Горная долина - Энн Мэтер

В этот момент загорелась табличка, призывавшая всех пассажиров пристегнуть ремни, и самолет пошел на снижение. Моргана нервно дергала свой ремень, не в состоянии от волнения справиться с ним. Ей вдруг стало нехорошо, у нее слегка закружилась голова, колени дрожали.

Вдруг ремень вырвали, и мужская рука крепко застегнула его на ней. Моргана подняла голову и в недоумении уставилась в лицо Витторио Сальвадора.

– Вы... это вы были тем стариком... – начала было она. Он покачал головой и, прежде чем ответить, сел рядом с ней, застегнув свой ремень безопасности.

– Простите, сеньорита, – сказал он, выразительно пожав плечами.

Моргана перевела дыхание, страх почти оставил ее. Глядя на Витторио, она негромко спросила:

– Вы... вы один из... одни из них?

Витторио кивнул:

– Да, сеньорита. Мануэль, Хосе, Фелипе – это мои друзья.

Моргана в изумлении покачала головой:

– Но куда вы нас везете?

Старик нахмурился:

– Мы летим к Ла-Нава, сеньорита, высокогорной долине в Рио-Кимера.

Моргана посмотрела на него.

– Высокогорной долине, – повторила она медленно. – Видимо, это в Монтераверде.

– О да, конечно, сеньорита.

Моргана опустила голову. Она именно это и подозревала. Но почему он сказал ей, куда они летят? Зачем ему нужно, чтобы она это знала? Ведь она может легко выдать их, когда выберется отсюда?

В уме Морганы метались самые тревожные сомнения. Ведь они или те, кто ими руководит, не станут держать их в плену? Действительно ли старик знает об их планах? Или он доверяет ей их тайну?

Последнее казалось ей невероятным. Витторио, хоть по возрасту и был стариком, обладал ясным умом и хитростью, достойными молодого, в этом она не сомневалась, и он не тот человек, который говорит что-либо, не подумав. Но прежде, чем ее расстроенное воображение изобрело новые сомнения, самолет резко нырнул вниз, и какая-то женщина на заднем сиденье пронзительно завизжала.

– Мы разобьемся! Мы разобьемся! – вопила она в истерике. – Мы все погибнем! – Голос ее оборвался и перешел в рыдания.

Моргана взглянула на своего соседа. Узловатые пальцы Витторио сомкнулись на ее руке, лежавшей на подлокотнике, и старик сказал:

– Не волнуйся, малышка. Божья воля приведет нас к цели.

Моргана крепко вцепилась в ручки кресла. Она совсем не была уверена в том, что они могут рассчитывать на полную безопасность, и, когда увидела внизу световые сигналы, все внутри у нее оборвалось, сердце бешено заколотилось и к горлу подступила тошнота. Перед ними лежало узкое плато, ярко освещенное огнями факелов, их пламя взметалось высоко в воздух, а за ними высились острые пики скал, и их отроги угрожали им неминуемой смертью. Моргана закрыла глаза, чувствуя, как на лбу у нее выступает пот.

– Немного мужества, малышка, – услышала она голос Витторио, и через мгновение колеса самолета чиркнули по твердой поверхности плато.

Они с бешеной скоростью мчались к каменной стене впереди – воздушные тормоза не успеют вовремя остановить самолет! Моргана невидящими глазами смотрела перед собой, с ужасом ожидая мгновения, когда скрежет металла известит об их последнем часе.

Но никакого скрежета не было. Внезапный резкий толчок, звук удара, когда фюзеляж столкнулся с неровной поверхностью и проехал по ней, и наконец, дернувшись еще раз, машина остановилась. Все время этой страшной посадки в самолете стояла мучительная тишина. Теперь, на твердой земле, пассажиры, казалось, вновь возвращались к жизни с возгласами облегчения.

Витторио Сальвадор отстегнул свой ремень безопасности и встал. Увидев, что некоторые начали разминать ноги и двигаться по самолету, он командирским тоном крикнул:

– Пожалуйста, просьба пока никому не вставать. Оставайтесь на своих местах. Скоро вам дадут указания о последующих действиях.

Раздалось несколько возмущенных восклицаний, но в целом пассажиры были послушны. Все заметили зловещий наклон самолета, и многие догадывались, что самолет при посадке повредил нижнюю часть кузова.

Открылась дверь пилотской кабины, и в сопровождении вооруженных мужчин из нее вышли пилот, его помощник и штурман. Команда выглядела напряженной, посадка далась им нелегко, и Моргана почувствовала, каким страшным испытанием стал для них этот рейс, ведь они отвечали за жизнь всех находящихся на борту. Руководил всем мужчина, которого Моргана заметила раньше, – тот самый, что сидел через проход от нее. Она не знала, кто он. В ее голове даже пронеслась смутная мысль, не связаны ли с нападением и братья Сальвадор – это казалось вполне вероятным, учитывая, что их дядя был здесь.

– Сеньоры! Сеньоры! Прошу внимания, – вежливо произнес человек. – Пока вы все останетесь на своих местах. Сегодня вам придется спать в самолете, что не доставит вам особых неудобств, а завтра с вами будет говорить наш командир.

Раздался недовольный ропот, но никто не заявил официального протеста. Казалось, все были даже довольны известием, что больше их никуда не повезут и не собираются брать в плен.

Человек продолжал:

– Завтра будет решено, что с вами делать дальше.

Глаза Морганы потемнели от волнения.

– Что это значит? – воскликнула она. – Вы же сказали, что отпустите нас!

Витторио предупреждающе нахмурился, и она сразу наклонила голову. Человек коротко взглянул на нее и отрезал:

– Больше не буду вас предупреждать, сеньорита. Помолчите, понятно?

Моргана закусила губу и ничего не ответила. Мужчина смерил ее свирепым взглядом, прежде чем продолжать отдавать приказания. В самолете находилась молодая пара с грудным ребенком, и он разрешил, чтобы на борт было доставлено молоко, которое стюардессы могли бы подогреть для малыша. Ребенок раскапризничался, и Моргана подумала, что его жалобный плач хорошо выражает чувства всех присутствующих. Никто даже не пытался проявить храбрость и оказать этим людям сопротивление. Ничего хорошего из этого не вышло бы. Они были вооружены, и тогда непременно кто-нибудь пострадал бы. Кроме того, большинство пассажиров были среднего, а то и пожилого возраста, те немногие, кто помоложе, летели с женами и явно не желали, чтобы против них предприняли какие-нибудь карательные меры. Поэтому все покорно остались на своих местах. Двери самолета были открыты, и с посадочной площадки донеслись звуки и свежий ветер. Команде позволили занять места в пассажирском салоне, двое мужчин остались в самолете, а другие террористы, в том числе Витторио Сальвадор, вышли наружу.

Пилот подошел и сел в кресло рядом с Морганой, где только что сидел Витторио. Это был человек среднего роста и комплекции, со слегка седеющими висками, с лица у него не сходило напряженное, уставшее выражение.

– О господи! – пробормотал он по-португальски. – Это уже слишком!