Графиня - Кэтрин Коултер

— Что случилось?

Густые брови многозначительно взлетели вверх. Похоже, он сейчас разразится проклятиями — напрасно я поинтересовалась его делами, хотя, как его жена, вероятно, имею на это право. Но тут граф вздохнул, словно приняв решение, и криво усмехнулся. Однако в голосе не было ни обиды, ни горечи, скорее — легкая ирония:

— Видите ли, он слишком похож на отца. И чрезвычайно скорбел, когда его родители были убиты разбойниками в Шотландии. Тогда ему было всего двенадцать, а его брату — десять. Я их единственный родственник, моя жена к тому времени умерла, не оставив мне наследника. Я не испытывал никакого желания жениться вторично. Мальчики стали жить у меня, и я обращался с ними как с сыновьями. Младший, Томас, быстро свыкся с новой жизнью, но его брат Джон перечил мне во всем с того самого дня, как появился в Девбридж-Мэноре. — Очевидно, он заметил мой вопросительный взгляд, потому что добавил:

— Насколько я понимаю, он винил меня за то, что я остался жив, в то время как его отец лежит в могиле. Джон считал это несправедливым. Но я хотела спросить вовсе не об этом.

— Вы сказали, его зовут Джон, — запинаясь, выдавила я. Нет, это просто невозможно. Он не может быть тем самым Джоном. Это имя встречается на каждом шагу, в городе, в деревне — повсюду. Слишком глупо предполагать подобное совпадение!

— Я спросила потому, что после смерти деда несколько раз встречала человека по имени Джон. Так или иначе, он показался мне довольно милым.

— А как его фамилия?

— Не знаю, — обронила я, понимая, что кажусь ему идиоткой. — Случайный собеседник. Веселый. Любит посмеяться. И Джордж его сразу принял. По-моему, Джордж вообще предпочел бы сменить хозяина, будь он уверен, что его собираются так же хорошо кормить, как в моем доме.

— В таком случае он не может быть моим племянником. В жизни не слышал, как Джон смеется. Он молчаливый, если не сказать угрюмый, молодой человек, лишенный всякого обаяния и ничем не выделяющийся, когда речь идет об отношениях со мной или управлении имением. И по-моему, не слишком любит животных, по крайней мере я ни разу не видел с ним рядом собаки или кошки. Зато он стал кем-то вроде героя войны и, вероятно, когда-нибудь успокоится и опомнится. Честно говоря, он так редко бывал дома, что просто не успел научиться управлять хозяйством. Что же, время все расставит по своим местам.

— А Томас?

— Ах, мой милый, поглощенный собой Томас, который не доставил мне ни минуты тревоги с самой первой встречи! Нет, он совсем не эгоист, я не это имел в виду. Просто слишком занят, своими болячками и хворями. Кроме того, он одержим страстью ко всяким снадобьям. Стоит ему поранить палец или ушибить локоть, как он тут же хватается за медицинские книги и трактаты в поисках подходящего лекарства. Правда, жена Томаса Амелия прекрасно с ним ладит. Насколько мне известно, у нее целый шкаф забит зельями, настоями, травами и мазями от всех болезней, начиная от чирьев до желудочных колик. Когда в округе появляются цыгане, она скупает у них все общеукрепляющие средства. Амелия — дочь виконта Уэверли, джентльмена, мягко говоря, необычного. Прелестная женщина, но нечто вроде сноба, что совсем неплохо в некоторых ситуациях. А теперь и Джон, вероятно, вернулся навсегда.

Мой муж снова замолчал, а я взглянула в окно, удивленная неожиданной темнотой. На небе сгустились черные тучи, пошел мелкий дождь, и я натянула на колени теплую полость. Экипаж был очень удобным, рессоры — тугими, и я сняла перчатки из кожи лимонного цвета, чтобы провести ладонью по голубой атласной обивке. И тут же заметила фамильный перстень Девбриджей, закрывавший почти всю фалангу безымянного пальца. Я уставилась на массивный изумруд, окруженный бриллиантами, и с внезапным ужасом осознала, что отныне ношу имя и титул графини Девбридж. Надевала ли это кольцо первая жена Лоренса? Может, его сняли с ее пальца после смерти? Господи, какие мрачные мысли! А как Джордж уживается с мисс Крислок? Они прекрасно относились друг к другу, и именно она настояла, чтобы я побыла наедине с мужем, вместо того чтобы постоянно болтать с Джорджем.

Не прошло и часа, как мы прибыли в Репфорд, где Лоренс снял для нас комнаты в гостинице «Серый гусь». Карета остановилась во дворе, и несколько мальчишек немедленно подлетели, чтобы взять под уздцы лошадей и открыть дверцу.

Коротышка хозяин уже стоял в дверях, низко кланяясь и сверкая обширной лысиной — его макушка оказалась под самым моим носом.

— Добрый день, Пратт, — небрежно бросил Лоренс. — Вижу, ваше заведение процветает.

— Да, милорд, — согласился Пратт, вытирая руки о безупречно чистый передник. — Я последовал совету вашего поверенного и получил неплохую прибыль.

Лоренс удовлетворенно кивнул:

— Насколько я понимаю, наши комнаты готовы? Ее светлость устала.

Он учтиво улыбнулся мне. Интересно, почему всегда устают исключительно леди, а не джентльмены?

— Совершенно верно, милорд, и если только ваша светлость и ее светлость соизволят последовать за мной, я провожу вас в отдельную гостиную.

— Только посмотрю, как устроятся мисс Крислок и Джордж, и немедленно приду.

— Думаю, мисс Крислок вполне способна устроиться сама. Ей поможет Флинт. Флинт заодно позаботится и о Джордже. Теперь, когда вы стали замужней женщиной, нет никакой нужды обременять себя.

Мне не слишком нравился Флинт, камердинер Лоренса. Вечно высматривает, вынюхивает и нем как рыба.

— Мисс Крислок — весьма нервная особа, милорд, не привыкшая к переменам и незнакомым местам. Кроме того, она только что оправилась от болезни. Я должна убедиться, что с ней все в порядке.

— «Серый гусь» — обычная гостиница, ничего тут нет незнакомого, — пробормотал мистер Пратт.

— Согласна, мистер Пратт, но пусть отныне я и замужняя леди, не нахожу тут ничего затруднительного. Я сейчас приду, Лоренс.

И прежде чем он успел сказать что-то еще, противоречащее моим принципам, я уже была во дворе. Флинт, как я и ожидала, стоял столбом, молча, угрюмо наблюдая за происходящим и не делая ни малейшей попытки помочь. Я подождала, пока кучер помог мисс Крислок выйти из экипажа. Едва ее ноги коснулись земли, как Джордж вырвался и метнулся ко мне. Хвост его вертелся подобно крыльям мельницы в ветреный день. Я застегнула на нем ошейник и поставила на короткие ножки.

— Я скоро приду, Милли. Попросите мистера Пратта показать вам комнату.

Взглянув на Флинта, теперь занятого изучением собственных ногтей, я рассмеялась. Джордж подпрыгнул на добрых три фута и попытался вырвать поводок.

— Ну уж нет, Джордж! Спокойно семени вперед, я никуда не уйду.

Итак, Джордж и я гуляли, бегали и играли в угасающем свете солнца. У него оказалось куда больше энергии, чем у меня. Прошло больше часа, прежде чем он согласился отправиться к мисс Крислок, поужинать и лечь спать.

Гостиная «Серого гуся», обшитая деревянными панелями, была очень уютной. В камине горело яркое пламя, пахло жареной говядиной, и в воздухе вился легкий дымок. Я бросила муфту и ротонду на стул, подошла к огню и протянула руки, наслаждаясь теплом. Лоренс отложил газету и принялся заказывать Пратту ужин. Как только тот с поклонами удалился, Лоренс приблизился ко мне.