Весна в душе - Татьяна Фомина

Саша потянулась вперед, и, глядя прямо в лицо, четко проговаривая слова, сказала:

— Я сама решаю, где и с кем мне сидеть!

— А ты серьезная, Кнопка! — Женька Воробьев подошел к нашей парте.

— Я не люблю, когда мне дают прозвища! — Саша сурово сдвинула брови.

— Это почему, Кнопка? — смеялся Женька.

Саша втянула в себя воздух, но ничего не ответила.

— Воробьев, ты бессмертный что ли? Отстань от нее! — прорычала я.

Саша, услышав его фамилию, довольно вскинула бровями.

— Ладно. Са-ша. Извини.

— Спасибо!

Я не поняла, кому Майская сказала спасибо: Воробью или мне. Не важно.

Прозвенел звонок, и одноклассники разошлись по своим местам. Странно, как это Даша еще не показала себя? Обычно она не упускала возможности.

Прошло уже минут десять, а учителя не было. Сейчас должен быть русский, а потом литература. Но всегда проводился двойной русский. Известие, что его не будет, заставило меня изменить свои планы. После уроков, я собиралась в 44 школу. Что ж, так даже лучше. Схожу сейчас. Я начала складывать вещи.

— Кира, ты, что будешь делать? — спросила меня Саша.

— Хотела сходить в другую школу. Тут не очень далеко. Как раз успею.

— А можно с тобой?

Я смотрела на новенькую. А почему бы и нет? С самого начала я не хотела идти одна. Но просить никого не хотела. Как, собственно, и раскрывать свои секреты. Да и Саша мне понравилась. Как раз поболтаем по дороге.

— Пошли.

Сначала мы болтали ни о чем. Я рассказывала новенькой о школе, учителях. Она о своей старой школе. Оказывается у нее отец военный. Они часто переезжают. Сейчас его перевели в наш город. И, она уже привыкла, что отношение к новеньким не совсем доброжелательное.

— Я, конечно, понимаю, что для начала нужно рассказать о себе, но, Кира, почему ты держишься стороной? — вдруг спросила Саша, когда мы уже подходили к 44 школе.

— Это так заметно? — я скинула капюшон.

— Ага. Когда я вошла, все рассматривали меня как под микроскопом. И перекидывались взглядами. Ты же почти сразу уткнулась в телефон. А когда я села рядом с тобой, было столько вокруг непонятных эмоций, словно я не прошла тест.

— Мне нужно было договориться со знакомой. Она как раз ответила. Извини. И, да. Я — одна.

— Расскажешь?

— Не знаю. Не сейчас, — я начала нервничать. То ли от вопросов новенькой, то ли от того, что мы приближались к цели.

Все-таки я позвонила Соне Ляховой, поздравила с прошедшим днем рождения и спросила про Симонова. Они учились в одном классе. На вопрос, как его можно увидеть, Сонька сказала, что как я приду, она попросит его выйти на улицу. Времени из-за репетиций не было, или просто я трусила, но пойти получилось только сегодня.

— А зачем ты туда идешь? — спросила Саша.

— Мне нужно задать одному парню пару вопросов.

— Это твой парень?

— Нет.

Я с ним даже не знакома. Вот же черт! Зачем я ее взяла?

— Саша, подождешь меня, здесь? Я не долго.

— Хорошо.

Саша осталась стоять на крыльце, а я вошла в фойе. Я заранее написала Соне, что уже иду. И Симонов уже стоял.

— Это ты хотела меня увидеть? — сощурив глаза, он пытался удовлетворить свое любопытство, рассматривая мое лицо.

— Да.

Он меня не узнал. А как напомнить ему о том, о чем я хотела спросить, я не подумала. Вот же блин. Как всегда. Я сняла шапку.

— Ты?!

Все-таки узнал.

— Ага. У меня есть один вопрос, и я хотела бы получить на него ответ.

* * *

Симонов расслабился, или хотел так показать. Не знаю.

— Зачем? — спросила я.

— Что значит, зачем?

— Зачем ты сделал это? — я смотрела в его темные глаза, чувствовала его ауру и силу.

— А что я сделал? — ухмыльнулся парень.

— Ой, не надо строить из себя слабоумного! Просто ответь: зачем, и я уйду!

— И все-таки я хотел бы знать, что ты имеешь в виду?

— Всё! Зачем ты согласился?

— Чисто из спортивного интереса! — Симонов сложил руки перед грудью, и выглядел как супергерой!

— И все?!

— Ну, да! Не каждый же день тебе предлагают заплатить за твой поцелуй!

Заплатить? Даже так. Боль обожгла сердце.

— Сколько? — прошипела я.

— Это уже второй вопрос!

— Сколько? — прорычала я, глядя на этого придурка, гордившегося собой.

— Довольно прилично.

Сердце пропустило удар. Значит, Богданова была готова даже расстаться с деньгами, чтобы убрать меня со своей дороги. Что ж, значит, я отделалась малой кровью. Я развернулась и хотела уйти, но Симонов поймал меня за руку.

— Подожди, детка!

— Я — не детка! — со злобой бросила я, вырывая руку.

— Согласен. Детки так не целуются!

— Отвали! — он снова поймал мою руку.

— Слишком грубо, не находишь? Ты сама меня нашла! Я тоже имею право задать свой вопрос!

— Задавай! Меня ждут!

— Я вижу. У меня такой же вопрос: зачем?

— Что значит, зачем?

— Ты повторяешь за мной, малыш!

— Я — не малыш! Поясни, или я пошла!

— Зачем это было нужно ей? Или же все-таки тебе?

— Прости, но я не могу тебе на него ответить.

— А ты попробуй!

Он держал меня за локоть и без ответа отпускать не собирался.

— Мне это было не нужно! Это было нужно ей! Чтобы быть с моим парнем! Доволен?!

Я выдернула руку и выскочила на улицу. Я даже не заметила, что на улице мороз. Лицо горело.

— Кира, надень шапку! Простынешь! — сказала Саша.

Я послушно надела шапку.

* * *

Владимир стоял и смотрел вслед. Когда к нему утром подошла Соня и сказала, что ее знакомая хочет с ним поговорить, он никак не отреагировал на это. Слишком много девчонок хотели не только поговорить. И Владимир к этому привык. Но Соня была слишком настойчива. Владимир не терпел, когда кто-то указывал, что ему делать. Ляхова не отставала. Она написала, что ее знакомая подойдет через десять минут, и будет ждать в фойе. О чем хотела поговорить Кира, Соня не знала. Но, зная репутацию Вовки, подумала, что это еще одна жертва обаяния Симонова. В конце концов, это не ее проблемы, она ему сказала, а с остальным пусть сами разбираются.