Нет, нет и ещё раз... да! - Ольга Обская

Когда они с Торбьоном подошли поближе, оказалось, что свет давал разведённый кем-то костёр. Он был аккуратно огорожен небольшими булыжниками. А рядом кто-то заботливо расстелил пушистый плед. На нём в милом хаосе были разбросаны подушки разных размеров, которые так и манили прилечь. Пеньку, торчащему из земли неподалёку, суждено было сыграть роль столика. На нём стояла большая корзина со снедью.

Выходит, Матильда не стала упражняться в оригинальности, а подготовила классический пикник на природе. Это же гениально! Смотрелось заманчиво и романтично. Загвоздка была лишь в том, что пикник не был рассчитан на большое количество гостей. Максимум — для двоих.

Карина с Торбьоном переглянулись. Разумеется, и ей, и ему в голову пришла одна и та же мысль — пикник организовали для них. Но что же они будут за хозяева, если сбегут с приёма, который сами же и устроили? Надо было возвращаться к гостям, а пикник отложить на потом. Однако уходить не хотелось. Пламя костра плясало так зазывно, а от корзинки шёл совершенно умопомрачительный запах свежей выпечки, а уж каким мягким и толстым казался ворс на пледе, и какой с этого пледа открывался вид на речку!

— Смотри, записка, — Торбьон кивнул на листок, торчащий из корзинки.

Карина вынула его и прочла послание.

Отдыхайте. О гостях я позабочусь. Пригласила в замок театральную труппу.

Ох, Матильда! Знает толк в сюрпризах!

Карина испытала радость сравнимую с той, что испытывала в детстве, когда получала желанный подарок от деда Мороза. Торбьон тоже неожиданно развеселился. Он подхватил Карину на руки, но только для того, чтобы аккуратно опустить на плед и утопить в подушках. Сам растянулся рядом, упёршись на локоть. Какое-то время они просто смотрели друг на друга и улыбались.

В пламени костра он казался ей особенно красивым. Черты лица смягчились, стали таинственными. В его глазах отражался огонь, делая взгляд тёплым. Интересно, о чём он думает?

— Ты очень красивая, моя прекрасная Лилия…

Ах, вот о чём…

— Самая необычная из всех женщин, каких я когда-либо встречал… Самая желанная…

Он наклонился к ней и нежно коснулся губами её губ. Он всегда начинает с этого — с нежности. Но Карина знала, надолго его не хватит — он быстро распалится, как тот костёр, что горит в метре от них…

— Я думала, пикник начинается с перекуса. А поцелуи уже потом, — подразнила его Карина, уворачиваясь от его настойчивых губ.

— Нет, сначала я должен утолить жажду, — возразил Торбьон, опасно улыбаясь.

И тут же показал, какую жажду имеет в виду, жадно припав к её губам. Это был восхитительный по своему напору поцелуй. Поцелуй, на который невозможно не ответить. Карина сама начала распаляться, как костёр, который горел в метре от них. Она обвила шею Торбьона руками и плотнее прижалась к нему.

— Ты сводишь меня с ума, моя прекрасная Лилия… — выдохнул он, позволив себе ещё более откровенные ласки.

И они на долгие-долгие минуты забыли о корзинке со снедью и о том, что вообще-то пикники начинаются с перекуса…

Жизель, которая висела вниз головой на ветке невдалеке и оберегала корзину со снедью, расправила крылья и полетела дожидаться хозяев в замке.

Эпилог. Знаю и всё

Около городского театра с самого утра было не протолкнуться. Сегодня здесь состоится показ новой коллекции, который традиционно в каждом сезоне устраивает ателье "Стихия".

"Стихия" — именно так назвала Карина своё детище, которое она поднимала вместе с Лией и Мией. Они рискнули создать не просто салон по работе с клиентами и выполнению заказов, они поставили амбициозную цель — стать законодателями мод. Это далось непросто. Но сейчас уже можно было с улыбкой вспоминать их первый показ, который состоялся пять лет назад. Тогда мероприятие получилось весьма скромным и собрало едва ли несколько десятков зрителей. Теперь же за право присутствовать на показе шли настоящие бои, и каждая модница считала делом чести пробиться на мероприятие.

До начала оставалось ещё полчаса — это время Карина использовала, чтобы прогуляться по гримёркам и подсобным помещениям и проверить, всё ли готово. В воздухе витало напряжение, щедро приправленное ощущением праздника. Волновались все — и девушки-модели, которым предстояло демонстрировать наряды, и сёстры-модистки, которые эти наряды проектировали.

Карина помнила те долгие вечера, когда коллекция находилась на стадии разработки. Какие смелые и даже, можно сказать, сумасшедшие идеи генерировали Мия и Лия, как жарко спорили, отстаивая их.

— Полагаю, пришло время в этой коллекции представить несколько образцов женских брючных костюмов, — отважно заявила Лия в одной из дискуссий.

— Ты что?! Городские матроны попадают в обморок, когда увидят на наших моделях брюки, — возразила ей Мия.

— И пусть падают! — не сдавалась Лия. — Вспомни, как неоднозначно поначалу были восприняты наши летние ансамбли с юбками до колена. Теперь же только самые отсталые барышни надевают в жару юбки в пол.

В спорах, как известно, рождается истина — и эта смелая брючная "истина" красовалась сегодня на нескольких моделях.

Когда до начала показа осталось несколько минут, Карина оставила своих подопечных и пошла в зрительный зал. Руководить показом будут Лия и Мия. Карина выйдет на подиум как глава дома мод только один раз — в конце действа, чтобы поклониться зрителям и чего уж скромничать — собрать овации. Хотя, сказать по правде, она каждый раз испытывала сильное волнение: вдруг в этом сезоне её смелые эксперименты не придутся горожанам по вкусам и вместо одобрения она получит порцию скепсиса, а то и просто будет освистана.

Зрительный зал был уже битком набит людьми. Вы думаете, в основном женщинами? О, нет. Местные мужчины полюбили показы мод чуть ли не больше, чем прекрасные дамы. Более того, сегодня в зале присутствовал совсем уж необычный зритель — сам его величие Гранде. Он сидел в лучшей ложе и поглядывал на подиум. Может быть, Карине показалось, но она разглядела в его глазах интерес.

У неё сложились весьма непростые отношения с отцом. Они долго притирались друг к другу. Карина не могла забыть его попытки выдать её замуж за сомнительного типа. Сам Гранде тоже не проявлял к