80000 километров под водой - Жюль Верн

— Я хочу этим сказать, что мы не можем двинуться ни вперед, ни назад, ни вправо, ни влево. Это положение, по крайней мере, в цивилизованных странах, определяется словом «застрять».

— Следовательно, вы думаете, что «Наутилус» не сможет выбраться отсюда?

— Я мало верю в это, капитан. Дело в том, что на пороге антарктической зимы трудно рассчитывать на передвижку льдов.

— Ах, профессор, вы верны себе, — иронически заметил капитан Немо. — Вам все мерещатся только препятствия да преграды! Позвольте же заявить вам, что «Наутилус» не только освободится из кольца льдов, но и продвинется еще дальше!

— Еще дальше к югу? — спросил я, подняв глаза на капитана Немо.

— Да, господин профессор, он пройдет к самому полюсу!

— К полюсу? — вскричал я, не в силах скрыть недоверия.

— Да, — холодно подтвердил капитан, — к южному полюсу, к этому загадочному месту, где скрещиваются все меридианы земного шара. Вы ведь знаете, что я могу заставить «Наутилус» делать все, что я хочу!

Да, я это знал! Я знал также, что этот человек отважен до безрассудства. Но все-таки только безумец мог осмелиться вступить в борьбу с бесчисленными препятствиями, преграждающими путь к южному полюсу, еще менее доступному, чем северный!

А ведь самые смелые, самые опытные мореплаватели напрасно пытались добраться до северного полюса и отступали, побежденные, или погибали.

Я задал капитану Немо вопрос, не открыл ли он уже этот полюс, на который никогда еще не ступала человеческая нога.

— Нет, — ответил он. — Мы вместе сделаем это открытие. То, что не удавалось другим, удастся мне. Мне никогда еще не случалось заходить на «Наутилусе» так далеко на юг; но, я повторяю вам, мы пройдем еще дальше, до самого полюса!

— Я хочу верить вам, капитан, — иронически ответил я. — И я вам верю! Идем вперед! Для нас нет препятствий! Разобьем этот сплошной лед! Взорвем его, а если он будет сопротивляться, снабдим «Наутилус» крыльями, чтобы он мог перелететь над ним!

— Надо льдом, господин профессор? — спокойно ответил мне капитан Немо. — Нет, зачем же? Мы лучше пройдем подо льдом!

— Подо льдом? — вскрикнул я.

Внезапно меня словно озарило. Я понял, на что рассчитывал капитан Немо. Чудесные свойства «Наутилуса» еще раз должны были сослужить капитану Немо службу!

— Вижу, что мы начинаем понимать друг друга, — улыбнувшись, проговорил капитан. — Вы, кажется, готовы допустить, что такая попытка возможна. Я же совершенно уверен в успехе. То, что недостижимо для обыкновенного судна, легко дастся «Наутилусу». Если возле полюса он встретит материк, он остановится. Но если, напротив, полюс омывается водами океана, мы пройдем до самого полюса!

— В самом деле, — ответил я, увлеченный логическим рассуждением капитана, — если поверхность моря скована льдами, то нижние слои его не могут замерзнуть. И, если я не ошибаюсь, погруженная в воду часть льдины относится к выступающей над уровнем моря, как четыре к одному?

— Да, господин профессор, отношение почти такое. На каждый фут айсберга, выступающий над поверхностью моря, приходится по три фута, погруженных в воду. Таким образом, так как эти ледяные горы не выступают над поверхностью океана больше чем на сто метров, они должны быть погружены в воду не больше чем на триста метров. А что стоит «Наутилусу» погрузиться на триста метров?

— Ничего не стоит!

— Больше того, мы можем опуститься еще глубже, в те слои воды, где температура одинакова под всеми широтами, и там безнаказанно будем насмехаться над тридцати — сорокаградусными морозами, стоящими на открытом воздухе!

— Вы правы, капитан, вы совершенно правы! — воскликнул я.

— Единственная трудность, которую нам, возможно, предстоит преодолеть, — продолжал капитан Немо, — это пребывание под водой в продолжение нескольких суток без возобновления запасов воздуха.

— Только всего? — возразил я. — На «Наутилусе» достаточно вместительные резервуары. Мы заполним их, и они снабдят нас необходимым количеством кислорода!

— Отлично, господин профессор, — снова улыбнулся капитан, — Разрешите мне поделиться с вами еще одним сомнением — мне не хотелось бы, чтобы вы потом обвиняли меня в безрассудстве.

— В чем же вы сомневаетесь? — спросил я капитана Немо.

— Возможно, что море у полюса, если оно существует, целиком сковано льдом, и, следовательно, мы не сможем выбраться на его поверхность.

— Что вы, капитан! Неужели вы забыли, что «Наутилус» вооружен бивнем! Вы сможете направить его по диагонали в ледяной потолок, и он легко пробьет себе выход наружу.

— Однако, господин профессор, сегодня вы заговорили совершенно новым языком.

— Впрочем, капитан, — продолжал я, все больше и больше воспламеняясь, — почему бы нам не встретить на южном полюсе свободное ото льдов море? Полюсы холода не совпадают с земными полюсами как в южном полушарии, так и в северном. Поэтому, пока не будет доказано обратное, мы в праве предполагать существование свободных ото льдов морей или земель в этих двух противоположных точках земного шара.

— И я так думаю, господин профессор, — ответил капитан Немо. — Обратите только внимание на то, что после стольких возражений против моего проекта вы забрасываете меня теперь доводами в его пользу.

Капитан Немо был прав. Я теперь состязался с ним в смелости. Теперь я уговаривал его пуститься в плавание к полюсу. Я даже опередил его.

Но нет, жалкий безумец! Капитан Немо взвесил уже давно все «за» и «против» и теперь забавлялся, глядя на то, как я кидаюсь от одной крайности к другой, как безудержно предаюсь мечтам!

Между тем капитан Немо не терял времени. Он вызвал на палубу своего помощника. Они заговорили на своем непонятном языке. То ли помощник был уже раньше предупрежден о планах капитана, то ли он не видел в них ничего неисполнимого, но на лице его не отразилось даже удивления.

Но как он ни был хладнокровен, ему не пришлось перещеголять в невозмутимости Конселя, когда я объявил своим верным товарищам о решении капитана Немо итти к полюсу. Спокойное «как будет угодно хозяину» было единственным ответом этого храбреца, и ничего иного я от него не смог добиться. Другое дело Нед Ленд: вряд ли можно было выше вздернуть плечи, чем это сделал канадец, выслушав мое сообщение.

— Вы знаете, господин профессор, — сказал он, — вы и ваш капитан Немо внушаете мне жалость!

— Но поймите, Нед, ведь мы попадем на полюс, на полюс!

— Возможно, что вы и попадете туда, но вот вернуться оттуда вы не сможете!

И с этими словами Нед Ленд ушел к себе в каюту, «чтобы не наделать бед», сказал он, затворяя за собой дверь.

Тем временем «Наутилус» начал готовиться к своей смелой экспедиции. Мощные насосы, приведенные в действие двигателем, нагнетали в резервуары воздух под высоким давлением.