Ее катализатор - Евгения Мос

У меня зазвонил личный телефон, и я увидела имя подруги.

— Да, Рейни, — ответила я.

— Привет, ты просила набрать, когда Эндари будет дома.

— Да, включи громкую связь или передай трубку.

— Включаю.

— Доброе утро, Николетт. — Раздался в трубке голос мужа подруги. — Ты, что, встала раньше восьми утра? Завтра небо упадет?

Я закатила глаза. Эндари умел выводить из себя меня за две минуты. Как его терпела Рейни, мне было неведомо. Но Эндари раньше был капитаном команды в отряде ассасинов короля, а его отец руководителем отряда. При прошлом короле, разумеется, два года назад. Но мне важные были любые крохи информации.

— Эндари, ты в курсе, кто ушел сразу после отставки твоего отца?

— Ну так…

Он назвал несколько имен и пояснил, что они ушли из-за того, что уже были положены пенсионные выплаты, а в новом коллективе оставаться не сильно хотелось. Традиции, привычный уклад. Этим славилось старшее поколение Кароса.

— Твой отец же ушел спустя месяцев восемь после коронации Шафрана?

— Верно, он передал все дела и отошел от дел. Хочешь с ним поговорить? — спросил он осторожно. Я знала, что он с отцом мало поддерживал отношения, а Рейни и того меньше.

— Пока не нужно, но буду иметь в виду.

— Обращайся.

— Как быстро был казнен Фелор?

Фелор был одним из приближенных людей короля по безопасности, политике, штабу ассасинов и еще какой-то ерунде. Человек-многозадачник, человек, искупавший руки в крови по локоть, если не больше, по приказу короля, разумеется, но тем не менее. Он славился своей жестокостью и изощренностью.

— Спустя неделю после коронации, — ответил Эндари.

— Что стало с его семьей и приближенными? — уточнила я. Я не рисковала эти вопросы задавать в штабе и привлекать к себе лишнее внимание, зато Эндари и Рейни я доверяла. Если точнее Рейни, а она уже безоговорочно ему.

— Жена умерла пять лет назад, сердечный приступ, — ответил он. — Может он ее сам и сбыл на тот свет. Кто знает…

— Дети?

— Восемнадцатилетняя дочь, ей положены выплаты в течении ее жизни, но и без этого она не бедная, у Фелора были хорошие сбережения. Шафран не стал их забирать. Она в данный момент учиться в университете Эфоноса.

— Значит, его величество откупилось от нее, — задумчиво произнесла я.

— Да.

— Но я бы не отметала ее совсем. Ее нужно проверить.

— Обратись к Люрису или Кангу из штаба, это мои бывшие подчиненные, и им можно доверять. Но Канг часто в разъездах.

— То, что нужно! — воскликнула я.

— Тогда найди Люриса и свяжись через него.

— Кто еще?

— Все остальные, кто с Фелором близко взаимодействовал — уволились сами, но им всем выплатили на несколько лет вперед. Жаловаться не на что. Мой отец следил за ними, пока был при деле.

— А почему, все-таки, был смертельный приговор Фелору?

— Он знал много грязных тайн старого короля Зирана, и знал, что сын помог отойти ему на тот свет. Было опасно его оставлять…

— Понимаю. Хорошо. — Я тяжело вздохнула. — Спасибо, Эндари.

— Обращайся! Кстати, ты уже всех вывела из себя?

— Я же не ты.

— И все-таки?

— Пока только короля и, кажется, Герберта.

— О, Герберт служил еще при отце Шафрана.

— Да? — заинтересовалась я.

— Да, он, также, был распорядителем покоев.

— А вот это интересная информация. Спасибо еще раз.

— Пока! Мы пошли смотреть «Розу дикого моря».

Он отключился, а я скривилась. Они вдвоем — странная парочка. Смотрели слезливые дельвентийские сериалы, где героиня плачет, любит, бежит, страдает и снова плачет. А еще там много унылых песен. И вообще, они эту розу уже раза два пересматривали, а теперь ее включили даже не вечером, а с утра. Странные ребята!

Я отложила телефон и посмотрела на выход из покоев. Это нужно сделать, Николетт! Ради задания.

Да. Ради задания, я пойду к королю, который унизил меня своими словами и велел не попадаться ему. Но работа — значит работа.

Я расчесала свои длинные красно-коричневые волосы до талии, брат вроде говорил, что наш оттенок называется бургунди. Но мне было плевать на названия. Я знала, что он эффектный. Длинные волосы на миссиях я убирала в тугой пучок и скрывала все балаклавой или капюшоном, так что они мне не мешали. А уж во дворце я и подавно с ними управлюсь.

Я закрепила одну переднюю прядь гребнем с цветками, эмалированными бело-розовым цветом. Затем накрасила губы помадой, не красной. Я любила красную помаду, но вряд ли это сейчас поможет смягчить нрав короля.

А что по одежде?

Девушки Кароса носили закрытую чаще всего, довольно свободную одежду, причем в несколько слоев, а иногда закрывали волосы. Одеваться так мне не хотелось, я как будто бы проявляла слабость таким образом. А моя одежда и внешность — оружие.

Я остановила выбор на ярко-синей водолазке и… не кожаных брюках. Коричневые брюки карго. Низ и верх сочетались как небо и земля, море и песок. В этом что-то было, определенно.

Снаряжение на месте. Кинжалы, лезвия, несколько ядов и антидотов. Я, конечно, не думаю, что меня кто-то убьет во дворце. Но быть начеку стоит.

Из зеркала на меня смотрела высокая девушка, я понимала, что выгляжу эффектно, но уголок губ все равно дернулся вниз при виде фигуры. Четвертый размер, конечно, красиво. Но я была бы больше рада, если бы бедра были пошире, а переход к талии более плавный. У меня же выделялась только верхняя часть. Но я умела себя подать, ведь внешность — тоже оружие.

Так, на часах восемь. Король Шафран должен как раз завтракать в столовой. Явлюсь к нему туда. Заодно тоже позавтракаю.

Тут в комнату вошли горничные.

— О, вы уже встали! — воскликнула Ханилида.

— Да.

— Что желаете на завтрак?

— Ничего, я отправляюсь в столовую.

— В какую? — в ее глазах мелькнул страх.

— В королевскую.

— Но…

— Никаких «Но». Спасибо.

Я оставила их наедине со своими мыслями и вышла из покоев. Расположение покоев, библиотеки, комнат и других мест я уже запомнила, поэтому в столовой оказалась за пять минут. Я немного поколебалась, но подошла к дверям. Два охранника стояли по обе стороны и немигающе смотрели прямо. Я поправила волосы и вошла в столовую.

Шафран сидел за небольшим столом, параллельно намазывал тост джемом, а на противоположном конце стола сидела девушка. Она кинула в меня непонимающий взгляд, я сделала несколько шагов к его величеству, прекрасно зная, что он услышал меня еще до того, как я вошла. Просто отказывался принимать это. Он медленно