Сердце - Лана Мейер

Кажется, Майкл не спит! Я заметила, как он приоткрыл веки. Засранец.

– Ммм, малыш, – выдыхает он спросонья и потягивается. Мое сердце просто вырывается, взрывается в груди. – Такая красивая ты. Иди к папочке.

А потом оно падает в пятки. Просто падает.

Хочется плакать потому, что, когда оно, блин, падает, мне кажется я люблю его. Люблю Майкла. Как еще называть эти чувства, что выворачиваются, расцветают у меня внутри?

– Водички? – улыбаюсь, наливая воду в стакан. Он вчера много выпил. Ну, хорошо, что не впал в алкогольную кому, иначе бы забыл все, что вчера было.

– О, черт, и воды, но лучше тебя и как можно скорее, – он протягивает ко мне руки, несусь к нему на цыпочках. Ставлю воду на тумбочку и забираюсь на него сверху.

– Мм, чертовски сладкая. Обожаю утром, – я прижимаюсь грудью к его губам, потираясь о его твердый член.

Голова отключается снова, потому что мы падаем, окунаемся в нашу страсть с головой. Майкл дарит мне еще один оргазм, кончая внутрь меня.

Нужно начать принимать таблетки. Но сегодня «безопасные» дни…

– Мне снова нужно идти в душ, – ласково мурлычу я после.

– Вместе пойдем, – шепчет он, потираясь носом о мой нос.

– Мне нужно на работу, и сегодня приезжает мама…возможно, мы не будем вместе этой ночью.

– И слышать об этом не хочу! – он грубо шлепает меня по попке, и я недовольно смотрю на него. Уже всю избил. Мои ягодицы красные, будто я сгорела на солнце.

Следующие полчаса он моется в душе первый, а потом бегу я, и все это время я чувствую возбуждение. Но понимаю, что не могу пропустить работу, и ему нужно на тренировки.

Мое беспокойство о девушках, которых он тренирует почти пропало.

Когда я второй раз выхожу из душа, то застаю его в одних джинсах на кухне. Он достает из небольшой баночки таблетки и быстро запивает их водой, пока не видит меня.

– Ты плохо себя чувствуешь? – мне кажется, что он вздрагивает, когда я задаю вопрос.

– Ты…о чем? – он слишком быстро прячет таблетки в ящик, причем засовывает их куда-то очень глубоко. Что это?!

– Ты пьешь таблетки? Раньше не замечала. Вот и спрашиваю, ты болеешь?

– Это от похмелья.

– Поэтому ты так быстро их спрятал? Покажешь таблетки?

– Ты мне не веришь? – он добавил к своей речи грубый мат, от чего я встала по стойке смирно.

– А ты на меня не ори!

– А ты знай свое место, – он резко вздернул подбородок, высокомерно глядя на меня. Любимые черты ужесточились, полные губы сузились. Что я не так сказала? Что это за таблетки такие, о которых сказать нельзя?

Наркотики? Допинг? У него проблемы со здоровьем?

Боже, даже не знаю, что страшнее. Но мне страшно, что я даже злиться на него за грубость не могу.

– Наркотики? – мои губы дрожат. – Допинг?

– Малыш, это витамины, – он вздыхает, глядя на меня более мягко. – Ты чего так напряглась?

– Я испугалась, – я чуть ли не всхлипываю, и он вытягивает руки, чтобы обнять меня. Чуть не плача, припадаю к его груди.

– Глупышка, – он наспех целует меня в волосы, одной рукой достает таблетки из тумбы. – Это фигня, витамины.

Он протягивает мне баночку. Какой-то обычный витамин C. С трудом верится, что Майкл нуждается в витаминах и пьет их.

– Хорошо, – немного успокаиваюсь. Никаких наркотиков. Меня должно это радовать, если конечно, он не врет.

– Ты же не обманываешь меня? – смотрю в его глаза и вижу, как он закрывается. Сплошная тайна, прочесть которую невозможно.

– Я? Да как я могу? – но голос его звучит, как лед, и я чувствую, что это потому, что он абстрагируется, чтобы не выдать своих настоящих эмоций.

Вот козел. Мне бы у него поучиться.

– Майкл, прошу…всегда говори мне правду. И никогда ничего не скрывай. Ты можешь делать со мной, что угодно, и даже бить по попе…

– Ммм, тебе это нравится, – он прижимает меня к себе, от чего мне хочется заткнуться и закрыть наш разговор.

– Да…в общем делай, что хочешь, только не лги мне.

– Ты только что дала мне разрешение на твою попку? Жду не дождусь вечера, – он страстно целует меня в губы, заставляя забыть обо всем: о таблетках, о том, что между нами вообще когда-то было что-то плохое. Остается только…моя любовь.

И да, я влюблена.

Влюблена.

Влюблена!

Люблю его так, что страшно, очень страшно. Страшно, потому что уже знаю, каково это терять, когда любишь.

***

Очень трудно было оторваться от Майкла, тем более, когда он становится таким…моим, что ли.

Это те редкие минуты, когда в моей голове нет сомнений, нет страхов. О том, что у нас просто секс, о том, что у нас нет будущего.

Невозможно не верить в наше совместное счастье, когда он нежен со мной или называет ласковыми словами.

Тем больнее потом слышать то, как он может на меня орать и оттаскать за волосы.

Импульсивный. Неуправляемый. Но мне остается только смириться с этими его качествами…он совершенно не такой, как Ник.

И мне нужно действительно перестать их сравнивать…я все время боюсь, что я у него так, на несколько ночей, и он способен на предательство.

В то время как я не раз предавала его сама, сравнивая его с Домиником.

Но сейчас этого нет. И не будет. Как это ужасно не звучит, но моя жизнь поделена на «до» и «после».

Сегодня я должна сходить к Нику. Я верну ему кольцо. Оставлю рядом с ним и попрощаюсь.

Это нужно сделать, несмотря на то, что даже от мысли об этом на глаза наворачиваются слезы.

Майкл ушел в «Арену» – сегодня ему предстоял бой, и я бы хотела поддержать его вечером, но сомневалась на этот счет – вечером приезжала мама. Папа, наверное, не приедет, так как не может оставить свою ферму.

– Ты обязан победить, – пообещала ему я, потрепав пшеничные волосы перед тем, как мы расстались возле моей съёмочной площадки. – И тогда тебя ждет сюрприз.

На самом деле у меня не было никакого сюрприза, хотя я знала, что его вполне устроит «сюрприз в постели». Любимый извращенец.

Мой съёмочный день был коротким и последним для этого проекта. Больше никакой массовки. Оставалось только ждать результатов важного кастинга, но я уже догадывалась, что не прошла. Актеров второго плана уже объявили. А мне еще не позвонили. Вряд ли они возьмут меня на главную роль, поэтому я уже перестала надеяться и подыскивала в интернете