Клятва дракона, или Строптивая невеста - Любовь Сергеевна Черникова

– Составишь подруге компанию? – с надеждой поинтересовался дядя Алан.

– Конечно! Батмор, довезешь нас до целительской? – спросила я, снова забираясь в двуколку.

Дядя Алан, вздохнул с облегчением и уточнил суть своей просьбы:

– Мне не желательно отлучаться, а то ночь уже. Нужно за вами присматривать, мало ли что…

– Не беспокойтесь, эшшер Нетт. Мы справимся. – Подмигнула я ему по-свойски.

Батмор остановил двуколку у самого крыльца целительской, и мы помогли Аде выбраться.

Распрощавшись с возницей, мы поковыляли в целительскую. Повреждения Ады оказались куда серьезней, чем мы думали. Стоило ей выйти из двуколки, как она едва не потеряла сознание от боли и магического истощения. Одной бы мне вряд ли удалось ее удержать, но помогла целительница. Тронулись в путь мы не через обещанные полчаса, а только через два с половиной. Когда лечение было закончено, я поинтересовалась, сколько мы должны.– Батмор, передай эшшери директору мою искреннюю благодарность за подарок, – попросила я. – И расскажи подробно о нападавших. Может, она сумеет призвать их к порядку?

– Нисколько! – сухо ответила целительница. – Счет будет выставлен Академии ветра и штормов, а уж они, если посчитают нужным, спросят компенсацию с родителей.

Надавав рекомендаций, каких-то пузырьков и порошков, целители выпроводили нас. Позевывая украдкой, мы побрели к дилижансу, уже запряженному шестеркой лошадок. На козлах сидел кучер, а рядом в нетерпении расхаживал дядя Алан.

– Ну наконец-то! – воскликнул он при виде нас. – Как ты себя чувствуешь, Хедвин?

– Куда лучше, чем когда мы впервые встретились, – пошутила Ада.

Она и правда теперь держалась ровно и дышала нормально, не морщась от каждого вдоха и слова.

– Вот и хорошо! Садитесь скорее, надо ехать. Мы уже сильно отстали от графика.

И правда, время приближалось к полуночи, о чем нам рассказали часы на высокой башне. По слухам такие имелись на каждой станции «Бюро путешествий». Как только мы с Адой забрались внутрь, дилижанс тронулся. Юми и Хвояна уже спали, привалившись друг к другу. Лисэль сидела наособицу и дремала, откинув голову на спинку сиденья, но услышав нас, приоткрыла глаза и едва заметно кивнула, поздравляя с исцелением.

– Добрых снов! – буркнула Ада и тут же задремала, вымотанная непростым днем.

А мне так быстро уснуть не давали впечатления, которых я с лихвой успела хлебнуть за этот день. За окном ничего толком видно не было, зато внутри горел маленький магический светильничек, и я рассматривала девочек, каждая из которых была одета по-разному. Мелькнула невольная мысль: «А только я тут в форме пансиона, да?»

Мерная тряска, скрип колес, цокот подков – все это постепенно меня убаюкало. Проснулась я от толчка и поняла, что дилижанс остановился, а снаружи кто-то спорит с дядей Аланом. Отодвинув занавеску, я зажмурилась от яркого света – оказывается, уже наступило утро! В тот же миг дверь дилижанса распахнулась, и внутрь забрались еще две кучерявые шатенки, которые даже не пытались вести себя тихо.

– Эй, сони, счастье проспите! – воскликнула одна, обведя всех нас задорным взглядом.

– Какое еще такое счастье? – недобрым голосом проворчала разбуженная слишком рано Ада.

– Как это какое? Знакомство с сестренками Дюштрассе, конечно!

– Сомнительное счастье, какое-то… – проворчала Ада, смерив их недовольным взглядом, и снова закрыла глаза.

А я вытаращилась на близняшек… Нет, все-таки на двойняшек во все глаза. Девушки были так похожи, и все же очень разные. Начиная с одежды, выражения лиц, и заканчивая манерой говорить и плавностью движений. Хотя пожелай они сами, и отличить их друг от друга стало бы той еще задачкой.

О кузинах третьей или четвертой воды и об их потенциальных успехах в магии тверди мне еще в раннем детстве все уши прожужжали. Стоило навестить родственников Дюштрассе, и те тут же принимались макать в грязь лицом мою маму, пока отец не запретил ей брать меня к дедушке с бабушкой в гости.

Мне тоже не нравились ни жалостливые взгляды, ни сочувственные вздохи. И особенно моменты, когда каждый встречный-поперечный родственник стремился пособолезновать моей маме. Как будто я не пустышкой родилась, а вовсе мертвой, прости Мать Всего Сущего! Но, пожалуй, противнее всего было, когда, посочувствовав маме, родственники принимались нахваливать кузин прямо при мне. В общем, посещение родни превратилось в неприятную обязанность, так что запрет отца меня совершенно не расстроил.

А теперь те самые двойняшки Дюштрассе, мои конкурентки за внимание родни по матери, стояли передо мной и улыбались. Я испытала смешанные чувства. С одной стороны, захотелось щелкнуть их по носу, тем, что я больше не пустышка, и в то же время я банально испугалась. Сама не знаю, чего именно? Возможно того, что не смогу соответствовать высоким стандартам Дюштрассе? Или того, что так и останусь пустышкой в их чайно-карих глазах?

Но мне не впервые приходилось смотреть в лицо собственным страхам, я и на этот раз не отвела взгляда.

– Представьтесь, как подобает, эшшери, – призвал сестер к порядку дядя Алан.

– Я Виллдэ. Это значит – дикая.

– А я Волдэ. Это значит – правило.

Прозвучало это с некоторым вызовом. Девочки в дилижансе переглянулись и тоже стали представляться. Дажа Ада ради такого случая соизволила проснуться. Очередь дошла до меня и, поборов внутреннее смятение, я криво усмехнулась.

– А я Миррэ. Миррэ Блэкрок. Это значит – справедливая, рассудительная, – добавила в тон кузинам.

Звучало странновато, но у Дюштрассе действительно была такая традиция.

– А еще смелая и самоотверженная, даже не сомневайтесь, – добавила вдруг Ада дополнительные значения моему имени.

Виллдэ недоверчиво уставилась на меня.

– Да ладно! Ты та самая Миррэ? – выдала она изумленно.

– Но ты же пустая! – прямолинейно выпалила Волдэ.

– Какая глупость! Разве в академию пригласили бы пустышку? – простодушно заметила Хвояна.

– Девушки, вам не кажется, что для воспитанниц пансионов вы все слегка… невоспитанны? – заметила Лисэль.

– А что такого я сказала? – приняла это на свой счет Виллдэ.

– Назвать родственницу пустой при малознакомых людях, по-твоему, вежливо? – Хмыкнула Хвояна, которая и сама только что отличилась.

– Это не я назвала, это ты и Волдэ! – возмутилась Виллдэ.

– Но это правда! Все знают, что Миррэ Блэкрок родилась без магии… – попыталась оправдаться Волдэ, захлопав длиннющими густыми ресницами.

– Тогда как я оказалась в этом дилижансе? – Я наигранно задумалась, едва сдерживаясь от гнева.

Вот опять! Стоит кому-то из Дюштрассе оказаться поблизости, как они начинают меня доставать!

– Ну… Может, это твой отец подстроил? – понизив голос, на полном серьезе предположила Виллдэ.

– А кто у тебя отец, Миррэ? – вдруг спросила Хвояна.