Пепел на ветру - Кэтлин Вудивисс

Несправедливость этого намека могла бы взбесить кого угодно. Решив, что на этот раз с нее довольно, Элайна повернулась и, не произнеся больше ни слова, быстро покинула кабинет.

Очутившись в своей комнате, она принялась выбирать платье. В шкафу для ее нарядов не оставалось места: он весь был забит платьями Роберты, поэтому Элайна твердо решила найти для туалетов кузины другое место. Она принялась вынимать вещи из шкафа и бросать их на постель: платья, плащи, пальто, туфли, шляпки… Большинство из них были совсем новыми, и это удивило Элайну, хорошо знавшую пристрастие Роберты к постоянной смене нарядов. Каждая вещь поражала изысканным покроем и отделкой — здесь были шелка и бархат, тафта и шотландка, шляпы с перьями и шляпы с вуалью. Глядя на все это богатство, Элайна ощутила невольную зависть. Как легко было бы поддаться уговорам Коула и позволить ему одеть ее по последней моде, с горечью подумала она.

Между тем шесть ведер с горячей водой уже были доставлены наверх. Элайна вылила в железную ванну пять из них и принялась не спеша мыться. Еще будучи вечно чумазым Элом, она мечтала, что когда-нибудь станет мыться по нескольку раз в день, и поэтому теперь, немного поколебавшись, взяла розовое масло, присланное ей Коулом, рассудив, что вполне заслужила такой подарок. Потом она долго втирала масло в порозовевшую кожу, наслаждаясь теплом и распространившимся вокруг ароматом. Волосы Элайна расчесывала до тех пор, пока они не заблестели, а затем, распустив их по плечам, натянула простые панталоны и, стараясь не думать об удобном и роскошном белье, купленном Коулом, стала натягивать черные чулки и надела свой старый корсет.

Снаружи хлопнула дверь, и Элайна застыла в ужасе. Она сразу угадала шаги мужа: он шел через смежную комнату, тяжело подволакивая ногу и слегка постукивая тростью. Вечером, пока она ужинала, кто-то принес в спальню большое зеркало, и Элайна поспешно обернулась к нему. Она с запозданием осознала, что так насмешило ее мужа накануне: из всех помещений огромного дома она выбрала комнату, смежную с его спальней!

Проклиная себя за глупость, Элайна пошла к двери и попыталась бесшумно закрыть ее. Еще вчера вечером, обнаружив, что на этой двери нет замка, она вдруг осознала, что замков нет нигде в доме.

К ее досаде, вскоре она услышала плеск воды, затем послышался знакомый шорох — Коул точил бритву. Элайна поспешно принялась натягивать на себя одежду. Если Коул действительно собирается бриться, ей хватит времени, чтобы успеть привести себя в порядок.

К ее величайшей досаде, тесемки корсета безнадежно запутались. Нервно покусывая губу, она принялась распутывать их, но тут дверь ванной распахнулась. Небрежно прислонившись к дверному косяку, Коул, вытирая остатки пены с лица, наблюдал за борьбой жены с непослушной одеждой.

— Неужели в вашем доме не найдется ни единого замка? — с досадой спросила Элайна.

— В этом просто нет необходимости, — насмешливо посмотрел на нее Коул. — Все, что находится в доме, принадлежит мне.

Элайна бросила на мужа подозрительный взгляд через плечо:

— И я в том числе?

— Особенно ты, дорогая. — Он рассмеялся и, пройдя через комнату, взялся за тесемки. Словно по волшебству, никак не поддававшийся узел вдруг развязался, и Коул стал зашнуровывать корсет.

Как ни пыталась Элайна разжечь в себе негодование, на самом деле она была рада этой маленькой услуге: ей было даже приятно, что муж удивительно ловко справился с ее трудностями.

Покончив с корсетом, Коул провел ладонью по спине Элайны, отвел в сторону ее волосы и прошептал ей на ухо:

— Детка, ты сложена бесподобно, я бы даже сказал — божественно!

Элайна обернулась — она была уже почти готова простить его, но тут же ей стала ясна ее ошибка. Ее грудь оказалась слишком близко к твердой мускулистой груди Коула, и, кроме того, она была почти обнажена. Задрожав, она потянулась за нижней юбкой — ей вовсе не хотелось оставаться столь уязвимой, а близость Коула Латимера представляла прямую угрозу для ее душевного спокойствия.

Тем временем Коул прислонился к столбику кровати, вынул из кармана бумажник, отсчитал несколько купюр и небрежным жестом протянул ей.

— Вчера вечером ты была очаровательна. Бреггар без ума от тебя. Это говорит о том, что ты успешно выполняешь условия нашего договора.

Густо покраснев, Элайна выхватила купюры и, дерзко засунув их за пояс мужа, пренебрежительно усмехнулась:

— Я не нуждаюсь в подачках и готова выполнять обязанности, обозначенные в нашем договоре, добровольно!

Немного помедлив, Коул убрал деньги и с недоумением оглядел сваленную на постель одежду.

— Ты не хочешь ничего брать от меня, выбрасываешь наряды… Может быть, тебе нужно что-нибудь другое?

Его упрек ошеломил Элайну.

— Вы хотите, чтобы я носила одежду Роберты?

— Роберты?

Коул быстро поднял глаза, и в его взгляде она заметила неподдельное удивление.

— Так ты думаешь, что я позволил бы своей жене ходить в чужих обносках? Все это куплено для тебя, и только для тебя.

— О нет! — Элайна потупилась. — Теперь мне никогда не расплатиться с вами…

— Расплатиться? — На лице Коула отразилось негодование. — Черт побери, женщина, сколько можно издеваться надо мной? Может, и сегодня вечером при гостях ты намерена выставить меня на посмешище? Ну уж этого я не допущу, поверь!

Элайна упрямо сжала губы:

— Я оденусь как сочту нужным, доктор Латимер!

— Ты оденешься так, как подобает моей жене! И если ты не в состоянии быть более любезной, когда мы наедине, то по крайней мере в присутствии посторонних зови меня по имени!

Круто развернувшись, Коул вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что у Элайны зазвенело в ушах.

Завтрак прошел почти так же, как и предыдущий ужин. Коул хранил молчание, зато Бреггар разливался соловьем. После еды ирландец попрощался с хозяевами, пообещав вечером вернуться, захватив с собой кое-кого из родственников.

Оставшись с Коулом наедине, Элайна, чтобы избежать очередной ссоры, заговорила первой:

— Если можно, я хотела бы осмотреть дом.

— Разумеется. Я прикажу миссис Гарт показать тебе его, а сам пока займусь счетами.

— Мне не хотелось бы доставлять вам лишние хлопоты… — осторожно начала объяснять Элайна.

— Довольно! — Коул устало вздохнул. — Мне известно, что ты никогда и ни о чем не просишь. И это раздражает меня не меньше, чем жалобы Роберты. Слуги в этом доме обязаны выполнять твои приказы так же неукоснительно, как и мои. Итак, миссис Гарт проводит тебя! — С этими словами он вышел из-за стола и покинул комнату.

Несколько минут спустя, проходя через холл к лестнице, Элайна заметила, что дверь кабинета мужа плотно прикрыта. Миссис Гарт, показывая особняк новой хозяйке, даже не приближалась к ней.