая, — идите.

Не стала дожидаться того, что он вдруг передумает и вставит еще парочку циничных замечаний.

Как только оказалась в коридоре, привалилась спиной к стене, обнимая сумку — мне нужно было перевести дыхание и взять себя в руки.

Каждый второй студент «забивал» на институт и прогуливал пары, и ничего — спокойно учились и сдавали сессии, а я — белая ворона. Во мне разглядели источник дохода из-за знакомства с людьми, обладающими определёнными связями, влиянием, а главное — деньгами.

Когда я уже думала, что сегодня меня достаточно окатили помоями, наткнулась на Настю. Она была единственным человеком в опустевшем коридоре — уже давно был звонок на первую пару — словно поджидала меня.

Не осталось никаких сомнений, что она сыграла не последнюю роль в этой скользкой истории.