Эля. Моё чудо - Анна Дримс

Эля

Я просто не могу выдохнуть, страх и паника начинают сковывать меня. Почти восемь лет назад я нашла Диму… Может, он что-то перепутал? Хотя… вряд ли… Сыну сейчас полных семь лет. Я не могу понять, к чему эти вопросы. Моё горло охватывает спазм. На работе я могу быть требовательной, жесткой. Научилась сдерживать свои эмоции за каменной маской строгости и равнодушия. Но сейчас… когда речь идет о моём сыне… не получается спрятать эмоции, не могу быть спокойной или объективной… хотя нужно. Вспоминаю, что в квартире спит Димка. И просто с титаническими усилиями беру себя в руки.

- Простите, но всё-таки, кто Вы? Не каждый интересуется подобной информацией, - его пальцы сжимаются в кулаки. Желваки играют на скулах. Губы сжаты в твердую линию. Всем нутром ощущаю, как начинаю его злить.

- Я ищу этого ребенка. Просто ответьте. Это же Вы его нашли? – Мужчина с трудом берет себя в руки.

- Да, - спокойно произношу, не вижу смысла обманывать.

- Что с ним было потом? Куда его определили? – Спрашивает, напрягаясь, в его взгляде проскакивает беспокойство.

- Какое сейчас это имеет значение? – Внутри меня всё закипает, в голове проскальзывают догадки, но они меня безумно пугают. Неосознанно скрещиваю руки на груди. Не хочу обсуждать с ним моего сына!

- Вы можете нормально разговаривать? А не вопросами отвечать? – Его строгие интонации заставляют съёжиться. Дыхание мужчины становится тяжелым, а скрежет зубов просто оглушает меня.

- Да. Но только в том случае, если Вы будете отвечать на мои, - я не собираюсь с ним общаться в подобном тоне… тем более о Диме. Если потребуется, глотку вырву собственными зубами за своего сына.

- Я хочу помочь этому ребенку, - сбавляет обороты, устало выдыхая.

- Ему не нужна ваша помощь, - уверенно заявляю. - Можете не переживать.

- Правда? -  Подскочившие брови и удивленные интонации говорят всё за него. - Откуда такая уверенность?

Делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями, пытаюсь правильно сформулировать свой ответ, чтобы он успокоился и покинул здание. Но вот только по нему видно, что он уж слишком решительно настроен. Господи… пусть мои догадки будут ложными, пожалуйста.

- Его почти сразу усыновили... Я уверена, он живет в хорошей семье, где его любят…

Мужчина резко меня перебивает, твердо спрашивая:

- Кто?

Изумленно уставилась на него. На сто процентов уверена, что на моем лице, в один момент, было видно и удивление, и замешательство, и растерянность, и… страх… Я просто продолжала молчать, обдумывая как лучше поступить.

- Кто его усыновил? Ты знаешь?

Ком подступает к горлу. Ну не хочу я говорить, кто усыновил Димку. Моя жизнь и так за эти восемь лет напоминала американские горки. Взрыв, затем пару лет спокойствия, затем снова встряска и несколько лет прекрасной жизни… и вот сейчас в моей жизни снова назревает взрыв, причем такой, от которого могу пострадать не только я, но и Дима…

- Зачем вам это? – Продолжаю стоять на своем.

- Если спрашиваю, значит нужно, - жесткость в его голосе начинает медленно стучать металлическим молоточком в моей голове.

- Поймите, мальчик не знает, что его усыновили, - взываю к его здравому смыслу. - Ваше появление может стать для него травмой, - стараюсь как можно спокойнее произносить слова, ощущая, что сама могу вот-вот взорваться.

- Значит, знаешь, - резюмирует, сокращая расстояние между нами. Хватает меня за подбородок, приподнимая его. Заставляет смотреть в глаза. Вижу небольшое сходство с Димой, пожалуйста, пусть я ошибаюсь. - Говори, где он сейчас находится, - это даже был не вопрос, а требование.

Пытаюсь убрать его руку, но он крепко фиксирует меня второй, и я просто ничего не могу сделать…

Не дай бог Димка сейчас проснется.

- Нет! –  Упорствую. Мужчина сжимает мою челюсть до боли.

- Он. Мой. Сын, - твердо чеканит каждое слово, а у меня внутри все переворачивается. - Я найду его, даже если ты будешь молчать.

- Что-то вы припозднились, папаша, - ну всё… Я начинаю забывать о всех правилах этикета. Инстинкт самосохранения помахал мне ручкой на прощание. А вот два брата Гнев и Ярость берут надо мной верх. - С чего такая уверенность? – Чувствую, плохо всё это кончится. Эля, возьми себя в руки, умоляю… Остановись, пока не поздно. Где-то глубоко внутри здравый смысл всё ещё пытается взять всё под контроль.