Лукан. Конец - Адриана Бринн

С меня хватит.

Борись за меня, Андреа. Я все исправлю. Я хочу сказать, но вместо этого произношу одно слово, которое всю жизнь слышу от людей, которых люблю больше всего на свете.

— Прощай.

На этот раз я ухожу, как и должен был сделать в первый раз. Я ей не подхожу, но я все исправлю.

Поверь мне, Андреа. Я все сделаю правильно.

Я хватаю телефон и звоню единственному человеку, которому доверяю заботу о своей семье.

— Да.

— Береги их.

— Какого черта ты планируешь…

Я кладу трубку и выхожу на улицу. Это последний раз, когда моя семья страдает за мои грехи.

В последний, блядь, раз.

НОВЫЙ РАССВЕТ

ЛУКАН

«Взорвите это гребаное дерьмо». — Лоренцо

Когда я стоял на этом самом месте пять лет назад, я и представить себе не мог, что все так обернется. Старые боссы были еще живы, мои сестры были со мной, и у меня не было выбора, кроме как отдаться этой жизни, чтобы спасти их. Я хотел Андреа, но не знал, как получить и то, и другое.

Девушку и титул.

Безопасность моих сестер или девушка, которая дала мне безопасность, которой у меня никогда не было, но которой я всегда жаждал.

Мир или хаос.

Тогда я выбрал долг, но сегодня я предпочитаю семью.

К черту традиции.

К черту долг и к черту моего отца.

Отныне я буду жить для себя.

Для тех, кто хранит мое израненное и измученное сердце.

Моя королева.

Мой сын.

Моя Кара.

— Ты уверен в этом? Назад дороги нет, mon ami61. — Грубый голос отрывает меня от размышлений. Я поворачиваюсь направо и вижу Диона, который стоит рядом со мной и смотрит на стулья трех боссов, стоящие в центре комнаты.

— Почему ты здесь? Разве я, блядь, не говорил тебе не покидать их? — Этот хрен верен, но большую часть времени является королевской занозой в моей заднице.

— Они оба в безопасности. — Он отвечает своим обычным снисходительным и скучающим тоном.

— Тогда зачем ты здесь?

— Чтобы предложить тебе свою поддержку. — Он хлопает на меня ресницами, как гребаный идиот.

— Попробуйте еще раз. Что тебе нужно?

— Это касается твоей сестры.

— А что насчет Кары? Последнее, что я слышал, она… — Он прервал меня.

— Не она.

Если не Кара, то Джиана.

— Я же просил тебя больше не упоминать ее имя. — Я не буду заниматься этим дерьмом сегодня.

— Скоро нам придется с этим разобраться. Она… — На этот раз я прервал его. Нет смысла. Мы уже давно ведем один и тот же разговор, и он ни к чему не приводит.

— Она сделала свой выбор. — Дверь на склад захлопывается, и я не свожу глаз с брата.

Риан.

Он был последним, кого ждали. Все остальные боссы стоят по своим углам. Второй раз за всю историю Святой Троицы три семьи находятся в одной комнате со своими врагами. Они помогли мне вернуть сына, но сделали это не по доброте душевной, нет. Каждый чего-то хочет, и у каждого есть своя цена.

И Кадра, и Лоренцо рады моему уходу, потому что таким образом один из них становится капо трех семей.

У Риана свои планы в отношении Святой Троицы, и кто знает, что он собирается с ними делать. Честно говоря, мне плевать, лишь бы выйти живым из этого места.

Русские?

Эти хитрые ублюдки хотят расширить свою территорию и прибрать к рукам андеграундную сцену Детройта.

Граждане думают, что решения в этом городе принимаются сверху. Политики, церковь, закон, если бы они только знали, что единственное слово, которое является законом, — это слово подполья.

Преступники в красивых костюмах и с дурацкими улыбками.

У руля страны не осталось хороших парней.

Нет.

До нас преступные организации в Америке работали рука об руку с правоохранительными органами. Мы давали им то, что они хотели, — наркотики, женщин, деньги, — но как только мы взяли власть, мы сделали их своими сучками.

Видите ли, в то время как мы могли легко жить с плохой репутацией и страхом людей, представители закона не смогли этого сделать.

Это был бы хаос.

Каждый в этой комнате имеет больше влияния в этой стране, больше власти, чем даже полиция и политики.

— Ты знаешь, что после присяги у тебя не будет выхода, если только ты не выживешь в этом поединке, но даже тогда ты все равно будешь связан с нами. — восклицает Кадра, поправляя свои черные перчатки. Как всегда, она ни на кого не смотрит, пока говорит. Никто не достоин ее внимания и времени, и она дает нам это понять своим безразличным тоном.

— Это чушь, и ты это знаешь. — Кассиус освободился в тот момент, когда Бенедетто отрекся от него и забрал себе титул капо. — Это можно сделать.

— У тебя есть только один способ стать свободным. — Сурово говорит Лоренцо, сидя на стуле своего покойного деда, а не на своем. — Ты будешь считаться крысой, и именно так с тобой будут обращаться, как только ты ступишь за пределы этого города. Как тебя запомнят.

— У тебя не будет нашей защиты, и ты не сможешь просить об одолжениях. — Кадра никогда не сядет в кресло, которое когда-то занимал ее отец.

— Я выйду отсюда крысой, но мою семью трогать нельзя, и ты, блядь, знаешь почему. Андреа — Николаси, старшая, а в моем сыне течет кровь и Николаси, и Вольпе. Они находятся под защитой Святой Троицы.

— А Кара? — Спрашивает Кадра с ухмылкой на своем ужасно злобном лице.

То дерьмо, которое иногда вылетает из ее уст, выводит меня из себя, но она прошла через ад, и кто знает, с какими демонами она боролась в той ужасной семье, в которой выросла.

— Она кое-что значила для моей мамы, и только поэтому она находится под моей защитой, и поверь мне, дорогая, ничто ее не тронет. — Риан произносит вслух единственное, о чем я его просил. Защита для mia topina62.

— Как поживает твоя милая сестренка? Все еще в плену? — Мой новообретенный брат жаждет смерти.

— Кто, блядь, ты… — Кадра делает шаг со своим пистолетом, но я встаю на ее пути. Риан нужен мне живым.

— Твой ребенок и будущие дети будут носить фамилию Вольпе. Какие у нас есть гарантии, что они не поднимут войну против нас и наших детей? — Это говорит Владимир Солоник, Пахан.

Братья жутко похожи во всем. Можно было бы принять их за близнецов, но Владимир старше Виталия, сильнее и