После игры - Эбби Глайнз

Мамина улыбка сменилась хмурым взглядом.

— Честно говоря, Райли, это нездоровое отношение. Ему потребовалось много нервов, чтобы прийти сюда и поговорить с тобой. Он первый из твоих друзей, кто тебе поверил. Это говорит о многом.

Я остановилась в коридоре и обернулась.

— Моих друзей? Ты серьезно, мам? Они мне не друзья. Они никогда не были моими друзьями. Друзья так на тебя не нападают. У меня никогда не было настоящих друзей. Никогда.

— Дорогая, вы все были молоды, — начала она, и я поднял руку, чтобы остановить ее.

— Нет. Не говори так. Мы были не так уж и молоды. Мы уже были почти десятиклассниками. Они все называли меня лгуньей. Все они. Когда мне было больно и страшно, они набросились на меня. У меня были только ты и папа. У меня нет друзей. И никогда не было, — повторила я.

Мама откинулась на спинку дивана, смирившись.

— Хорошо, — просто ответила она. — Я понимаю, почему ты так думаешь. Я бы тоже так думала в твоей ситуации. Честно говоря, когда все это случилось, я чувствовала, что у меня тоже нет друзей. Все вели себя по-другому со мной. Как будто они тоже подвергли сомнению твою историю. Это было больно, но я не могу представить, насколько сильнее это ранило тебя. Если ты не готова к другу или доверять кому-то, я понимаю. Но однажды тебе придется это сделать, Райли. Однажды тебе понадобится мужество, чтобы выйти и впустить кого-то. Человеческая натура не всегда красива. В юном возрасте ты видела очень её уродливую сторону.

Не первый раз у нас получался такой разговор. Но это было уже давно. Год назад один парень из нашего городка пригласил меня на свидание. Он работал в местном кинотеатре, и я ходила туда раз в неделю, чтобы посмотреть фильм после того, как Бриони ложилась спать.

После этого я перестала ходить в кино. Мысль о том, чтобы встретиться с ним лицом к лицу или даже довериться кому-то, я даже не хотела впускать в себя. Я не желала того, что когда-то имела. Я не хотела ни с кем встречаться или сближаться.

Мама ничего не понимала. Никто не понимал. Я устала от попыток заставить их понять. Мне просто нужно было, чтобы меня оставили в покое. Мне нравилось все как есть. Менять все сейчас было бессмысленно. У меня был определенный ритм жизни. Бриони была довольна нашей рутиной. Моя жизнь в качестве подростка закончилась. Я была мамой.

Почему она не может просто порадоваться за меня? У меня был план на будущее. Не все семнадцатилетние могут похвастаться этим. Я не полагалась на парня, чтобы почувствовать себя важной. Это была еще одна галочка в моем сознании. Так почему же моя мать думает, что меня все еще необходимо исправить? Я была чертовски хороша в этом.

— Спокойной ночи, мам, — сказала я, прежде чем направиться по коридору в ванную. Там я собираюсь отмокать в течение часа и читать книгу. Это все, что мне нужно сегодня вечером. Мне не нужны были друзья. У меня была Бриони. Она была моим миром.

* * *

— Мамочка, — мягкий голос Бриони звучал у меня в ухе. — Мамочка.

Я открыла глаза и увидела свою дочь, нависшую над моим лицом.

Вытянув руки над головой, я улыбнулся ей.

— Доброе утро, — сказал я.

— Бабуля ушла, — ответила она, нахмурившись.

У меня заняло всего секундуЗа секунду я выскочила из кровати. Бриони спустилась вместе со мной.

— Ты хочешь сказать, что она ушла из дома? — Спросила я ее.

Бриони кивнула.

— Она пошла в парк? — с надеждой спросила она. Бриони просыпалась от желания пойти в парк. Это было ежедневным делом. Я надеялась, что неправильно поняла ее, и моя бабушка все еще была в доме. Мое сердце бешено колотилось, когда я натянула шорты и побежала по коридору в сторону кухни.

— Бабушка! — Крикнула я достаточно громко, чтобы она услышала меня в любом месте дома.

Нет ответа.

— Бабушка!

Почему мама не разбудила меня сегодня утром? Этого бы не случилось, если бы я не спала.

— Бабуля, — позвала Бриони позади меня. — Ты пошла в парк?

Я повернулась, чтобы заглянуть в гостиную, и увидела, что входная дверь распахнута настежь.

— О Боже, — прошептала я, затем потянулась к Бриони, подняла ее и выбежала на улицу.

Этого не могло случиться. Моя бабушка могла уехать куда угодно. Она ничего не помнила, не говоря уже о направлениях. И я должна была следить за ней. Почему я проспала так долго?

Я пристегнула Бриони к коляске. Она все еще была в пижаме и нуждалась в смене подгузника, но на это не было времени. Я должна был найти свою бабушку.

Я делила машину с мамой. Сегодня она была у мамы, она утром уехала на ней на работу. Так что, искать придется пешком. Мой телефон все еще был в доме, рядом с кроватью, и мне придется оставить его там, потому что нельзя было терять время. Выбежав босиком, в майке, в которой я спала, и обрезанных джинсовых шортах, я побежала по улице, толкая коляску Бриони.

Остановившись, я посмотрела в обе стороны, не зная, куда идти дальше.

— Туда, мамочка, — сказала Бриони, указывая направо, в сторону города.

— Ты видела, как она уходила? — Спросил я у Бриони.

Она кивнула.

— Бабуля туда.

Я поцеловала ее маленькую белокурую головку в знак благодарности и побежала по тротуару в сторону города, молясь, чтобы я нашла ее до того, как что-нибудь случится. Теперь я поставлю будильник на пять утра. Никогда больше этого не случится. Больше никогда.

У нас тренировка через пять минут.