Ненависть или любовь? - Элизабет Кейли

– Но ведь вашей матери здесь нет! – опешила Сьюзен.

– Для него есть.

– Для него нет нас, – с горечью в голосе продолжил Скотт.

– Все! Хватит на сегодня печальных мыслей! – распорядилась Сьюзен, хлопнув в ладоши. Она почувствовала, что вот-вот разрыдается.

Шарлотта кивнула и пошла готовить отцу постель.

– Давай-ка, Скотт, отведем его в ванную, – предложила Сьюзен.

– Я несколько раз пытался уговорить его помыться, но не мог с ним справится! – признался Скотт.

– Теперь нас двое, – невозмутимо заметила Сьюзен. – Надеюсь, ты сможешь его побрить? У меня это точно не получится!

– Но ведь вы же не можете мыть его, – пробормотал покрасневший мальчик.

– Послушай, ты ведь взрослый парень и знаешь, откуда берутся дети. Так вот, мне двадцать четыре года, неужели ты думаешь, что я не знаю, как устроены мужчины?

Скотт смутился и покраснел, но зато перестал задавать вопросы, которые смущали и саму Сьюзен.

Через полчаса они вывели из ванной приведенного в приличный вид профессора Бьюинса.

– Ну вот, – удовлетворенно сказала Сьюзен. – Он почти такой же, каким я его помню!

– Почему же почти? – поинтересовался Скотт, укладывая отца в чистую постель.

– Потому что профессор Бьюинс никогда не смотрел на нас такими пустыми глазами, – тихо ответила Сьюзен. – Мне кажется, что на сегодня нам всем хватит переживаний. Предлагаю что-нибудь перекусить и лечь спать.

– Отлично, – без всякого энтузиазма согласились дети.

– Тогда давайте спустимся в кухню, я все приготовлю, а вы просто посидите со мной. Я ведь не знаю, что и где у вас лежит!

– А у нас почти ничего не лежит! – хихикнула Шарлотта.

– То есть?

– Мы уже давно не ходили в магазин, – пояснил Скотт. – Боюсь, ужин вам будет не из чего приготовить.

– Есть яйца и молоко? – спросила Сьюзен.

– Только скисшее.

– А мука?

– Есть, – подумав, сказала Шарлотта.

– Этого вполне достаточно. Обещаю вам царский пир!

Сьюзен быстро и без проблем приготовила оладьи и нашла в холодильнике баночку джема и малинового сиропа, а заодно и неоткрытый пакет молока с не истекшим сроком годности. Дети следили за ее действиями голодными глазами. Наконец она поставила тарелки на стол и улыбнулась им.

– Ну что же вы сидите? Ешьте!

Через пять минут тарелки опустели, и сытые и разморенные дети откинулись на спинки стульев.

– Думаю, вам стоит сейчас принять душ и отправиться на боковую, – предложила Сьюзен.

Скотт и Шарлотта дружно кивнули и медленно пошли из кухни. Сьюзен быстро перемыла посуду и решила проверить, как себя чувствуют дети. Она вышла в прихожую и прислушалась к тому, что происходит наверху. Все было тихо.

Сьюзен улыбнулась и поднялась по лестнице. Она увидела две двери, за которыми могли находиться только детские: судя по плакатам и предупредительным знакам на них. За первой в свете ночника беспокойно спала Шарлотта. Сьюзен поправила одеяло и поцеловала девочку. Она не знала, приняла бы эту ласку бодрствующая Шарлотта, но во сне девочка сразу же затихла и уснула гораздо спокойнее.

Со Скоттом у меня этот номер не пройдет! – с усмешкой подумала Сьюзен.

Она отворила вторую дверь. Как Сьюзен и предполагала, Скотт не спал, но старательно делал вид, что читает книгу.

– Привет, почему не спишь? – спросила Сьюзен.

– Не спится, – пожал он плечами. – Как Шарлотта?

– Уже уснула.

Сьюзен осторожно присела на край кровати и взяла книгу из рук Скотта.

– У тебя был тяжелый день. Мне кажется, что было бы лучше сейчас постараться уснуть.

– Я отнес ваш чемодан в комнату для гостей, – сказал Скотт, ложась на подушку.

– Спасибо, – поблагодарила его Сьюзен.

– А день был таким же, как и все эти чертовы последние полгода!

– Не выражайтесь, сэр! – одернула его Сьюзен. – Все же вы в обществе дамы.

– Простите, – пробормотал он.

– Тебе было тяжело, Скотт, но теперь станет легче. – Сьюзен улыбнулась ему. – Просто поверь мне.

Скотт улыбнулся в ответ, но промолчал. Сьюзен встала с кровати и пошла к двери. На самом пороге Скотт окликнул ее:

– Мисс!

– Что?

– Я так и не спросил, как вас зовут.

– Сьюзен Барбьери, приятно познакомиться.

– Значит, Сью?

– В вашем доме всем принято давать сокращенные имена? – поинтересовалась она. – Шарлотта – Лотти, а как же тебя зовут? Ско – вождь племени апачей?

Скотт улыбнулся смущенно – так, словно разучился это делать.

– Нет, меня все зовут Скоттом. Я ведь несу ответственность за сестру, не могу же я пользоваться прозвищем!

Сьюзен почувствовала, как ее сердце сжалось от боли за этого мальчика, который принял на себя мужские обязанности задолго до того времени, как стал мужчиной.

– Спи спокойно, Скотт, – пожелала ему Сьюзен. – Теперь тебе не о чем волноваться.

Она прикрыла за собой дверь и вышла. Уже через пять минут, когда Сьюзен проходила мимо его комнаты, оттуда доносилось лишь тихое сопение.