Второй и Первая - Александра Плен

– Прекрасный вечер, – прошептала Адель, отвечая на мой поцелуй.

Я посадил девушку в такси и захлопнул дверь. Вскоре желтая машина растворилась в ночных огнях города.

Со студенткой Лондонского университета мы познакомились неделю назад. Она прилетела в Мехико на практику по археологии. Смешливая фигуристая шатенка запрыгнула ко мне в постель в первый же вечер после того, как поужинала в нашем ресторане. Я не имел ничего против, даже передумал на следующий день уезжать из столицы. Задержусь еще на неделю.

За последний год с небольшим я редко оставался в одном городе более чем на три-четыре месяца. Устраивался, ходил по рынкам, пробовал национальные блюда, расспрашивал местных. Я не очень любил острую кухню, что составляла основу рациона, но, как оказалось, Мексика могла порадовать меня не только многообразием использования перца чили.

Начал с юга, постепенно перемещаясь на север. Следующей остановкой планировался Монтеррей. А дальше, возможно, Чиуауа. Адель, узнав о моем кулинарном путешествии, попросила чуточку задержаться, чтобы поездить со мной. Я был не против. Хорошая девочка.

Насвистывая, я поднялся в квартирку, которую снимал над рестораном. Включил ноут. Почта пиликнула новыми входящими. Письмо от Светланы. Я невольно заулыбался. Вспомнил, как она прессовала нас на географии. Будущая мачеха Павла работала в нашей школе завучем. А познакомилась с дядей Колей, когда пригласила наших родителей в школу. Моих-то, как всегда, не было, и за нас с Пашкой отдувался его отец.

Географию мы не любили, справедливо считая этот предмет в жизни не слишком полезным. Где находится та или иная страна, можно было посмотреть на карте. А все остальное – бессмысленное убивание времени. Зато после того, как Светлана стала Пашкиной мачехой, мы возлюбили географию со всей страстью. Попробовали бы мы этого не сделать…

С недавнего времени я мог вспоминать своего лучшего друга без надрыва и всепоглощающего чувства вины. Неужели я излечился и любовь к его невесте оказалась не такой уж и вечной? Я вспомнил, какой изобретательной была сегодня Адель, и отрыл письмо.

В начале шли обычные бытовые новости. «Маринка закончила первый курс института на одни пятерки. Коля собрался пристроить к дому веранду и из-за этого начались постоянные скандалы в семье, из-за которых Маринка сбежала жить к своей подружке».

О! Это уже интереснее: «Вчера была в твоей “Заре”, отмечали с коллегами пятидесятилетие школы. Кухня стала заметно хуже. (Это еще что такое?) В одной из люстр перегорела лампочка, и мы весь вечер пялились на темное пятно в хрустале».

Я нахмурился. Это, черт раздери, что такое?! И в конце приписка: «Кстати, уговорила Веронику сходить на свидание вслепую. Хватит девочке страдать. Нашла ей прекрасного молодого человека. Наш учитель физики. Недавно приехал из Москвы. Заказала для них столик в той же “Заре” на вечер пятницы».

Я закрыл крышку ноутбука и рассеянно уставился в окно, механически отметив, что сегодня четверг. Моя первая любовь прошла. Ведь так? «Конечно, прошла», – ответил сам себе. Пусть Вероника идет на свое свидание, пусть встречается с парнями, скатертью дорога. Я-то тут при чем?

Прошел на кухню, сварил кофе, выпил. Нет, нужно чего-то покрепче. Где-то было пиво.

Да кому я вру? Рванул в гостиную, открыл ноут и купил билет на ближайший рейс. Пора домой. И с ресторанами какая-то херня творится. Выручка заметно упала, поставщики срывают поставки, лампочка вон перегорела. Неужели управляющий не заметил? Чем они там занимаются без меня?

Домой я прилетел в пятницу утром. Квартира встретила меня не ласково, словно обижалась на долгое отсутствие. Чужая мебель, незнакомые вещи, забытый вид из окна. Казалось, меня не было лет десять, а не год с небольшим. За недвижимостью присматривала управляющая компания, но внутри было пыльно и сыро. Я открыл окна и впустил мягкий морской воздух. Завтра приглашу клиринговую компанию, а сегодня у меня еще дела. Встреча со старой знакомой.

Я не знал, что буду делать и что говорить. До дрожи хотелось ее увидеть, посмотреть, что с ней стало за это время. Как жила, что делала, что делает сейчас.

Это любопытство, простое любопытство.

Мой первый и самый любимый ресторан «Заря» сиял, как новогодняя елка. Когда я его купил, то оставил первоначальное название. Зачем менять? Жители его знают как «Зарю», да и слово мне всегда нравилось. Это и утренний рассвет, и нежный закат, луч солнца, касающийся моря. В общем, хорошее слово.

Заехал на стоянку, дружески кивнул парковщику, вытаращившему на меня глаза. Я никого не предупредил, что приеду. Пусть будет сюрприз. Заодно и проинспектирую.

Ой, чувствую, головы полетят. Но настроение почему-то было приподнятое, а губы сами собой растягивались в улыбке.

Зашел с черного хода. Толик, наш охранник, поперхнулся. Чем? Надеюсь, не пивом. Я погрозил пальцем и направился в подсобку. Пока есть время, поговорю с Иваном Ивановичем, нашим шеф-поваром. Наплыва клиентов еще нет, не время. До заката еще пара часов, потрачу их с пользой.

Ивана Ивановича я переманил из Москвы. Он работал в престижном ресторане на Чеховской, правда, су-шефом. Уламывать долго не пришлось, я предложил сходу немалую зарплату и бесплатную квартиру на первое время. Его жена давно хотела перебраться поближе к морю, поэтому проблем не возникло. Толковый шустрый дядька, схватывающий все на лету. Я придумывал блюда, он додумывал им названия. Ржали вместе.

Биточки «Казачий чуб», котлета «Илья Муромец с богатырями», салат «Кузнечик и Стрекоза». Походу, посетителям, заказывающим подобные изыски, интересно было просто увидеть, что это такое и как выглядит.

– Заставил ты нас поволноваться, Сергей. – Иван Иванович крепко пожал мою руку. – Мы уж решили, надумал укатить к родителям. Ты перед отъездом был сам на себя не похож.

– Не-а, – ухмыльнулся я, – изучал мексиканскую кухню. Была мыслишка третий ресторан открыть, с южноамериканским уклоном. Как тут было? Рассказывай.

В итоге нас за это время посетил весь персонал. Слухи быстро разошлись по «Заре». Забежал управляющий, получил втык за лампочку в люстре. Отмазался, что ему сразу не доложил официант. Тот уже наказан. Сегодня я был добр, поэтому не слишком карал. Возвращение в родной ресторан было сродни возвращению в лоно семьи после долгой разлуки. Даже с родителями не было такой близости.

Я глянул на часы. Пора. Самое время для романтических свиданий, свечей, шампанского. Именно на это время чаще всего бронируют столики в ресторане, устраивают милые семейные праздники и долгожданные встречи с любимыми. Пятница, вечер.

Я вошел в главный зал и прислонился к стене, освобождая проход для снующих туда-сюда официантов. Постараюсь быть незаметным. Ну, где же ты, Вероника? Во второй раз тщательно оглядывая зал, я уловил знакомый цвет волос и посадку головы. Немного набок, подбородок и взгляд вниз. Она всегда так делала, когда стеснялась. Тощая, нескладная фигура заставила сердце болезненно дернуться – от Ники осталась ровно половина. Худые плечи, тонкая шея, руки, как палочки, тронешь – сломаешь. Напротив нее сидел ничем не примечательный молодой человек. И смотрел куда угодно, только не на нее.