Любви зыбучие пески - Вайолетт Лайонз

Роберто не поверил своим ушам. Слова Кейт просто ошарашили его. Но он должен был как-то прореагировать на них, должен был хоть что-то сказать в ответ, и он произнес:

– Что ты сказала?

Фраза была глупой, неуместной, но она по крайней мере заменила крик. Да, ему хотелось закричать, хотелось наговорить ей кучу гадостей, потребовать от нее ответа на законный вопрос: почему она сделала это, почему отдалась другому мужчине, когда принадлежала ему? Или она не знала об этом? О том, что не имела никакого права вступать с кем-либо в какие-либо отношения, тем более интимные? А ведь он так надеялся на нее! Так верил ей… И вот все его надежды обернулись прахом.

Его скрутила дикая ревность. К ревности прибавлялась жуткая боль, а к боли – слепая злоба от мысли, что она предпочла в постели какого-то другого мужчину и зачала от него ребенка.

– Что ты сказала? – повторил Роберто, не услышав от нее ответа и наблюдая, как расширились ее глаза и задрожали губы.

– Ты прекрасно слышал, что я сказала! – бросила ему женщина. – Могу повторить для притворяющихся глухими: я беременна.

– О Господи! И как же это произошло?

– Я… Кстати, ты не мог бы вернуть мне тенниску? – сказала Кейт, неожиданно сменив тему разговора. – Я предпочитаю разговаривать в одетом, а не в голом виде. – И она указала на белую рубашку, которую он в порыве страсти стянул с нее и бросил на пол.

Роберто ничего не оставалось, как выполнить ее просьбу, и она, отняв от голых грудей руки, повернулась к нему спиной, когда стала надевать тенниску.

Дрожащими пальцами Роберто застегнул пуговицы на своей рубашке и приложил максимум усилий, чтобы собраться с мыслями и взять себя в руки. Надев тенниску, Кейт повернулась к нему и вновь услышала тот же вопрос:

– Итак, ты объяснишь мне, что произошло?

Неожиданно она почувствовала себя школьницей, которую вызвал на допрос директор, чтобы отчитать ее и наказать за совершенный проступок. Впрочем, Роберто был сейчас для нее даже не директором школы. Он соединил в себе одновременно роли судьи, прокурора и присяжного заседателя, и его холодный взгляд можно было сравнить со струйкой ледяной воды, медленно стекавшей по ее спине.

– Я не обязана объяснять тебе, что произошло, – резким тоном ответила ему она. – Ты сам прекрасно знаешь, как это происходит. На одной вечеринке я познакомилась с молодым мужчиной, которого звали Мартин. Он… понравился мне и недвусмысленно намекнул, что и я в его вкусе. Мы стали встречаться. Однажды вечером наше свидание затянулось. После невинных поцелуев мы перешли к более интимным ласкам, а потом…

– А потом улеглись в кровать.

Жесткий тон его голоса вмиг остудил ее кровь, а циничный взлет черных бровей до предела натянул нервы. Глубоко засунув руки в карманы брюк, он плюхнулся на диванные подушки и, прищурив глаза, уставился на ее одеревеневшее лицо. Его взгляд, казалось, пронзал ее насквозь и догола раздевал душу.

– Ты была безумно влюблена в него?

– Да, да, была!

– Но он не был без ума от тебя, не так ли?

Кейт вновь тряхнула копной ярко-каштановых волос, а ее большие темно-зеленые глаза еще больше расширились и потемнели.

– Откуда ты знаешь?

– Если бы ты ему была не безразлична, он не оставил бы тебя в таком положении одну и находился бы сейчас рядом с тобой, а не где-то в стороне. Любящий мужчина не покидает женщину, когда она забеременеет от него. И в этом причина твоих слез, Кейт, – сказал он, когда она отвернулась от окна и, чтобы только не смотреть на него, уставилась в пол. – Ведь он не предложил тебе лететь в Нью-Йорк вместе с тобой, не правда ли?

– Да, правда. Не предложил, – едва слышно прошептала она и провела кончиком босой ноги по блестящему полу. – Он не собирался поехать со мной в Штаты. И не соберется. Никогда.

– Даже после рождения ребенка?

– Да. Даже тогда.

На ее лице появилось выражение полной растерянности и равнодушия ко всему на свете.

– Он не приедет сюда ради меня или ребенка, – со вздохом произнесла она. – Мы ему не нужны. И никогда не были нужны. Он просто развлекся со мной. Все дело еще в том, что он… женат.

– Женат? О, Китти, какая ты все-таки глупышка!

– Да я и не подозревала об этом! – В ее голосе прорвались нотки негодования. – Неужели ты думаешь, что я пошла бы на эту связь, если бы знала, что он женат!

– Ну-ну… – Его брови взлетели дугой над глазами, как бы выражая сомнение в ее искренности. – Разве для тебя это имело значение? А мне кажется…

– Я знаю, что может казаться, в том числе в данный момент, такому выдающемуся, всеведущему, такому всесильному джентльмену, каким является Роберто Мадругада! – глаза Кейт наполнились горечью, и она, отвернувшись от него, уставилась в потухший камин. – Разумеется, ты никогда в жизни не совершил бы подобную ошибку!

– Ты так считаешь? – вполголоса прошептал Роберто и вытер ладонью вспотевший лоб. – Как раз и совершил, причем очень большую.

Он совершил непростительную ошибку сегодня, явившись в этот дом и оказавшись в положении полного дурака! О чем он думал, когда открывал дверь в библиотеку? Только о том, чтобы открыть ей свои чувства после того, как истек срок его обещания, данного Уолтеру Хиллзу. О том, что он боготворил ее все эти последние годы, пока она превращалась из ребенка в девочку-подростка, а потом из подростка – в красивую молодую женщину.

Но он абсолютно ошибался, полагая, что Кейт питала к нему подобные же чувства и готова была ждать его точно так же, как он вознамерился ждать ее повзросления. Она просто выбросила его из головы. И прыгнула в постель к другому мужчине. К тому же женатому.

Неожиданно ярость, бушевавшая в нем, утихла, и ее клокочущее пламя превратилось в едва тлеющий фитилек. Но этот фитилек доставлял ему такую боль… Его Кейт, его девочка… Он не мог даже представить себе ее – такую нежную, такую невинную – в постели с кем-то другим, отдающуюся другому мужчине…