Притворись мною - Eiya Ell

Это довольное лицо стоит, оперевшись об машину, нагло улыбается, выпрямляется, открывает дверь, как бы приглашая мне сесть в машину. Скрещиваю руки у себя на груди и продолжаю стоять, там где стояла.

— Говори, что хотел, уже поздно, я спать хочу, — а в мыслях моих Андрей, там он уже ответил, и ждёт, что я прочитаю, а меня нет, и его сообщения останутся непрочитанными. Глотаю комок в горле.

— Ты плохо слышишь? хватает за руку и усаживает на пассажирское сидение, сам направляется на свое место за рулём, при этом блокируя двери. Заводит и мы трогаемся с места.

— Куда мы едем? — меня начинает трусить, то ли от холода, то ли от страха. Да, я боюсь этого человека. Он молчит, лишь из редка смотрит на меня убийственным взглядом. Уезжаем, мы недалеко от нашего дома, где уже нет домов. Он паркуется у обочины, потом отодвигает свое сидение назад, до упора, хватает меня за руки и притягивает на себя. Я оказываюсь сидя на нем верхом. От неожиданности вскрикиваю.

— Тише, — он скрещивает свои пальцы у меня за спиной, смотрит в упор на глаза, а потом взгляд спускается ниже на мои губы.

— Отпусти! — упираюсь ладонями о его грудь, толкаю, что есть силы, а он просто нагло улыбается. Притягивает к себе еще ближе, — что ты делаешь? Немедленно отпусти, — я ерзаю на нем своей задницей, краснею, когда понимаю что я без нижнего белья. В моё бедро то и дело впивается его огромное достоинство, я замирая на месте, а он смеётся.

— Ты моя, понимаешь? — впивается в мои губы, а я толкаю его в грудь, но все бесполезно, он хватает мои руки, заводит из-за мою спину, удерживает одной рукой. Больно, я громко вскрикиваю от боли, — не брыкайся! — слезы катятся по щеками, я себя ненавижу, я целую жениха сестры. Вырываю кое-как руку, и со всего размаху бью по щеке. Он отпускает меня, но не даёт слезть с него, — в первый и последний раз ты поднимаешь на меня руку! — он так часто дышит, кажется я слышу работу его лёгких и сердца. Глаза горят, как у зверя, если бы можно было убить взглядом, то я давно была бы уже трупом.

— Отпусти меня!

— Отпущу, когда я захочу! — каким то образом он переносит нас обоих на заднее сидение, заваливает меня на спину, сам наваливается сверху, — я хотел тебя обнять и целовать. Просто захотел побыть с тобой, сейчас я передумал.

— Что значит передумал? — страх, кроме страха я сейчас ничего не испытываю.

— Так и значит, — его руки ползут под мою кофту, поднимают вверх мою ночнушку, и находят мягкие полушария. Он гладит нежно, а я от страха не шевелюсь. Только молча лью слезы.

— Не трогай меня…пожалуйста…

— Не могу, понимаешь, — он заводит мои руки за мою голову и нежно целует губы, слизывая мои слезы, — ты ослепительная сегодня, свела меня сума, — язык продолжает ласкать мой рот, — расслабься, я плохого ничего не сделаю тебе, — громкий стон вырывается с его губ, при очередном проникновении в мой рот, я не отвечаю на поцелуй, лишь мотаю головой, чтобы увернуться от него, но не получается.

— Пожалуйста, прошу тебя не трогай меня….отпусти… — как это мерзко, чувствовать его губы на себе, его язык на своем языке, который посасывает мой язык.

— Раздвинь ноги, — он не просит нет, он приказывает и не дожидаясь действий от меня, сам раздвигает коленом мои ноги, наваливается мне между ног и трётся через штаны своим членом. У меня начинается истерика, и я кусаю его за язык… — дура! — он выплёвывает, по-моему кровью, — как ты посмела? Когда ты черт возьми успела превратится из тихого ангела в дикий ангел? — мы оба часто дышим, и слышим стук наших сердец.

— Я просила не трогать меня! — кричу, что есть силы во мне, — отпусти! — бью его кулаками в грудь, а он только смеётся.

— Тише ты, поднимается, садится и сажает меня сверху, на себя. Я опять верхом на нем сижу.

— Мы как месяц обручены, ты меня ни разу не поцеловал, не тронул, шас что случилось? Зачем целуешь?

— Сейчас хочу, понимаешь, — смотрит в глаза, потихоньку спуская взгляд на мои губы, я непроизвольно облизываю свою нижнюю губу, — я тоже так хочу! — и набрасывается на мои губы. Господи, да что это такое? Я опять бью его по груди.

— Отпусти! — он отрывается от меня.

— Когда ты перестанешь мне указывать? — руками хватает меня за талию и усаживает крепче на себя, заставляя чувствовать его каменное достоинство на своей промежности, впивается членом так, что мне кажется шас проткнёт меня, через одежду, — чувствуешь как я хочу? — я краснею, отвожу взгляд от него, — в глаза смотри дерзкая! — дёргает сильней на себя.

— Пожалуйста…отвези меня домой, — мои губы дрожат, я толком теперь не могу и слова выговорить.

— Отвезу, когда сам захочу, — прикрывает глаза, — я бы ничего не сделал тебе……сегодня, хотел побыть с тобой, — вздыхает, пытается восстановить свое дыхание.

— Можно попросить, еще столько же не трогай, не целуй меня, столько же, сколько до сегодняшнего дня, а потом, что хочешь делай! — я смогла это сказать, ура! К тому времени Алиса вернётся и пусть, что хочет, делает с ней, а не со мной. Пытаюсь встать с него, но он все так же удерживает меня за бедра.

— Нельзя! Я сам решу, поняла? — за что мне такое наказание? Я в данную минуту готова прибить Алису, зачем мне все это терпеть? Она там себе песни распевает, а я тут с ним, обидно и страшно, — Шас слушай меня внимательно, и запомни. Я тебя шас отвезу домой, не переживай и перестань плакать! — я вытираю слезу, и выдыхаю, меня шас домой отвезут, — Никогда не спорь со мной, поняла? — я киваю, — не слышу.

— Поняла.

— Я звоню, ты мгновенно отвечаешь, поняла? — смотрит при этом в глаза.

— Поняла.

— Выходишь ко мне, когда я говорю, поняла?

— Поняла.

— Мои решения не обсуждаются, — после недолгой паузы продолжает, — никогда, поняла?

— Хорошо.

— До этого дня, ты все это делала молча! — кричит, — шас не знаю что с тобой стало, мотает головой, — давай отвезу тебя домой, пока не сорвался, — пересаживаемся каждый на свое место, я поправляю одежду, — впредь чтобы спала в трусиках, — он говорит это ни капли ни стесняясь, я же готова в сквозь в землю провалится. Как он заметил, что я без