Его птичка. Книга 2 - Любовь Попова

— Это же гениально, — радовался лаборант Ванька, когда мы сделали еще один шажок на пути к созданию искусственных органов.

— Всего лишь клетки, — удивленно начал говорить я, и тут в дверь постучали. Рита, помощница и секретарь Марины.

Я осмотрел ее с ног до головы. Отчего она смутилась? Кажется, десерты, стрессы и сидячая работа не давали ей возможности схуднуть. Скорее наоборот.

— Давай быстрее. Не стой столбом.

Она ассоциировалась с Мариной, а значит, ее присутствие было нежелательным.

— Вас вызывает Марина Евгеньевна.

Вот блядь. Пришла, когда не ждали.

— Для чего? — спросил я и переглянулся с Ваней. Он был в курсе всего.

— Она сказала, это связано со следствием.

Я посмотрел ей вслед и медленно сглотнул. Приехали.

Вязкая тошнота, именуемая страхом, навалилась на меня всем своим грузом и начала душить.

Шел я медленно, чувствуя неминуемую беду. Марина ведь очень долго меня игнорировала. Все, чего я удостаивался, это прожигания взглядом своей спины или сообщений по ватсапу не самого приличного содержания.

Приходилось удалять это. Заодно и тонкие намеки на угрозы, что она так любила писать.

Ане я так и не рассказал, с чего, собственно, начались наши многолетние отношения с Мариной, не рассказал, как меня, пятнадцатилетнего пацана, приучила к подчинению яркая женщина — любительница доминирования.

Когда я учился в вузе, мы встречались намного реже, и я всегда нарушал приказ о воздержания, втрахивая очередную однокурсницу в стол, подоконник или кровать.

Я пытался освободиться от влияния Марины несколько лет, но она, словно преследуя меня, пришла работать и в больницу, где я проходил интернатуру.

Вскоре стала здесь главным врачом. Но не своими заслугами, а через крупного бизнесмена, депутата и своего мужа Ланского Игоря Владимировича.

Раньше я был частым посетителем в кабинете главврача, а сейчас понимал, что своим приглашением Марина вышла на тропу войны.

Интерьер с безвкусными картинами, что вел в ее кабинет, так и не изменился.

Я не хотел здесь находиться, я не хотел видеть ее лощеного накрашенного лица и прическу, на которую разве что целый флакон лака не вылили. Я не хотел ее видеть и слушать, но мне пришлось смотреть, как она кладет на стол результаты внутреннего расследования. И там не было ничего хорошего. Там были подробно разобраны мои действия с пересадкой сердца, в каждом из которых было найдено нарушение.

Короче, полная жопа.

— Кто инициатор? — поинтересовался равнодушно, хотя внутри кипел вулкан и желание просто впечатать эту худую морду в стол.

И еще хотелось сесть и просто выть, потому что такая ворона свою добычу не отпустит. Особенно такую, как я.

Столько трудов, столько лет работы, и все этой суке под хвост. А в том, что именно она все это затеяла, я даже не сомневался.

— Понимаешь, — начала она после небольшой паузы, во время которой она делала вид, что смущается. Как будто она знала, что это такое. — Ко мне пришла Диана, призналась в случайном убийстве.

— В случайном? — поднял я брови в притворном изумлении. До сих пор помню пролетавшую мимо меня Лиду и то, как она шмякнулась об кафель, разбив голову.