Иллюзия правды. Дама червей - Ана Шерри

София обернулась к Йоване, во взгляде читалась решительность.

– Нет, я справлюсь сама. – Она обняла Йовану и, развернувшись у калитки, напоследок улыбнулась подруге. – Мой телефон всегда включен. И ты желанный гость везде, где бы я ни поселилась.

Сейчас, находясь в пустом доме, София вдруг почувствовала, как здесь стало неуютно. Но этот дом, кроме боли от смерти ее родителей, хранил некую тайну, которую она еще не разгадала. А это значит, продавать его нельзя. К тому же она верила, что однажды вернется Милош. Они еще будут счастливы в этом доме.

Телефон разрывался от звонков Иво, София смотрела на дисплей, но не отвечала.

Поднявшись к себе в комнату, она отложила телефон и выглянула в окно. Было темно, но ей показалось, будто с соседнего пустого участка на нее кто-то смотрел. Возможно, это воображение перенесло ее на десять лет назад. Тогда она мечтала, чтобы парень-цыган наблюдал за ней. По крайней мере, ей было бы не так одиноко.

Она достала чемодан, положила в центр комнаты и начала кидать туда вещи.

София, как и раньше, вынимала платья из шкафа и оценивала: одобряла или браковала. В чемодан полетели украшения, она вспомнила и тот самый браслет из черного аметиста, который на самом деле был из обсидиана. Его не хватало, но если она таким образом откупилась от смерти, то предпочтительнее забыть о нем.

Она нашла тряпичную куклу Лейлу, выигранную в автомате одного торгового центра. София села на кровать и погрузилась в воспоминания. В тот день они с родителями ходили на прогулку и зашли в маленькое кафе в торговом центре, где продавалось самое вкусное фисташковое мороженое. Ей было пять лет, но она помнила этот день, будто это случилось вчера. Папа дал ей монету, чтобы она попытала удачу в автомате игрушек. Они вместе управляли джойстиком, кричали от восторга, когда железная лапа подхватила тряпичную куклу в сиреневом платье. А потом кричали от волнения, когда эта лапа, раскачиваясь, ползла к выходу, чтобы отдать им игрушку. София помнила, с каким восторгом она наблюдала, как кукла упала в бокс, а потом просунула руку внутрь, схватив ее.

Лейла. Это имя кукле дала мама…

Эта была самая дешевая игрушка, стоимостью два динара, но на самом деле она бесценна. У памятных вещей нет цены.

София бережно положила Лейлу в чемодан и улыбнулась. Когда она родит дочку, то обязательно отдаст эту куклу ей.

– Господи. – Она засмеялась, смутившись и прикрыв глаза ладонью. Она уже думала о дочке… О детях…

Телефон опять зазвонил, но она даже не подошла к нему, чтобы узнать имя звонившего. Несложно догадаться, наверняка это Иво. Ей было некогда отвечать на глупые вопросы, оправдываться и лгать. Теперь уже нет смысла во всем этом…

Закончив с вещами, она закрыла чемодан и застегнула молнию. Нет, безусловно, она собрала не все вещи, но на первое время ей хватит и этого. К тому же она всегда может сюда приехать.

Теперь настойчиво позвонили в дверь. София слегка испугалась, все же была глубокая ночь. Но это наверняка Иво. Конечно, он! Кто еще может прийти в такое время?

Пришлось спуститься, чтобы открыть дверь. Сердце начало колотиться в груди, а дыхание участилось. Чего она боялась? Реакции Иво? Однажды он уже ударил ее, наорал. А если узнает, что это она виновата в его сегодняшней неудаче, придет в неконтролируемую ярость.

Надо было взять пистолет, но поздно – она уже распахнула дверь, гордо подняв голову. Увидев того, кто пришел, София пришла в недоумение. Этого человека она совсем не ожидала! И на его фоне Иво уже не казался таким жестоким и страшным.

– Извини, что так поздно, но ты не брала трубку, – на пороге стоял Александр, – и не пришла в казино. Я уже подумал, что с тобой что-то случилось.

София замерла, но быстро пришла в себя и распахнула дверь шире.

– Проходите.

Этот гость ее не радовал, лучше бы это был Иво. Но рано или поздно она бы столкнулась с Александром лицом к лицу. Хотя бы потому, что очень скоро они встанут по разные стороны в одной войне.

Мужчина зашел, и тут же дом стал наполняться тяжелыми запахами дорогого парфюма и крепкого табака. Сняв серый плащ, Александр остался в коричневом строгом костюме. Он всегда был одет с иголочки – знает толк в моде.

– Чай или что-нибудь покрепче? – София указала на гостиную, и он последовал за ней, оглядываясь по сторонам.

– Чая будет достаточно. Надо же, здесь ничего не изменилось.

– Я не так давно приехала из Белграда, но и менять ничего не собираюсь. Пока это не входит в мои планы.

– Ты не рассматривала вариант продажи этого дома? Может, в доме поменьше одинокой девушке будет уютнее?

Она резко обернулась к нему, вспоминая слова адвоката. Тот говорил так же. Это наводило на разные мысли, но напрашивался один вывод: то, что находится в доме, интересно им обоим.

– Возможно, в будущем, – солгала она и прошла на кухню, на ходу включая чайник. Пока он закипал, София облокотилась на столешницу, зажмурив глаза. Что этому человеку понадобилось здесь ночью? Она ощутила беспомощность, резко захотелось позвонить Ромалю и попросить, чтобы он приехал. Но она его обидела в очередной раз!

Ничего, она сильная, справится сама! С каких пор София Андрич ищет защиты у мужчины? Но, черт, он бы встал на ее защиту, она даже не сомневалась в этом.

– София, – от звука голоса Александра она вздрогнула, распахнула глаза и отошла от столешницы, – я еще раз прошу прощения, что пришел так поздно, да еще заставляю готовить чай. Но я переживал. Сегодня сорвалось мероприятие Иво… Ты знаешь об этом?

Сердце застучало сильнее, но вовремя выключился чайник, и она сконцентрировалась на нем. Достала чашку, кинула в нее чайный пакетик и залила кипятком. Чайник она прижала к себе и взглянула на гостя.

– Да… Знаю… Он хотел убить Ромаля…

Она поставила чайник обратно, уже не смотря на Александра. После слов, которые она сейчас произнесет, есть два вероятных исхода событий: первый – он прикончит ее, второй – он заберет ее с собой, а прикончит потом. Но у нее есть преимущество, позволяющее оставить ее в живых, – ключ! Ведь он его ищет?

– Ты была с Иво? – не понял он. – Но Иво бы мне сказал, он сам тебя ищет, ты не берешь трубку, а сказала, что приедешь в «Обсидиан».

– Я уезжаю, Александр, – почти перебила она его, не ответив на вопрос, – скажу об