Становление - Дарья Владимировна Зубкова

— Ты считаешь своим миром Мидгард? — глаза девушки вновь вспыхнули, и она усмехнулась — Я поняла. Ты и есть его новое увлечение. Как я не поняла этого сразу.

— Я бы не сказала, что я увлечение. Скорее, у нас с ним взаимная тяга друг к другу.

— Что тебя связывает с этим законченным и самовлюблённым эгоистом?

— Знаешь, я бы не назвала его законченным эгоистом. Когда я нашла Скотта в одной из психиатрических лечебниц моего мира, он не имел понятия, кто он такой. Он считал себя самым обычным человеком и почти год жил со мной обычной жизнью. В этот момент я и полюбила его настоящей и искренней любовью.

— Скотта? Это кто еще такой?

— Это земное имя Локи. Он представился им при нашем знакомстве, и я до сих пор привыкла называть его этим именем.

— За что его можно полюбить?

— Локи был самым настоящим человеком в моей жизни. От него можно было ожидать чего угодно, что сделало мою жизнь невообразимой и яркой. Он изменил мою жизнь, внеся в неё этот яркий и необузданный огонь под названием любовь… — мой голос сорвался и я замолчала. Я не знала, как дочь Скотта может отреагировать на подобные слова об ее родителе. Девушка жаждала его внимания, а я так открыто говорю ей о том, что своё внимание он отдал мне.

— Удивительно то, что в твоих словах нет лжи. Ты действительно так считаешь и веришь в свои слова.

— Я не просто верю в них. Я знаю, что так оно и есть. И я верю в Локи, так же, как и в себя.

— А это забавно — девушка засмеялась металлическим смехом — Вера в него погубит тебя. Так же, как она погубила меня и нашу семью.

— Позволь задать тебе один вопрос.

— Что? Это шутка такая?

— Нет. Я серьезно. Ты ответишь мне на один вопрос?

— Лишь из уважения к твоей смелости я позволю тебе подобную вольность. Что ты хочешь узнать?

— Чего ты хочешь добиться от отца?

— От Локи? Его ничтожности и его покорности передо мною.

— А если честно — я выгнула одну бровь, смотря в упор на рядом стоящую девушку — Чего ты желаешь больше всего?

— Убить Всеотца! И ради этой цели я готова на все.

— Верю. Но все это имеет какую-то цель. Ты жаждешь не мести Всеотцу. Ты жаждешь внимания отца. Тебе, как брошенному ребёнку, все ещё хочется его внимания, и что немаловажно его признания.

— Что за вздор! Мне плевать на Локи и его признание. Он ничтожество, ничего не значащее для меня. Он бросил меня и наплевал сразу после смерти матери и братьев. Я обошлась без его внимания и смогла построить целый мир, подвластный мне. Всего этого я добилась без его присутствия в моей жизни.

— Твои слова доказывают правоту моих выводов. Хель, я понимаю, принять родителя таким, каков он есть, сложно. Мы все стремимся к признанию и к этому чувству «нужности». Я вот всю свою жизнь была любима своим отцом. Хоть он и не был для меня биологическим родителем, но он подарил мне это чувство любви и признания — упоминание отца вызвало слёзы, которые оставляли горячие следы на моих щеках — И вскоре я должна буду проститься с ним. Но знаешь что? Я получила это признание. Моя мать так и не смогла увидеть во мне равную себе. Она до сих пор видит во мне несостоявшегося ребёнка. Ты же можешь показать отцу свою состоятельность и зрелость, тем самым получив его признание.

— Что ты за создание? Откуда в тебе такие знания душ?

— Я отдала этому почти десять лет своей жизни. И теперь я понимаю, что независимо от того, человек ты или божество, психология у нас у всех одинаковая. Мы все нуждаемся в любви и признании, чего, по всем признакам, ты была лишена все эти тысячелетия.

— Сомневаюсь, что Локи когда-то сможет признать меня и даст мне это признание. Он мне сказал, что я для него разочарование. Так пусть он прочувствует, как это разочарование погубит его!

— Он бывает сложен. Мне ли не знать. Знаешь, сколько я выслушивала от него издёвок и подколов? Я миллион раз на день мечтала его убить. Особенно в те моменты, когда он рассказывал о своём очередном романе на студии.

— Романе? Студии? Что это значит?

— Сложно описать тебе в двух словах. Но могу тебе признаться, я лишь недавно поняла, зачем он это делал.

— Зачем?

— Затем же, зачем ты это делаешь. Он желал получить от меня внимание и признание. Это был способ привлечения внимания к себе, хоть и не совсем правильный.

— Кто ты ему? Это все звучит слишком странно — Хель сощурила свои чёрные глаза в недоверчивым взгляде — Я чувствую в тебе неимоверную силу, но ты рассуждаешь о совершенно непонятных мне вещах.

— Хель, я та, кто смог изменить твоего отца в лучшую сторону. Дай ему шанс, и я смогу помочь ему наладить отношения и с тобой.

— Это все абсурд! Ты думаешь, я настолько наивна, что поверю тебе? За кого ты меня принимаешь?

— Как я могла понять, ты всесильная Богиня смерти и владычица Хельхейма. Но ко всему этому ты ребёнок, желающий получить признание отца и его внимание.

— Как тебя величают в твоих краях?

— Оливия Вильямс. Но ты можешь называть меня Лив.

— Лив? Что за наречие? У тебя нет статуса и имени отца?

— Вильямс моя фамилия, данная мне отцом. Земным отцом.

— А у тебя есть ещё отец?

— Хель, я думаю, тебе не очень интересная моя биография.

— Отчего? Ты самое странное создание, с которым я общалась за всю свою жизнь. Я хочу понять природу твоего происхождения.

— Для того, чтоб ты верила мне, я расскажу тебе, кто я такая.

Не знаю почему, но я почувствовала в себе неимоверную силу и уверенность внутри себя. В этот момент мои глаза зажглись и я пробудила в себе все те чувства и эмоции, что я так тщательно скрывала. Я вспомнила Тома и его уроки. Вспомнила Скотта и его слова о моей силе и моем потенциале. Я вспоминала Стефани и Влада Дракулу и их слова о верности себе. По мне прошлась неимоверная волна силы и я засветилась ярким светом. Из моих пальцев вырвались яркие искры, а мои волосы стали развиваться в разные стороны. Одежда на мне пришла