Альфа. Канатоходцы - Полина Чупахина

Украшение в руке согрелось, на поверхности замерцали голубые искорки. Серый король закрыл глаза, сливаясь с видением. Вот в комнату вошла женщина. Диана Розенкройц, королева, твёрдой рукой правившая страной до глубокой старости. В этом видении Диана оказалась юна, девушка, с омрачённым страхом взглядом.

«Малыш плохо себя чувствует! У него жар, я не понимаю, что делать!» — тот, к кому обращалась будущая королева, смотрел на неё, поэтому Райз только слышал голос, да видел руки, взметнувшиеся навстречу девушке.

«Ваше Высочество, заражённые редко умирают в первые часы. Если он очнётся к рассвету, значит слияние завершилось успешно. Потерпите».

«Ты не понимаешь, Дерек. Это мой сын! Я не могу ждать. Давай испытаем вакцину сейчас!» — она заламывала руки, металась, как пойманный в капкан зверёк, и лекарь искренне жалел юную женщину. В этот момент Райз переживал чувства, эмоции того, чьи воспоминания просматривал. Столкнувшись с «переносом» впервые, молодой правитель был шокирован, оказавшись в чужом теле.

«Диана, вакцину можно испытывать только после полного слияния. Наберись терпения», — он привлёк девушку к груди, сочувствуя ей так сильно, словно сам переживал каждое мгновение страха. Райз лишь годы спустя осознал, целитель напуган.

«Марун такой крошечный, он не справится, Дерек», — в её голосе звучали слёзы. Диана молила о милосердии так, как это могут матери.

Видение оборвалось, и Райз выдохнул. С момента, как кольцо из лекарита попало к нему, король пытался разгадать тайну Маруна Розенкройца. Младенца, имени которого не было ни в одном архиве. Искать лекаря владыка не пытался, признавая затею обречённой на провал. Но почему этот ребёнок оказался скрыт? Означает ли это, что мальчик не выжил? Или наоборот, он слился с «иным» и изменился настолько сильно, что Диана предпочла избавиться от сына? О какой именно вакцине шла речь? Владыка убрал кольцо в шкатулку, запирающуюся на биометрический замок.

Райз подошёл к окну, выглянул наружу, подставил лицо прохладному ночному воздуху. Город спал, безмятежный, успокоенный властью сильных лидеров, защищённый от невзгод и напастей. Быть владыкой не радость, но тяжёлая ноша. Райз тоже наслаждался безмятежной юностью и свободой. Дышать полной грудью оказалось так просто, так радостно. Мужчина закрыл створку, оставив ночь с её манящим спокойствием снаружи. Впереди сложный день королевской ответственности, и как назло бессонница.

«Послать за какой-нибудь девицей из свиты Елены? Они рады услужить владыке», — иронично подумал Райз. Затем перевёл взгляд на часы и отмёл эту идею. Четыре утра не самое подходящее время для любовных утех накануне непростых переговоров с политическим оппонентом.

Король вытянулся на постели, заложил руки за голову, глядя в потолок. Райз пять лет, со дня коронации, засыпал подобным образом. Всматривался в темноту над кроватью, пока глаза не начинали слипаться. Или приводил к себе очередную подругу Елены, согласную на любые требования владыки, в твёрдом стремлении к браку с королём. Глупышки находили его привлекательным и порой влюблялись, не желая признавать, что сердце Райза не способно к глубоким страстям. Девушки тянулись к его силе, дарованной генами предков, и мечтали о власти, доступной королеве. Хотя, и это стоило признавать, не все, согревшие однажды одинокое ложе владыки, были одинаковыми. И всё же, они ничем не запомнились Райзу.

«Интересно, какая в постели Иден Маар? Такая же бесстрастная как в жизни?» — подумал мужчина практически на грани сна. Пришёл ли ответ ему во сне или забылся с пробуждением сам вопрос, Райз никому бы не признался. Женщин вокруг хватало и без убийцы с пустыми глазами.

В кабинете первого советника царила разруха. Осколки стакана, три пустые бутылки из-под элитного виски, сломанная мебель и посреди этого бедлама задумчивая Иден. Леди Маар с сомнением смотрела на спавшего в кресле брата. Должна ли она остаться с Нейтаном и поинтересоваться его самочувствием или может просто отправляться по своим делам? Раньше подобных ситуаций не возникало, и у девушки не было готового решения.

— Нейт, просыпайся, — когда не было понимания какой путь выбрать, она создавала собственный и следовала по нему. Мужчина вздрогнул и открыл глаза, в недоумении глядя на девушку. — Доброе утро, братик, — Иден не пила накануне, так что от похмелья сегодня не страдала.

— А ведь была надежда, что я сдохну, и жениться не придётся, — выдавил Нейт, с кривой усмешкой рассматривая довольную сестру. Девушка не отказала себе в удовольствии помыться и переодеться. Свои длинные волосы она заплела и уложила на затылке, дорожную одежду сменили темно-розовый брючный костюм и белая блузка с таким обилием кружева, что у Нейта перед глазами зарябило. Впрочем, вкус у сестры всё же был, поэтому она не казалась ни разряженной куклой, ни провинциалкой. Дорогая ткань, лаконичный крой, беззвучное заявление о статусе и состояние владелицы наряда.

— От трёх бутылок пойла из Федерации? Я тебя умоляю, Нейт, ты ещё не столь стар и болен, чтобы умереть из-за мелочи. Но если явишься в подобном виде к Райзу, то сможешь приблизить желанный финал. Наш владыка неглуп и быстро свяжет между собой твоё глубокое похмелье, тоскливую безнадёжность, подчёркнутую капиллярами глаз, и ваш разговор о скором браке. И сделает соответствующие выводы. Если не готов к встрече с прародителями, советую привести себя в порядок. Чистый костюм тебе доставили, напиток с электролитами в стакане на подоконнике. С разгромом в кабинете — сам выкручивайся, а мне пора.

Она открыла тяжёлые шторы, впуская в комнату дневной свет, хмыкнула, услышав, как за спиной застонал Нейтан.

— А если бы решение владыки касалось тебя, сестрёнка? — ему действительно было интересно, как поступит Иден.

— Стать королевой и вершить судьбы своими руками? Я была бы в восторге и поспешила в спальню короля.

— По пути избавляясь от потенциальных конкуренток?

— Разумеется. Зачем мне за спиной опасные враги или простодушные дуры? Но жениться предстоит тебе, брат. И, если ты действительно не готов умереть, советую найти плюсы и возможности для себя в этом браке. Чем скорее, тем лучше для нас обоих.

Иден ушла, послав на прощание воздушный поцелуй, а Нейтан, откинулся в кресле и крепко зажмурился. Так меньше болела голова. Посидев минут пять, он собрался с силами и начал с волшебного изобретения лекарей Арвантеса, способного утолить похмельную жажду. Сегодня предстояло много дел и ясный разум совсем не повредит.

Препарат действовал медленно, возрождая в Нейтане способность