Комплекс хорошей девочки - Эль Кеннеди

– Любой парень с такой вереницей любовных подвигов обязательно подхватит каких-нибудь болячек.

– Наверняка, – поддакиваю я.

– Знаешь, как зовут этих нулевых пациентов-близнецов?[18]

– Хартли. Они местные.

И затем к ней приходит озарение.

– Ты ведь не знаком с ними? Конечно, Бонни была бы рада получить подсказку, где их искать, но если они твои друзья или что-то в этом роде…

Мне почти невыносимо это предвкушение.

– Нет, забудь о них. – Я борюсь с усмешкой. – Просто парочка засранцев.

– Мак! Мне нужно еще выпить, а потом мы… Ой.

К нам подбегает миниатюрная блондинка и замирает, уставившись прямо на меня. Ее личико порозовело, а большие глаза устремляются к Маккензи. Проходит несколько пугающих секунд, пока девушки обмениваются взглядами, а затем Маккензи, взяв мою руку, задирает рукав и видит мои татуировки.

– Да какого черта, – выпаливает она, сверкая глазами. – Нет, ну нет, это нечестно. – Она откидывается на спинку стула, скрестив руки на груди. – Ты знал, что я говорю о тебе, и все равно позволил мне продолжить?

– Никогда не отказываюсь от бесплатного развлечения. – Я открыто улыбаюсь.

Ее соседка опускается на стул рядом с Маккензи, наблюдая за нами. Мне вдруг приходит в голову, что ситуация с соседкой может мне все усложнить. Или эта девица сорвет мои планы, отпугнув Маккензи еще до того, как я сделаю то, что собираюсь, или она станет козырем у меня в рукаве. Нужно переманить соседку на свою сторону, пока я не достигну финишной черты. К счастью, у меня есть то, чего она хочет, – еще один я.

– Ты обманул меня, – решительно заявляет Маккензи. – Преднамеренная попытка обмана. Это запрещено. На самом деле, все наше общение сейчас под вопросом. Считай, что мы не встречались. Я тебя не знаю.

– Вау. – Я отталкиваюсь от стола, задыхаясь от смеха. – Ты дала мне пищу для раздумий. Выпью-ка я еще, чтобы получше над этим поразмыслить. Еще по одной? – Последнюю фразу я адресую соседке, у нее до сих пор взволнованный вид.

– Безусловно, – соглашается она. Когда Маккензи уже готова возразить, соседка стреляет в нее взглядом. – Спасибо.

Я направляюсь в бар и вижу, как Алана встает из-за нашего столика и следует за мной. Она выбирает окольный путь, медленно проходя мимо Маккензи и ее соседки по комнате, пока я заказываю три пива.

– Похоже, все прошло хорошо, – говорит Алана, оказываясь рядом со мной. Выступление группы заканчивается, и наступает небольшое затишье перед тем, как следующая группа выйдет на сцену.

– Она классная, – отвечаю я, пожимая плечами. – Немного болтливая, но когда меня это останавливало?

– Ага, но не привязывайся.

Алана заказывает себе шот.

– Да я только встретил ее, расслабься.

К тому же привязанность никогда не входила в число моих проблем. Учитывая то, как я рос, ко мне давно пришло понимание, что все временно. Нет никакого смысла выкладываться на полную. Так проще. Лучше. Это спасает от страданий.

– Я слышала, как они разговаривали. – Алана выпивает шот, а затем выдыхает. – Блондинка такая: «Он твой, если хочешь», а наша девочка такая: «Не, дерзай». Поэтому… – Она поворачивается так, чтобы посмотреть в сторону девчонок. – У тебя еще полно работы.

– Долго рассказывать, но, похоже, мне придется задействовать Эвана против той блондинки.

– И как же он справится с этой задачей, ума не приложу, – иронизирует Алана, закатывая глаза.

Соседка, без сомнения, горячая цыпочка, но она не в моем вкусе. Она в два раза ниже меня, а я ненавижу, когда приходится сильно наклоняться, чтобы поцеловать девушку.

Бармен возвращается с нашими напитками, и, забрав их, я направляюсь к своим спутницам, пока Алана кричит мне в спину что-то вроде: «Иди и возьми их, тигр». Я недооценил, насколько неприятно, когда твоя сексуальная жизнь превращается в зрелищный вид спорта.

Подойдя к столику, я ставлю напитки и сажусь. Маккензи отставляет воду в сторону, чтобы принять пиво, и я уже точно уверен, что она с нами. Если бы она собиралась струсить и убежать, это произошло бы до моего возвращения.

– Купер Хартли.

Я протягиваю руку ее соседке по комнате, которая в открытую меня изучает. Она пожимает руку, ее цепкие маленькие пальцы не отпускают.

– Бонни Мэй Бошан, – говорит девушка с сильным южным акцентом. – Не думаю, что твой брат где-то поблизости.

– Да, он наверняка ввязывается в неприятности где-нибудь еще. – Вообще-то, он вытряхивает деньги из обладателей трастовых фондов на бильярдных столах через несколько домов отсюда. Это практически его вторая работа. – Не могу никуда водить этого мальчишку.

– Жаль. – Бонни игриво надувает губки. Ясно, что эта Бонни – та еще штучка. Из нее так и рвется озорная сексуальная энергия. – Мы надеялись, что ты отведешь нас в какое-нибудь более уютное местечко после этой вечеринки, верно, Мак?

Маккензи бросает нерешительный взгляд на соседку. Я прячу свою ухмылку. Теперь, если она откажется, то лишит свою подружку развлечения, которого та так жаждет. Трудный выбор, Мак. Мы с ее соседкой довольно быстро становимся друзьями. Это будет намного легче, чем я думал.

– Уютное, говоришь? – уточняю я.

Маккензи переводит взгляд на меня, понимая, что у нее никогда не было ни малейшего шанса победить в этой маленькой игре. Я бы ощутил себя мерзавцем, если б мне было не плевать. Она горячая и вполне приятная, но я не забыл, почему здесь нахожусь. Она лишь средство для достижения цели.

– Я знаю одно местечко.

Слишком рано приглашать их домой. Я уверен, что это неправильная стратегия. Для Мак требуется особый подход. Заслужить ее доверие. Стать друзьями. Я могу быть терпеливым, когда нужно. Пусть сама придет ко мне. Цель миссии – разлучить ее с Кинкейдом. Но, чтобы это сработало, ей нужно самой проявить инициативу.

– Звучит не так страшно. – Кажется, Маккензи хочет покусать свою подружку.

– Я напишу брату. Может, он захочет «ввязаться в неприятности» с вами, а не с теми, с кем он сейчас. Как на это смотрите?

– Я в деле. – Бонни глядит на Маккензи с мольбой в глазах, будто говоря: «Папочка, можно мне пони?»

– Не знаю. – Все еще сомневаясь, Маккензи бросает взгляд на свой телефон. – Сейчас почти час ночи. Мой парень, наверное, уже дома, ждет, когда я позвоню.

– Переживет, – отмахивается Бонни. Ее умоляющий тон становится более настойчивым. – Пожалуйста?

– Да ладно тебе, принцесса. Поживи немножко для себя.

Маккензи борется с собственными убеждениями, и на долю секунды меня покидает уверенность. А вдруг я неверно ее оценил, и она вовсе не скучающая богатая девочка, которой нужно пуститься во все тяжкие. Может, она вполне способна встать, развернуться и уйти, никогда больше не взглянув на меня.

– Хорошо, – смягчается Мак. – Час. Максимум.

Что ж, я все же был прав.

Глава шестая

МАККЕНЗИ

Я не знаю, как мы сюда попали. Мы с Бонни, Купером и его полной копией – близнецом Эваном, сидим вокруг пылающего костра на песке, и плеск волн заглушает звуки набережной. Крошечные мерцающие искорки летают в теплом океанском воздухе, а песчаные дюны переливаются в отсветах пламени и отражаются в воде.

Что ж, кажется, я сошла с ума.

Будто кто-то захватил мой мозг – это единственная причина, которая приходит на ум, потому что я согласилась шагнуть с абсолютно незнакомым мне человеком в неизвестность. Сейчас, пока Бонни уютно устроилась рядом со своим плохишом, во мне растет чувство беспокойства. И исходит оно откуда-то со стороны Купера.

– Ты врешь, – обвиняет Бонни, скрещивая ноги, и скептически хихикает.

– Ни в коем случае. – Эван поднимает руки, будто сдается на ее милость. – Купер сидит на заднем сиденье патрульной машины и держит в руках этого козла, который дрожит как осиновый лист. Потом козел ударяет Купа по голове, и у того начинает течь кровь, заливая все вокруг. И, в общем, он пытается успокоить козла, но кругом кровища, все скользит. Кровь буквально везде, я серьезно – на нем, на козле, на окнах. Ну, а я веду украденную полицейскую тачку, гудят сирены, мигают огни и все такое.

Я смеюсь над этой безумной историей и жестами Эвана. Он кажется более игривым, чем Купер, последний выглядит серьезнее своего брата. Их лица совершенно одинаковы, однако парней легко различить. Темные волосы Эвана короче, руки не покрыты татуировками.

– А потом мы услышали их по радио, – подхватывает Купер. На его слишком красивом лице танцуют тени от костра. – Копы говорят: «Какие-то глупые дети сперли козла и полицейскую машину. Оцепить периметр. Перекрыть мост». И мы думаем – черт, как нам выбраться из этой херни?

Мне сложно оторвать взгляд от его губ. Его рук. Этих мускулистых рук. Я пытаюсь проследить за контурами его татуировок, пока