Долго тебя ждала - Мария Летова

Как и любой семнадцатилетней девчонке, мне дико льстило, что мой парень — хоккеист и приезжает за мной не на трамвае и не на троллейбусе, а на броском «Додже», но я любила его не за это…

Я гордилась им, его успехами и целеустремленностью. И сходила с ума от того, как он на меня смотрит и как целует…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Стук сердца перемещается куда-то в область горла. Сглатываю и напрягаюсь, когда дверь тачки резко распахивается, и до тошноты приветливое лицо Капустина находит взглядом мое.

Я вижу на переднем пассажирском сиденье его «леопардовую» подружку, стекла задних дверей непроницаемо тонированы.

Данила легкой трусцой оббегает капот машины, и у меня подкашиваются колени в тот момент, когда он берется за ручку дверцы и тянет ее на себя.

Я отлично помню, как зовут лучшего друга Капустина. В девятнадцать они всюду таскались вместе, как близнецы, а сейчас… Сейчас я боюсь, что эту традицию они до сих пор соблюдают!

Облако пара вырывается из моего рта.

Впиваюсь пальцами в лямку рюкзака и неподвижно сверлю глазами спину Данилы. На нем расстегнутая парка и спортивный костюм, состоящий из штанов и толстовки.

Задерживаю дыхание, наблюдая за тем, как Капустин опирается одной рукой на распахнутую дверь, а второй приглашает меня сесть в салон, говоря:

— Садись, а то попу отморозишь.

Стоя на месте, ощущаю, черт возьми, облегчение.

Заднее сиденье пустое, и оно манит меня внутрь салона: под моим носом сосулька, руки превратились в ледышки — сегодня минус пятнадцать, и нужно быть круглой дурой, чтобы отказаться от этого предложения, поэтому я принимаю его не задумываясь.

Теплый воздух гостеприимно набрасывается со всех сторон, когда Даня захлопывает дверцу. Вместе с расслабляющим теплом на меня набрасывается еще и пассажирка с переднего сиденья.

— Привет-привет! — фонтанирует она, обернувшись ко мне. — Как дела? Какие милые штуки… как они называются? — хихикает и тычет наманикюренным пальцем в мои варежки.

— Эм-м… привет… — Перевожу взгляд на Капустина в поисках помощи, как только он занимает водительское сиденье.

Этот засранец широко улыбается и молчит, кажется, не собираясь мне помогать, а я понятия не имею, как общаться с людьми, у которых критически низкий ай-кью.

— Все… кхм… хорошо… — Мечусь взглядом между ними двумя.

— Ты здесь учишься, да? — Блондинка переводит взгляд на лобовое стекло. — На врача?

— На стоматолога… — бормочу, наблюдая за тем, как Данила разворачивает машину.

— Я вчера не успел вас познакомить, приношу извинения, — включает Капустин радушного хозяина. — Аглая, — указывает на меня. — Ника, — представляет свою недалекую подругу.

— Мяу! — урчит та и трется щекой о проступившую щетину Данилы.

Мое лицо кривится. Лицо Капустина в зеркале заднего вида выглядит невозмутимым. Он поистине на своем должностном месте. Такое терпение!

— Так какие у тебя планы? — спрашивает он, посмотрев на меня через зеркало.

— Мои планы? — спрашиваю, откашлявшись.

— Ага. Мы же договорились. Дача, хорошая компания…

Мы ни о чем не договаривались, и за эти годы наши представления об «отличной компании», кажется, слишком сильно разошлись.

Его подруга красит огромные губы красной помадой, откинув солнцезащитный козырек.

— Бери с собой дочь и мужа… — продолжает он рассуждать, направив машину к выезду из студгородка.

— У меня нет мужа, — отвечаю зачем-то.

— Тогда — парня и дочь. Там будут дети. Парочка. Помнишь Артура-Страйка?

— Который в свои ворота постоянно забивал? — уточняю.

— Ага! — смеется он. — У него трое уже… и четвертый на подходе.

Тихо фыркнув, спрашиваю, покосившись в окно и игнорируя тему моего «парня»:

— Куда мы едем?

— На заправку, — сообщает Капустин.

— Данечка делает такой вкусный шашлык! Да, Зай? — обращается к нему Ника.

— Угу, так что? — Он снова перехватывает мой взгляд в зеркале.

— Я… — мнусь, не зная, что ему, черт возьми, сказать! — У меня дела…

— Ну тогда побудешь пару часов, потом отвезу тебя назад. Соглашайся, — улыбается мне обаятельной улыбкой через зеркало. — Хочешь — возьми подругу…

Глава 8

Я перестаю копаться в себе и царапать ногтями джинсы на коленях, когда Даня ловко загоняет машину в узкий проезд подземной парковки городского ТЦ. Разобравшись со шлагбаумом, он заезжает на второй уровень и паркуется под звуки новогодней песни, которая брызжет из динамиков.

До Нового года чуть больше недели. Не знаю, почему все происходящее свалилось на меня в конце года, может, это дурная примета?

Не знаю также, в каком аффекте я позвонила Тане и спросила, где она!

Капустин будто Джин из бутылки. Его компания делает реальность вокруг легкой и ненавязчивой, это зашоривает глаза, вот откуда мой аффект.

Нет ничего ужасного в том, чтобы побывать на его даче. Я ведь ненадолго, и такси никто не отменял, а вероятное присутствие там Зотова… плевать мне на него, ведь кроме Марка там будет немало знакомых ребят, с которыми мы отлично ладили.

Теперь я с Капустиным и его подругой здесь, на подземной парковке, и мы ждем Капустину, которая до моего звонка тусовалась наверху в книжном магазине.

У Тани выходной. Может быть, и ее и мои выходные выглядят не настолько впечатляющими, как те, о которых всю дорогу сюда возбужденно повествовала Ника, но не у всех есть свой популярный маникюрный салон и время, чтобы летать в Сочи на выходные.

Я замечаю Таню, как только распахивается металлическая дверь, ведущая из Центра на парковку, и прошу Данилу посигналить, чтобы обозначить наше местоположение, когда подруга растерянно крутит головой по сторонам.

— Кто такой? — без особых эмоций интересуется господин чиновник, подаваясь вперед и вжимаясь грудью в руль, чтобы лучше видеть парковку.

Выглядываю между передними сидениями и наблюдаю, как рядом с Таней шагает высокий худой парень в очках.

Это Альберт — ее сосед и друг детства. Ходить по книжным магазинам — для них что-то вроде совместного хобби. Мою подругу успокаивают все эти книжные стеллажи, запах хрустящих страниц, а на кассе она обожает набрать кучу всякой ненужной дребедени, которой потом снабжает Марусю.

Вернувшись на свое место, жду, когда откроется задняя дверь. Таня забирается в салон через полминуты вместе с сырым спертым парковочным воздухом.

Я ничего не объяснила, когда сказала, что заеду за ней через полчаса. Я и сейчас не знаю, как объяснить происходящее, встречая ее удивленный и немного настороженный взгляд.

— Что происходит? — Таня двигается в середину, бросая косой взгляд на водительское кресло. — Садись ты уже! — требовательно кидает через плечо, посмотрев на Альберта.

Ему приходится сложиться вдвое, чтобы протиснуться на сидение, потому что его рост далек от среднего.