Дикая маргаритка - Кейт Харди

Мужчины не интересуют ее до сих пор, несмотря на то, что напротив сидит красавец с неотразимой улыбкой и морщинками в уголках потрясающих серых глаз.

— Конечно же экзамены вы сдали лучше всех, чтобы доказать серьезность намерений.

— Угадали, — заметила она сухо, — мне удалось добиться своего, хотя родители и братья были разочарованы. Но главное, я занимаюсь любимым делом и знаю, что я на своем месте.

— Не оправдали ожиданий семьи, не так ли? — заметил Феликс.

Дейзи вздрогнула, потому что он понял. По промелькнувшему выражению глаз она догадалась, что он тоже не угодил семье.

— У вас похожая история? — спросила она.

Последовала долгая-долгая пауза, потом он кивнул:

— За исключением того, что я не младший, а старший в семье.

— Чем вы должны были заниматься?

— Стать представителем третьего поколения биржевых брокеров. — Феликс ткнул вилкой в шампиньон на тарелке. — К счастью, мои сестры продолжили традицию.

— Разве плохо быть биржевым брокером?

Вопрос заставил его поднять голову и посмотреть ей прямо в глаза.

— Странно, что именно вы задаете этот вопрос.

— Полагаю, у вас была другая мечта.

— Именно так. Мне нравится решать трудные задачи, так же как вам, — сказал он задумчиво, — только я занимаюсь проблемами попавших в беду компаний.

— Вы готовы признать, — подняла брови Дейзи, — что банкротите фирмы.

— Совсем нет. Если вы заглянете в Интернет, то сами увидите, чем занимается моя компания.

— Готова признать, — развела руками Дейзи, — что обвинение несправедливо. Я не выполнила домашнее задание и не заглянула в Сеть, хотя намеревалась.

— Вы были заняты ремонтом двигателя, насколько я помню.

— Так увлеклась, что забыла о времени и опоздала на встречу. Но я, кажется, уже извинилась за это. — Она вдруг подумала, что готова еще раз извиниться, но более интимным способом, например поцеловав его в губы. Дейзи опомнилась. Она не могла понять, что с ней происходит. Надо было срочно возвращаться в безопасное русло. — Вы хотели рассказать, что мы делаем неправильно в нашем музее.

— Для начала вы совсем не используете землю, которая вам принадлежит.

— Как это не используем? А игровые площадки для детей? А сад, в котором так любят гулять взрослые?

— Земля должна приносить доход.

— Что же теперь делать? Продать под застройку?

Он нахмурился:

— Не надо думать обо мне плохо, Башмачок. Дейзи почувствовала, как краска заливает лицо.

— Извините. Это…

— Сработал защитный механизм? — предположил Феликс.

— Нет, но… — Она замолчала. Скорее всего, он прав. Обычно она старалась видеть в людях хорошее, но с Феликсом было иначе. Она упорно искала в нем недостатки, вероятно, потому, что сочетание привлекательной внешности и острого ума восхищали ее и одновременно представляли угрозу, разрушали барьеры, которые она долго возводила. — Что вы хотели сказать?

— Начнем с того, что парк мог бы стать прекрасным местом для свадебных приемов.

— Я думала об этом, но лицензия на проведение торжеств стоит так дорого, что вряд ли скоро окупится. К тому же у нас нет большого зала для приема гостей.

— Летом можно натянуть палатки.

— А если дождь? — Она состроила гримасу. — Конечно, фотографии жениха и невесты в гондоле были бы прекрасны, но вечером в конце недели у нас больше всего посетителей. Если мы закроем парк для них, мы потеряем доход за целый день.

— Совсем нет. Парк для свадебного приема можно закрыть только на вечер и предоставить аттракционы гостям.

Официант убрал пустые тарелки и принес горячее.

— Необходимо провести анализ цен на билеты и потока посетителей, — сказал Феликс. — Полагаю, вы это делаете?

— Разве Билл вам не сказал? — нахмурилась Дейзи. — У нас полностью компьютеризированная система продажи билетов, иначе возникли бы проблемы с налоговой инспекцией. Мы точно знаем, сколько в день проходит индивидуальных посетителей, сколько по семейным билетам, сколько по сезонным абонементам.

— Тогда проведите анализ статистики и измените ценовую политику.

Дейзи тяжело вздохнула:

— Как объяснить вам, Феликс, что для нас важнее всего сохранить историческое наследие, а не заработать кучу денег. Поэтому мы ищем спонсоров, которые готовы поддерживать нас, а не зарабатывать на парке аттракционов. Если поднять цены, парк будет недоступен для семейного отдыха. Хочется, чтобы люди возвращались, потому что хорошо провели время, и при этом знали, что их не обобрали.

— Можно не поднимать входную плату. Сейчас входной билет дает право на неограниченное пользование аттракционами. Может быть, стоит подумать над другой схемой, — предложил Феликс. — Входной билет дает право на определенное число поездок, а за все последующие надо будет платить дополнительно. Это справедливо — кто больше катается, тот больше платит.

— Тогда персоналу придется принимать наличные прямо у аттракционов, — заметила Дейзи, — кроме того, если деньги будут идти не через кассу парка, кафетерий или магазин сувениров, страховая компания сильно поднимет ставку, расценив это как дополнительный риск.

— Этого не произойдет, если продавать билеты через кассу или ввести специальные жетончики, действительные только на территории парка.

Дейзи нравилось, как быстро он соображает и аргументирует свои предложения. Она встретила его взгляд. Сейчас серые глаза были спокойны и сосредоточенны, но она легко представила, как они темнеют от страсти. Она видела это, когда дразнила его, облизывая ложку со спаржей. Так легко было бы… Но нет, музей важнее.

Дейзи взяла себя в руки:

— Интересная мысль, есть над чем подумать. Спасибо. Что еще?

— Есть ли поблизости большая аудитория?

— Ближайшая — в деревне, в пяти милях.

— Тогда имеет смысл построить на территории парка общественный центр. Если предусмотреть мобильные сиденья, можно устраивать свадьбы, концерты, показы кинофильмов, проводить сезонные праздники, сдавать внаем для разных мероприятий, тогда и кафетерий будет заполнен. Можно добавить образовательные и развлекательные программы для детей. В Интернете я нашел ссылку, что вы устраиваете что-то подобное на Хеллоуин и Рождество.

Дейзи кивнула:

— У нас нет поезда привидений, потому что Белл не строил ничего подобного, но мне бы хотелось иметь такой. Пока мы просто украшаем наш паровоз лампами из тыквы, а машинист, персонал и волонтеры надевают карнавальные костюмы. На Рождество Билл превращается в замечательного Санта-Клауса. Поезд возит детей в грот Санта-Клауса, украшенный фонариками. Дети в восторге.