Синий бриз - Кристин Лестер

– А давайте рассказывать страшные истории, – детским голосом предложил Себастьян. – Чур, я первый!

Все захохотали. Теперь лица были почти не видны, только контуры фигур мерцали в неровном свете пламени трех свечей. Обстановка была самая располагающая. И к страшным историям, и к тому, чтобы… Шарль вдруг придвинулся и обнял Жозе, совершенно без комментариев и каких-либо оснований. Как будто так и надо. Справившись с глубоким изумлением, которое хорошо было написано на ее лице, но совершенно никем не было замечено, она все-таки немного отстранилась и шепотом задала ему закономерный вопрос:

– Чего ради вы это делаете?

– Ну… чтобы вы не испугались страшных историй. Или молнии.

– Не произносите это слово! – невольно вырвалось у нее.

– Это Себастьяну нельзя! – буркнул у них за спиной Жак. – Я пойду спать! – И что-то бормоча, он, судя по грохоту, потопал на второй этаж.

– Не выдержал парень! – заключил Себастьян. – Эх, Жозе! Где мои семнадцать лет? Передо мной вы бы точно не устояли!

Все снова засмеялись. Жозе вдруг стало уютно оттого, что ее обнимает Шарль. Уютно оттого, что на улице ураган, а они – в тепле, и не надо никуда пробираться и буксовать… Как приятно будет растянуться сейчас в сухой теплой постели… Стоп!

От следующей, вполне закономерной мысли у Жозе пробежал огонь по жилам и стало немного страшно: неужели она позволит себе изменить Марку? Тем более что это – впервые. И это притом, что утром она зареклась подпускать Шарля к себе!

Публика начала зевать. Стало понятно, что страшных историй сегодня на ужин никто не подаст.

– У нас как раз три свечки! – воскликнул Себастьян. – Мы все разойдемся по трем комнатам! Спокойной всем ночи. – Он проворно схватил со стола толстую свечу и нетвердой походкой направился к лестнице.

Чета Лессингов тоже направилась наверх. Жозе встала.

– Я пойду спать.

– Возьмите свечу.

– А как же вы?

– Я останусь здесь.

– Вам будет темно… – Она медлила. Бог ты мой, почему же она медлит?!

– Вы не хотите уходить, Жозе?

– Я не хочу спать. Мне страшно.

– Давайте я вас провожу.

– Да. Но…

– Я сразу же уйду!

– Хорошо. – Она смутилась. – Я вообще-то не об этом хотела сказать. Ну ладно, пойдемте.

Они поднялись к ней в комнату, где Жозе сразу села на стул у окна, чтобы запутать намерения Шарля. Если они у него, конечно, были. Просто она сама еще не поняла, чего хочет. Он стоял перед ней.

– Жозе.

– Что?

– …Я не знаю, что сказать. Вот.

– Я тоже.

– Но уходить не хочу.

– Не уходите. Просто…

– Просто, если я сейчас останусь у вас… а мне бы очень хотелось… – Он вдруг взял ее руку и поцеловал в ладонь.

– Шарль! – Она вырвала руку. Ощущения были потрясающие, но теперь ее жгло всю целиком, как утреннее пятно на шее.

– Так вот. Если я останусь, это будет…

– Банально.

– А мне бы не хотелось банальных отношений с вами.

– А у нас есть какие-то отношения?

– А вы слышали, что говорил Себастьян? – Шарль перебирал ее пальцы, усевшись на полу, у ее стула.

– Вы верите в подобную чушь?

– Он не похож на дурака.

– Зато похож на шута!

– Но я действительно чувствую этот электрический разряд от вас.

Блуждающий взгляд Жозе остановился. А ведь правда! Именно удар током! Вот на что похож был утренний ожог от прикосновения Шарля, и вот на что похожа лихорадка, которая сейчас завладела ее телом, просто оттого, что он сидит очень близко к ней… И все-таки она чувствовала, что этот человек абсолютно закрыт для нее, и она даже толком не поняла его характера. Остальные участники приключения уже успели показать свой нрав, а Шарль оставался загадкой.

Она вздохнула. Надо было отступать.

– Между прочим, сегодня у моего… мужчины день рождения. А я даже не смогла его предупредить, что жива.

– Мне очень жаль. Жозе. Но с телефоном и вправду ничего нельзя было сделать. Я сам не смог дозвониться. Сегодня утром я должен был быть в Нью-Йорке.

– Вы американец?

– Почему вы решили?

– У вас акцент.

– Я там работаю, но часто приезжаю сюда. Я переехал в Штаты восемь лет назад.

– Сколько же вам?

– Тридцать.

– О господи! Марку тоже сегодня тридцать.

– Не переживайте, Жозе. Завтра все мы уедем отсюда. И вы отпразднуете его день рождения. Он должен понять вас и простить. Вы же не виноваты.

Она вздохнула:

– У меня такой потрясающий подарок для него! Он только об этом и мечтал. Я специально поехала сюда, чтобы…

– Чтобы встретить меня, – вырвалось у Шарля. Но, спохватившись, он испуганно добавил: – и не поддаться искушению. Правда?

Жозе молчала. Кое в чем Себастьян, конечно, прав, размышляла она. Марк заковал ее в латы и заставил бегать по офлажкованным дорожкам. И теперь она боится ступить шаг в сторону.

– Шарль, вы никогда не чувствовали себя куском пластилина в чьих-нибудь руках?

– Нет. Зато я чувствую себя идолом, которому поклоняются, но совсем не… Давайте лучше поговорим о вас, Жозе.

– Нет. Лучше – о вас. Вы чем занимаетесь в Штатах?

– Ну что ж. Я состою в одной компьютерной корпорации. А еще у меня там невеста.

– Вот как!

– Да, через полгода мы должны пожениться.

– Тогда зачем же вы…

– Пытаюсь вас соблазнить?

– Ну… я бы так не сказала…

– Интересно. – Шарль вдруг потянул ее к себе за руку, и Жозе была вынуждена встать со спасительного стула. – А что я должен был сделать, чтобы вы так сказали? Может быть – вот это? – Он начал целовать ее жадно, ненасытно, не только губы, но и шею, хотя ему сильно мешал высокий ворот ее свитера.

– Господи! И зачем я только переодел вас!

– Шарль, прекратите!

– Ну как? Теперь вы можете сказать, что я пытался вас соблазнить?

– Могу! – Она забилась на свой стул. – Но никогда больше этого не делайте! У вас – невеста в Нью-Йорке.

– Да. И прехорошенькая, между прочим. – Он был, кажется, зол.

– Вы любите ее?

– А что такое любовь? Вы считаете, она есть?

Жозе окаменела. Неужели – это рок? Встречать на своем пути мужчин, проповедующих это дикое, чудовищное, дикарское убеждение.