Принцесса из Ясенево - Елена Добрынина

Самым главным злом в отношениях Яны и мужа Машка считала его мать, поэтому заочно ненавидела ту всеми фибрами души.

- Нет. Да и смысл? - Пожала плечами Яна. - Опять ушат помоев выльет.

- А вот и зря! - возмутилась Машка. - Не всё же ей тебя оскорблять! Вечно ты обо всех думаешь кроме себя самой. – И со злостью громыхнула чашкой о стол.

Машка злилась не просто так. Яна как-то рассказывала ей о непростом характере свекрови, о том, что Яну она так и не приняла, и изо всех сил старалась «открыть глаза своему мальчику» на его жену. Только вот на что открыть глаза, было не ясно. В этом она сама как-то в ссоре призналась Яне. Муж, конечно, ничего ей не говорил, но после каждого звонка становился все более отстраненным и холодным. Может, Яна сама все это придумала, может, свекровь тут и была не при чем, но ей так все это надоело. Этот бесконечный неравный «бой», где нет победивших, ибо не любит мужчина одинаково мать и жену. Но свекровь этого не понимала, пытаясь отвоевать сыночка.

Вернувшись от Машки к вечеру, Яна увидела, что муж забрал вещи, оставив короткую записку о том, что он уехал в маленький городок, откуда 5 лет назад они приехали в Москву. «К мамочке помчал!» - с горечью подумала она, но почему-то выдохнула. Все ее усилия пошли прахом, и она понимала, что, наверное, их развод неизбежен. Надо будет как-то объяснять это сыну, делить ипотечную квартиру, в которую была вложена вся ее душа, искать подработку или даже вторую работу, чтобы достойно обеспечивать ребенка. Все это тяжелая ноша для одной хрупкой девушки, но выбора не было. Можно было в очередной раз простить мужа, но Яна понимала, что в таком случае о нее будут разве что ноги вытирать – не просто так Юра спокойно забрал вещи и ушел. За две недели многое передумала. Были моменты, когда казалось, что нельзя рушить семью – все же за столько лет брака она привыкла к человеку, считала его родным, да и Мишке без отца будет плохо. Тогда в ней просыпалось желание написать ему или позвонить, помириться, но в чем она была виновата? В такие моменты очень хорошо ее отрезвляла Машка. Запрещала звонить и писать, аргументируя тем, что это муж должен делать первый шаг, если ему так дорога семья, но Юра не объявлялся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Нет, совершенно точно их семейное суденышко с давними пробоинами в корпусе в виде многолетних непрощенных обид, решило-таки потонуть. И бороться с этим Яна уже устала, не хотела и не могла. Просто сложила весла и смотрела на то, как оно медленно идет ко дну.

Вдруг ей страстно захотелось поехать в отпуск. «Как только на работе появится возможность, сразу же и возьму недельку, - решила она, - возьму Мишку и махнем к морю». В отпуске она не была несколько лет: сначала они копили на первый взнос, потом делали ремонт. Всегда на что-то нужны были деньги. Этим летом, сидя в пустой квартире, отчаянно захотелось уехать в красивое место, желательно у моря. Эх, была бы только возможность улизнуть хоть на недельку из унылых будней в яркое летнее приключение!

И возможность, как по мановению волшебной палочки, подвернулась довольно быстро.

Как только начальство сообщило, что могло бы отправить её на недельку в отпуск, так как не сезон и работа до сентября замерла, Яна ухватилась за эту мысль. И всё сложилось как надо. «Как будто сама судьба!» - думала она, ворочаясь на постели. Всё шло к их с Антоном встрече само. Вчера, довольно спешно покинув номер после этого сумасшедшего поцелуя, он прислал ей данные с номером брони отеля в Зеленоградске. Так тепло на душе стало, так удивительно и непривычно. И сразу отметила про себя, что муж не звонил ей с того самого дня, когда ушел, кроме одной глупой смс ни о чем. Не интересовался ни ей, ни Мишкой. В отличие от чужого мужчины.

С самой их встречи в аэропорту она чувствовала его заботу. Вызовы такси, помощь, обеды в кафешках, и даже приезд в парк, так как обещал Мишке совместный досуг, несмотря на загруженность и работу за городом. Можно было бы подумать, что всё эти поступки были направлены на то, чтобы создать о себе впечатление, этакие ухаживания за ней. Но Яна чувствовала, что это далеко не так. Она была все-таки не юной девой, которой каждый цветок от мужчины кажется доказательством вечной любви. Она хоть и поддалась давнишним чувствам, все-таки понимала, что просто Антон такой и, вызывая ей такси, он не делает ничего сверх своего воспитания. Постоянно сравнивала Антона и мужа, даже не желая этого. И по всем пунктам Юра проигрывал.

Вот и вчера по пути в гостиницу Антон успел забронировать им номер и обозначил время, к которому им нужно было быть готовыми.

И время поджимало, поняла Яна, отвлекаясь от своих воспоминаний. Напомнила себе, что нужно позвонить Машке и рассказать ей все, что случилось. Ее переполняли эмоции, ими хотелось делиться. А Машка не осудит, она всегда на ее стороне.

С больной головой и совершенно не выспавшись, Яна поднялась и тихонечко собрала вещи, давая возможность Мишке поспать подольше.

День обещал быть жарким. Облачившись в лёгкий струящийся сарафан до пят изумрудного цвета, так хорошо оттенявший ее глаза, и нацепив на голову соломенную широкополую шляпу, она чувствовала себя тургеневской барышней, не иначе.

В назначенный час они стояли у входа в гостиницу.

Почему-то именно такой её и запомнит Антон. День был ветреный и пасмурный, но довольно жаркий. Яна стояла на нижней ступеньке крыльца, придерживая на голове улетающую шляпу. Другой рукой она держала за ручку Мишку. Перед ними стоял чемодан с якорями и штурвалами.

Антон успел только чмокнуть её в щеку, не желая афишировать, что они как будто стали ближе. Сашка и так недоволен, что пришлось тратить время и заезжать за Яной, а узнай он, что Антон только и мечтает, чтобы Яна оказалась в его объятьях, вообще прибьет его при первой возможности. И, наверное, будет прав. Утром и то успел выговорить Антону за то, что тот пришел в гостиницу поздно, а ему, между прочим, весь вечер названивала Ангелина, потому что Антон-де не удосужился взять трубку и ответить бывшей девушке.