Мятеж - Ханна Мэтьюсон

И теперь у нее оставалось два дня.

Джаспер сказал, что она слишком много об этом думает, ясное и понятное намерение важнее, чем глубокое знание специфики того, на что накладываются чары. Но ясное и понятное намерение подводило, и она была готова попробовать что угодно.

Кассия устремила взгляд на банку в центре комнаты и призвала магию, которая, как всегда, начала разрастаться внутри ее. «Ты здесь», сказала она себе. «И ты достаточно сильна».

«Расти и цвести», – приказала она ростку. Ей не нужно было произносить эти слова вслух, даже шепотом. Она направляла свою магию через пальцы в хрупкий маленький стебель в банке с почвой, где, как Кассия надеялась, растение пустит корни.

Когда Кассия направила магию в свои пальцы, та поднялась, как дым от свечи. Она знала заклинание так хорошо, что намерение казалось легким и чистым. Расцветай, расти, стань розовым кустом и цветком. Мышечная память сжала руки Кассии в кулаки, повернула их к небу и расправила пальцы, как лепестки раскрывающегося бутона. Ее руки не могли управлять банкой и ее содержимым, только ее магия, но движение помогло ей визуализировать то, чего она хотела достичь, и это было крайне важно.

Розовый куст. Красивый, цветущий розовый куст, покрытый ярко-красными цветами.

Магия струилась из пальцев и окутывала банку, маленький росток задрожал, и у Кассии перехватило дыхание. Неужели все? Она подавила свое волнение и укрепилась в своем намерении. Расти и цвети. Расти и цвети.

Листик. Потом еще один. И вот росток уже был готов вырваться из банки на свободу. В почве появились прижимающиеся к стеклу белые корни.

– Да, – услышала Кассия свой голос. Ее руки дрожали. Но она и раньше заходила так далеко. Ей нужно было поддерживать заклинание дальше.

Когда появился первый бутон, Кассия поняла, что она здесь не одна.

– Ты занимаешься магией?

Она закричала. Напор магии усилился. Банка разбилась, разбросав повсюду грязь и лепестки розы. Ее намерение улетучилось, как сон после пробуждения.

– Кто там?

Она заперла дверь. Были ли окружавшие ее стены и тишина волшебством? Ее испуганный взгляд упал на пугающую униформу стюарда в углу. Манекен не двигался.

– Я, – ответил детский мелодичный голос.

Дрожь пробежала по спине Кассии. Голос доносился из тени между полками.

– Покажись, – сказала Кассия. Она попятилась к своей сумке, в угол. Ключ от двери был внутри.

Тоненький голосок рассмеялся.

– Я не могу, – сказал он. – Я кукла.

– Кукла.

Просто кукла. Это была заколдованная детская игрушка. Кассия пошла навстречу к голосу, ее разум успокоился – девушка даже почувствовала смущение, но сердце все еще было беспокойно. Оно билось так сильно, что ее трясло.

– Где ты? – спросила она, оглядывая ряды стеллажей.

– Тут.

Ответ не внес ясности. Кассия выбрала один из проходов и, повернувшись боком, чтобы поместиться, проскользнула между полками.

– Я здесь, – снова сказала кукла.

Совсем рядом. Кассия повернулась на голос и подпрыгнула. Из-за банки с вязкой красной жидкостью на нее смотрело лицо, растянутое и искривленное формой стекла во что-то чудовищное. Но торчащая ступня – маленькая и обутая в ботинок, на короткой ноге без суставов – выдавала куклу. Кассия отодвинула банку в сторону и сняла куклу с полки.

Зачарованные куклы, заколдованные для ведения простых бесед – обычно для того, чтобы побудить молодых чародеев практиковать свою магию, – пользовались неизменной популярностью. Эта выглядела старой. Огромная юбка фиолетового платья уже два десятилетия как вышла из моды, и строгий пробор, и обрамляющие лицо локоны. По одной стороне белого фарфорового лица от лба до подбородка пробежала трещина. Как и у Кассии, у куклы были ярко-зеленые глаза и черные волосы. На самом деле она была именно такой, какую мог бы выбрать кто-нибудь из родственников Кассии, потому что кукла была похожа на нее.

Она могла бы принадлежать Кассии, когда та была ребенком, если бы родилась двадцатью годами раньше. У нее самой никогда не было заколдованной куклы. Если бы она выросла в Харте, возможно, кому-то пришло бы в голову подарить ей такую же, но дети-метаморфы играли с деревянными животными, которые помогали им выучить новые формы. Самой любимой игрушкой Кассии в детстве была фигурка льва.

– И как ты сюда попала? – пробормотала она, разглаживая юбки куклы.

– Я думаю, что меня украли, – весело ответила кукла.

– Украли?

Ответа не последовало. Кассия предположила, что магия исчерпала свои возможности – она сомневалась, что чары хранят какие – либо значимые воспоминания, – но затем кукла ответила:

– Я принадлежала одной маленькой девочке, но она отвернулась, и меня украли.

Вещи, которые я нашел. Вещи, над которыми я работал.

– Тебя украл юноша? – неуверенно переспросила Кассия. – Рыжевато-каштановые волосы, голубые глаза?

– Да. Он.

Итак, вдобавок к использованию экспериментальной магии, от которой волосы на шее Кассии встали дыбом, Джаспер воровал у детей.

– Почему? – спросила она вслух. Сделать подопытной зачарованную куклу было несколько жутковато, но, возможно, это вполне подходило тому, кто скорее украл бы ее у маленькой девочки, чем зашел в магазин.

– Это не имеет значения, – сказала кукла своим мягким счастливым голосом. – Это свело нас с тобой вместе. Давай потренируемся в магии. Я помогу тебе.

Кассия фыркнула.

– Боюсь, мне уже ничем не помочь.

– Каждый может научиться, – предсказуемо сказала кукла.

– Да, я не сомневаюсь. И как ты можешь мне помочь?

– Ты можешь практиковать свои заклинания на мне.

Кассия повернула куклу так, чтобы ее мертвые стеклянные глаза смотрели на россыпь стекла и грязи в центре пола.

– Ты хочешь закончить так же?

– Ты хочешь продолжать терпеть неудачу?

Кассия удивленно рассмеялась. Она ожидала чего-то вроде «ты все сможешь» или «просто продолжай пытаться». И показалось ли ей, или в дружелюбном тоне куклы действительно прозвучала нотка вызова?

– Ох.

– Не волнуйся. Я здесь, чтобы помочь тебе.

– Хорошо. Тогда делай все, что в твоих силах.

– Ты можешь сделать мои волосы светлыми?

Кассия вздохнула. Играть с куклой было очень весело – пока ей не напомнили, что она не может воплотить даже те заклинания, что предназначены для восьмилетних детей.

– Вряд ли, – признала она.

– Попробуй.

Со вздохом Кассия выскользнула из-за полок. В конце одной из них стояла стремянка, и она поставила ее в центр пола и усадила на нее куклу.

– Это была твоя идея, – сказала она ей. – Я