Сделка с боссом - Кэтрин Джордж

Элери пристально всматривалась в светлые глаза, которые спокойно встретили ее испытующий взгляд, не давая проникнуть в его мысли.

– Почему же? – наконец спросила она.

– Потому, что я твердо решил убедить вас вернуться в «Нортволд», – сообщил он.

– Это исключено, – тихо сказала она и твердой рукой наполнила их чашки.

– Вас даже не удивила моя просьба.

– А по какой другой причине вы могли пригласить меня обедать?

Он насупился.

– Ну, по той же, по которой вас приглашают другие мужчины, – ради вашего общества, я полагаю.

Сердце Элери пропустило удар.

– Но в нашем случае все иначе.

– Не совсем. За последние двенадцать месяцев вы стали занимать значительное место в моей жизни, Элери, и мне чертовски вас не хватает. Дело не только в том, что вы прекрасный работник. До появления миссис Уиллис, которая не расстается с двойкой цвета морской волны и бесформенной юбкой того же оттенка, я даже не сознавал, какой у вас безупречный вкус.

– Благодарю вас, – сказала она, с удивлением открывая для себя, что, оказывается, Джеймс замечал, как она выглядит. – Морская волна определенно не мой цвет.

– Я так и думал. – Джеймс подверг ее обстоятельному осмотру. – Сегодня вы просто ослепительны… Похожи на экзотическую итальянку – наверное, из-за распущенных волос.

Сердце ее учащенно забилось. Элери изумленно уставилась на Джеймса. Чтобы хоть как-то скрыть свое смятение, она засмеялась и отпила кофе.

– Вас ввел в заблуждение цвет моих глаз и волос. Вообще-то я пошла в своих предков из Уэльса. Мой отец – блондин.

– Он из Северной Италии? Она кивнула.

– Из Венеции.

Джеймс сложил руки на груди, не сводя глаз с ее лица.

– Элери, вы отказываетесь вернуться, потому что не хотите или вам не позволяет ваша гордость?

В отличие от сердца с памятью Элери все было в порядке. Ее глаза холодно блеснули.

– Я оказалась под подозрением, если вы помните. Как можно рассчитывать, что я вернусь при этих обстоятельствах?

– Никто, кроме меня и моего зятя, не знает, что вы имеете какое-то отношение к Тоби Мейнарду. – Он отвел глаза. – Сэм сказал, что Мейнард получил информацию от кого-то в «Мерлин-Эйлсе». Вы полностью оправданы.

– Мне нужно доверие, а не оправдание, – резко возразила она.

– Но я доверяю вам. Я говорил вам об этом в тот день, когда вы ушли от меня. – Джеймс помолчал, хитро улыбнувшись. – Я никому, кроме Брюса Гордона, не сказал, что вы уволились. Все остальные служащие думают, что вы взяли что-то вроде отпуска из-за того, что семья в вас нуждается.

– Она нуждается во мне постоянно, – ровным голосом проговорила Элери. – Так что, если бы даже хотела, я не могу.

– Но вы хотели бы, – быстро сказал Джеймс.

– Да, хотела бы, – призналась она. – Мне нравилась моя работа. Но мне слишком дорога моя семья, чтобы я опять все бросила и оставила ее в состоянии неопределенности. – Тем более она не собиралась нестись во весь опор в Нортволд только потому, что Джеймс Кинкейд свистнул и поманил ее пальцем. Как бы ей этого ни хотелось. Элери встала. – Думаю, мне пора домой. Завтра тяжелый день.

Джеймс сделал знак официанту.

– Я вас подвезу.

– В этом нет никакой необходимости, к тому же вам не по пути.

– Вообще-то я буквально проезжаю мимо вашей двери. – Он помог Элери надеть теплый шерстяной жакет золотистого цвета. – Придется бегом: опять пошел снег. – Они вышли на улицу в белоснежную, вьюжную ночь. Он потащил ее к своему «лендроверу-дискавери» и впихнул внутрь.

К тому времени, когда они добрались до города, начался настоящий снегопад, и Элери попросила Джеймса высадить ее в начале тупика.

– Дом в двух шагах, поэтому не надо подъезжать ближе, иначе вы не сможете развернуться, – пояснила она, и Джеймс выключил зажигание.

– Я не собираюсь сдаваться, Элери. Если передумаете, вы знаете, где меня найти.

Не поднимая глаз, Элери возилась с ремнем безопасности.

– Сомневаюсь, что это случится. Но спасибо за обед. Боюсь, вы впустую потратили вечер.

– Как можно считать время, проведенное с вами, потерянным, Элери?

– Вы очень любезны, – вежливо сказала она. – Просто мне жаль, что я вас разочаровала.

– Мне тоже. – Джеймс вылез из машины, обошел вокруг, чтобы помочь ей выбраться, и затем, немало ее удивив, сжал ее руки в своих ладонях. – До свидания, Элери, но я с вами не прощаюсь.