Достань меня - Маша Брежнева

- Кать, милая, скажи, как это называется?

На перемене десятый «Б» ждал учителя в коридоре, сгруппировавшись небольшими кучками. Типичная такая десятиминутка между уроками. Парни, среди которых были Антон и Женя, обсуждали результаты вчерашних футбольных матчей. Девчонки болтали на разные не самые серьезные темы. Рита и Катя стояли, немного отделившись от всех, и по учебникам повторяли заданную тему. Точнее, Катя повторяла, а Рита только и делала, что постоянно поглядывала на Женю. И каждый раз натыкалась на серые глаза, смотрящие прямо на неё.

- Что называется? – спросила Катя, не отрывая глаз от страниц.

- Он пялится на меня, – коротко ответила Рита.

Катерине не требовалось объяснять подробнее. Она метнула быстрый взгляд в сторону парней и сразу все поняла.

- Влюблённый Ковалевский во всей своей красе это называется.

- Кать!

- Рита, пойми, отрицать действительность уже поздно. Он втрескался в тебя.

- И что мне теперь делать с его любовью?

- Варианты, Шкипер?

Знала бы сама Рита, чего она хочет! Днём – чтобы он отстал навсегда. Ночью – чтобы сгреб в охапку и не отпускал… Вот и как в себе разобраться?

- Рит, настоящая химия сама себя не выучит, а вы и без меня нахимичите что-нибудь. Вот скажи, что ты к нему чувствуешь? Кроме раздражения, разумеется.

- Святые ежики! Ничего не понимаю.

- Рыжова? – подозрительно скосив глаза на подругу, спросила Катя. – Ты чего так вылупилась на него? В учебник бы так смотрела, а не на Женечку.

- Кать, а он красивый.

Катерина с треском захлопнула книгу.

- Новость года подъехала, честное слово. Рит, ты с какой планеты вообще? Первый-первый, я второй, земля вызывает! Ой, а что это у нас щёчки покраснели?

Рита с удовольствием отвернулась бы от подруги, чтобы скрыть все более заметное смущение.

- Ууу, ну и дела, – Катя не могла подобрать слов, чтобы описать словами истину, открывшуюся ей в этот момент. – Все понятно, Рыжова. Тебе хана.

***

В четверг, перед очередным уроком истории, класс не на шутку волновался. Было пройдено уже несколько тем, и Виталина Сергеевна обещала провести тест. Добрая и понимающая по первым впечатлениям учительница вполне могла  оказаться грозной фурией во время проверки знаний, и ребята срочно делали спасительные шпаргалки. Благодаря новому учителю предмет как-то сразу стал интереснее, но большинству история все равно давалась тяжело – трудно было выучить даты, имена, построить логические цепочки между событиями.

Рита переживала не за результаты теста, а за соревнования, ждущие её на выходных. Проигрывать не хотелось, но последние тренировки проходили не самым блестящим образом, и тренер заставлял девочку бегать едва ли не до потери пульса. Всегда собранная атлетка немного дала волю эмоциям, а в спорте это мешало. Рита все понимала, только вот никак не могла сосредоточиться. Не о том она думала, о чем стоило бы. Совсем не о том.

Закопавшись в своих мыслях, она вышла в коридор, потому что смотреть на синхронно обалдевших одноклассников сил уже не было.

Людей рядом с кабинетом почти не оказалось, а в конце коридора возле окна стоял Женя, с отрешенным видом листавший что-то в телефоне. Рита уверенно направилась к нему.

Она, в здравом уме, сама шла к Ковалевскому! После его признания они больше не обсуждали тему чувств, хотя общались каждый день и в школе, и вечерами. Рита совершенно запуталась, что она ощущает, находясь рядом с ним каждый день. Признаваться себе в том, что уже смутно засело на краешке подсознания, было страшно, гораздо страшнее даже, чем проиграть забег.

- Ты что-то не занят шпаргалочным мракобесием, – сказала она, становясь напротив парня.

- Я так понимаю, ты тоже, – Женя убрал телефон в карман и облокотился на оконную раму. – Вот уж не поверю, что тебе все равно, как ты тест напишешь. Прикинь, что будет, если я тебя опять уделаю.

Он усмехнулся, а вот Рите смешно не было.

- Можешь не верить, но сейчас не до теста, уделывай, если хочешь, – Рита вздохнула, представляя, как сегодня снова будет отходить после тренировки, и подумала, что оценки её сейчас интересуют меньше всего на свете. Особенно меньше того надоедливого, но совершенно нереального парня, который так завороженно смотрит на нее.

- Что-то случилось? – от проницательного взгляда серых глаз Ковалевского спрятаться было невозможно.

- Нет, но может. У меня в субботу соревнования, а я бегу на последних тренировках хуже наших лентяев-задохликов на физре.

- Рит, ты чего?  Это же на тебя не похоже. Ты лопнешь скорее, чем проиграешь кому-нибудь. Я не думаю, что у тебя не получится, – Женя потянулся к Рите рукой и ласково потрепал по плечу. – Рыжик, ты все сможешь, правда.

Он не называл так Риту уже несколько лет, и девочка даже не поверила, когда услышала это обращение. Прозвище «Рыжик» так и пристало к ней с первого класса. Правда, потом Женя не произносил его, называя Риту, чаще всего, по фамилии. «Рыжик» еще никогда не звучало настолько мило, как сейчас.