Дорога к твоему сердцу - Дина Сдобберг

эмоциями на лице моей Нимфы. И не видел ни страха, ни пренебрежения. Милане было любопытно. То что я делал, не вызывало у неё отторжения. Её дыхание стало чуть более частым. Ей нравилось! Ей действительно нравилось, значит, я не ошибся, когда решил, что ножки у моей Нимфы очень чувствительное место. Всё также не отводя взгляда от её глаз, я опустил её ступню вниз, прижимаясь к нежной стороне раскалённым почти до бела от желания членом. Вздох вырвался рычанием сквозь зубы. Скольжение подошвы её ступни по члену прошибало электрическим током, прокалывало острыми иглами по позвоночнику, прожигало насквозь, выбивая пот по спине и на лбу. Я рычал диким зверем, боясь только одного. Увидеть отвращение на её лице. Боялся, что она остановит… — Амиран, — потянула она ногу на себя. Я не стал удерживать. — Можно я сама попробую? — Что? — поверить в услышанное было невозможно. Но я откинулся назад, подставляясь под её ножку так, чтобы ей было удобно. Милана чуть развернула ногу и поджав пальчики, почти обхватила головку члена. — Поможешь? — тихо спросила она. — Моя Нимфа, — почти простонал я. Ни одна мечта, ни одно представление и близко не было похоже на то, что я испытывал, благодаря своей Нимфе. Лёгкая дрожь сменилась судорогой, заставившей меня выгнуться, рык сменился затихающим хрипом. Я усилием воли заставил себя открыть глаза. Милана смотрела на свою ногу, на ступню, которую я всё ещё сжимал и прижимал к себе. Нимфа прижала зубками свою нижнюю губу, щëки залило румянцем, а глаза горели тем чувством, которое ни с чем не спутаешь. Эти искры в карих глазах рождало возбуждение. — Кажется теперь моя очередь побаловать свою половинку, — рассмеялся я, опрокидывая её на кровать. Закинул залитую собственным семенем ногу Миланы на своё плечо, открывая себе дорогу. — А вот теперь точно в душ! — сгрëб я на руки своё сокровище после того, как последние стоны затухающей дрожи удовольствия затихли. — Я сама! — попыталась она отобрать у меня губку, которой я её намыливал. — Сам испачкал, сам и вымою. И не спорь, женщина! — отдернул руку я. — Ты лучше расскажи, где таким фокусам научилась? — А что? — она хитро и проказливо улыбнулась. — Неужели ревнуешь? — Кто-то я смотрю решил подразнить зверя, да? А если и ревную, то что? — кто бы интересно на моём месте был бы спокоен. — Отвечай, коварная женщина! — На самом деле оснований для ревности никаких. Тут ситуация скорее забавная. — Смеётся моя Нимфа, вставая ко мне близко-близко и прижимаясь всем телом. — Когда я была маленькой, кругом была настоящая волна всевозможных способов самооздоровления. Не помню, то ли посмотрела, то ли прочитала где-то про особую гимнастику для ног. Мол если делать эти упражнения, то и болеть не будешь, и долголетие гарантированно. Вот я с настойчивостью искренне поверевшей первоклашки, потому что я кажется уже пошла тогда в первый класс, начала их выполнять по три раза на дню. У меня была особая пачка карандашей, на которой было написано "для ног, не для рисования". Вот эти крандаши я катала по полу и между ступнями. Перекладывала ногами из одной кучки в другую, зажимая пальцами. А ещё стояла как цапля на одной ноге, а второй поднимала с пола полотенце, салфетку, носовой платок. Ну, а потом это стало просто привычкой. — То есть, ты можешь ногой поднять с пола вещь или карандаш? — удивился я, отфыркиваясь от текущей сверху воды. — Ну да, — улыбалась она. — Пошли! — загорелся я желанием на это посмотреть. Помог Милане завернуться в широкое полотенце и начал обшаривать собственные карманы в поисках ручки. — Карандаша нет, но вот ручка есть. Подойдёт? — положил я ручку на пол. Милана не ответила, только немного покатав ручку по полу, зажала, поджимая пальчики на ноге, и подняла. Подержала и положила в мою протянутую руку. Потом подняла с пола мою рубашку, полотенце, комок бумаги… — Ты решил весь гардероб выложить на пол? — засмеялась Милана, наблюдая за тем, как я положил на пол несколько футболок, которые я только что достал из шкафа. — Это последние, обещаю! — заверил её я. — Всё? Ревность улеглась? — спросила она, подавая мне последнюю футболку. — Даже не рыпается! — заверил я Нимфу, притягивая к себе. — Но ты не забывай, что согласилась стать моей по закону. И по общему, и по моему. Теперь уже по нашему. Завтра к ювелиру поедем. Размеры под кольца снимать. — Завтра? А сегодня чем заниматься будем? — спросила Милана. — Поверь, сегодня мы будем очень-очень заняты! — проурчал я на ушко своей волшебной Нимфе.

Глава 40

Амиран. Подготовка шла полным ходом. Я, конечно, мог и хотел организовать всё сразу и за пару дней. Но хотелось подарить Милане праздник. Хотелось не наблюдать со стороны за семейными праздниками, а быть его причиной. И только сам себе признавался, что хочу ещё и похвастаться. Показать не только достаток, но и какое сокровище теперь моё. Поэтому, пока имам Али готовил Милану к принятию нашей веры, я учился повязывать шейлу. Произнесение шахады состоялось в семейном кругу. Дополнительного оповещения мы делать не стали. Важные для нас люди и так знали, остальные сами догадаются. Колец мы заказали две пары, для официального брака и нашего, традиционного. Заказал в едином стиле, чтобы можно было носить оба кольца. Одна пара была украшена дорожкой чёрных бриллиантов. А вторая представляла собой широкую полоску растительного орнамента. А вот платья выбирала Милана сама. И с собой она брала Киру, Зарину, Фирузу, Лену и Ксану. Милана так гармонично влилась в женский круг нашей семьи, словно знала всех всю жизнь. С Лейлой они могли часами сидеть и обсуждать всякие упражнения для детей. Даже подруги Нимфы и те пришлись ко двору. Благо две из них были медиками, из-за чего тут же попали в оборот к Алине. Та, похоже, собралась перетащить к себе в центр всех лучших специалистов города. — Что вам делать в вашей хирургии? Да ещё и в военном госпитале? — уговаривала она. — У нас и работы по профилю навалом, и карьеру проще построить. Да и на повышение квалификации отправлю на раз-два! Марина, вот ты, сколько в медсëстрах реанимации ходишь? — А я её уже пару лет шлю вышку получать! — вторила Алине одна из подружек. — Но ты пробовала объяснить бульдозеру, что вот здесь дороги нет? Тут то же самое. — Да я вроде и так на нужном месте, — отнекивалась Марина. — Конечно, кто же спорит? — поддерживала её Ксана. — От того, как следят за пациентом в реанимации, иногда чуть ли не