Измена. Заставлю любить - Ольга Игонина

— Хорошо. Как ты себя чувствуешь? — по голосу, кажется, что муж спрашивает что-то дежурное. Жду, что Влад подойдет ко мне и поцелует. В то же время не хочу этого.

Супруг так и остается стоять в дверях. Постоянно смотрит на часы и громко вздыхает.

— Ничего не болит, слабость, спать хочу. — На самом деле я хочу только одного — чтобы он ушел.

Даже если бы мне было очень плохо, в этой ситуации я бы соврала, чтобы Влад мог скорее отправиться по своим делам.

Мое сознание путается, видимо, лекарство начинает действовать, и я проваливаюсь в сон.

Глава 10. Влад

Выхожу из палаты. Сейчас бы литр хорошего кофе, чтобы взбодриться. Хорошо, что взял водителя.

Останавливаемся на светофоре, прикрываю глаза и тут же вспоминаю о Светке и о Полине. Надо что-то придумать, чтобы окончательно успокоить жену. Лишние проблемы и нервы сейчас не нужны ни ей, ни мне.

Приезжаю в офис. Лиза уже по взгляду понимает, что мне сейчас нужно.

— Владислав Андреевич, — ставит передо мной чашку кофе и кладет шоколадку с высоким содержанием какао, — у вас через десять минут созвон с руководителем айти-отдела. Отменить?

А ведь это идея! Набираю знакомому айтишнику, классный спец и молчать умеет. Уже не единожды помогал знакомым сделать алиби.

— Борисыч, нужен сайт и парочка публикаций. Фотки скину, а еще лучше сам погугли. Только сделай, чтобы эти материалы только я мог найти.

— Понял, Владислав Андреевич! В чистом виде!

Скидываю полтинник аванса, выдыхаю. Возвращаюсь к работе. Прихожу в себя в начале девятого вечера.

Обожаю свою работу, столько в ней энергии. Если можно было бы жениться на работе, я бы задумался на эту тему.

Готово!

Сообщение от айтишника. Открываю сайт — красота. Если ты не первоклассный специалист или не знаешь, что он сверстан на коленке, то никогда не догадаешься, что это хорошая болванка. Пара статей о Светке, вернее о Стефании. Распечатываю их и аккуратно складываю в файл.

Борис знает свое дело лучше других.

Снова стою в пробке — это проклятие сегодняшнего дня. Рядом на сиденье лежит пакет — яблоки, гранат, готовая печень и паровые овощи. Марьяна сказала, что это сейчас оптимальный рацион для Полины.

Можно было заказать доставку прямо в палату, но мне почему-то хочется принести ей самому. Последнее время я настолько ушел в работу, что уже не помню, когда мы проводили с ней вечер вдвоем. Нужно исправляться.

Странно, что я уже как несколько часов знаю, что скоро стану отцом, а внутри пустота. Я почему-то был уверен, что когда Полина сообщит мне такую новость, буду радоваться как ненормальный, кружить ее и целовать.

Но эмоций у меня сейчас ноль.

Возможно, дело в том, КАК именно я узнал о таком важном событии. Неужели она не могла мне сама сказать?

В стационаре тишина, никого в коридоре. Полина не спит. От левой руки идет трубочка от капельницы, в правой держит книжку. На тумбочке стаканчик с таблетками.

— Влад! — она рада, но в то же время растеряна. — Кровотечение вроде остановили. Врач прогнозов не делает, но я чувствую, что все будет хорошо.

Выглядит уставшей. Еще и понервничать сегодня пришлось.

— Ты мне про беременность почему сразу не сказала? — не с этого хотел начать наш разговор, но не могу сдержать злость. Ненавижу, когда от меня скрывают что-то важное. — У тебя ведь задержка должна была быть.

Смотрит испуганно. Всегда теряется, когда у нас назревает скандал.

— Я еще не была уверена, — вжимается в кровать. — Хотела тебе вечером рассказать, как прошел прием. А тут эта Стефания… Выбила меня из колеи.

— Лучше бы ты о ребенке думала, чем о какой-то дуре! — злюсь еще больше. Если из-за этой выходки пострадает наш ребенок, самому страшно подумать, что я со Светкой сделаю.

— Она так убедительно говорила… — Полина поджимает губы и отворачивается. Наверняка, чтобы сдержать слезы. — А вдруг у вас ребенок… а про нашего тогда еще не было точно известно.

— Что за глупости? Может, хватит уже про это?

— Но она…

— Вот, посмотри! — перебиваю Полину, пока разговор не зашел слишком далеко. Нервничать ей все же нельзя. Вытаскиваю из портфеля файл с распечатками и кидаю их на кровать.

— Стефания эта — обычная городская сумасшедшая! — говорю как можно увереннее, даже слегка повышаю голос, чтобы точно поняла, что я прав, и поверила.

Полина берет листки и перебирает. Взгляд рассеянный, как будто не понимает, о чем я.

— Погоди, откуда ты…

— Откуда знаю? — не даю ей погрузиться в размышления. — Простой запрос в поисковик. Имя, ситуация. Не ты первая, на кого она накинулась. Подходит к беременным и пугает всяким бредом. Даже в консультациях ее фотографии висели. Ни разу не замечала?

Машет головой. Смотрит все еще недоверчиво, но не перебивает, уже хорошо.

— Никто и подумать не мог, что она в дорогой частной клинике объявится. Как она еще сюда пролезть смогла? Но это я со службой безопасности буду разбираться.

— Зачем? — пугается Полина.

— Как это зачем? Какая-то психованная нападает на мою жену, а я должен спокойно это переносить? Ты почитай-почитай, — выдергиваю листок из файла и протягиваю ей. — Эта странная еще и имена свои меняет, выбирает звучные. То она Стефания, то Элеонора, то Милана. И к тебе подходила блондинка… готов поспорить, что это парик. Так что перестань волноваться из-за этой ненормальной.

Полина выглядит растерянной.

— И еще об этой Стефании… — продолжаю мысль. — Не понимаю, как к тебе в голову могло прийти, что у меня кто-то есть?

— А что я должна была подумать? — возмущенно взмахивает ресницами. — Она говорила очень убедительно. Еще и живот свой показывала. И столько рассказала о себе.

— Что рассказала-то? Что у меня тайное тату? Я публичный человек, про меня журналисты знают больше, чем я сам.

— Значит, у тебя никого нет… — не спрашивает и не утверждает. Вижу, что сама еще не может до конца поверить.

— Еще раз повторяю! У меня есть только ты! Никого другого нет и быть не может, — говорю с такой интонацией, чтобы запомнила раз и навсегда. — В следующий раз сначала подумай, кому ты веришь и как это соотносится с нашей семьей.

Как же я ненавижу врать. Но наблюдать свою жену расстроенной ненавижу сильнее. Полина кивает, убирает листок со статьей обратно в папку и сует ее под подушку.

Так… оставлять сляпанный на скорую руку отмаз я не планировал. Надеялся, что она его глянет, и я между