Последний шанс для эльфа - Мара Вересень

– Мирихар? Или, всё-таки, Этриан? – спросила девушка, – они оба сделали ей предложение и ушли следом в мир людей. И ни один не вернулся.

– Не знаю, но ни тот, ни другой не разделил с ней свою жизнь. Старость она встретила в одиночестве. Значит, кто бы это ни был, он не любил ее по-настоящему.

– Почему ты думаешь, что если они любили друг друга, то должны были покинуть этот мир вместе?

– Я бы не смог жить без своей любимой, – категорично заявил принц.

– То, о чем ты говоришь, не любовь, а зависимость, – сурово сказала Раенисса, – какая у тебя есть цель кроме того, чтобы быть с этой женщиной?

– Ты так говоришь, как будто уже успела многих потерять и легко можешь говорить об этом, – сказал принц с легким раздражением в голосе.

– Я потеряла мать, будучи маленькой девочкой. Меня растили гувернантки. Потом я потеряла сначала одного брата, а затем и второго. И я не знала, увижу ли вас когда-либо. А в последнее время отец стал потихоньку угасать, и я испугалась, что лишусь и его тоже.

Раенисса укоризненно смотрела на старшего брата, не понимая, как он мог говорить слова, скорее свойственные подростку, чем взрослому эльфу.

– Мне пришлось взять на себя заботу о жителях города. Пришлось, потому, что больше никого не было, а не потому, что я желала этого. А какое будущее видишь для себя ты? – в голосе принцессы послышался металл. Эльф смотрел на нее с восхищением и пытался разгадать, откуда в его нежной и ласковой младшей сестренке взялась эта уверенность и строгость.

– Ты хочешь быть вместе со своей женщиной, – между тем продолжала эльфийка, – но какому делу ты хочешь себя посвятить? Ты выбрал спутницу, но не выбрал путь!

– Как же ты выросла, моя принцесса! – Сейчас она невероятно напоминала мать, и Элсаелон улыбался, искренне любуясь сестрой. Раенисса улыбнулась в ответ, и ледяная стена, которая чуть было не встала между ними, растаяла.

– Отец видит тебя на престоле, – продолжила принцесса, – или твоего сына.

– А я вижу, что это твое место, – серьезно ответил Элсаелон.

– Эльфийки никогда не управляли государством.

– Значит, ты будешь первой. Ты здесь всю жизнь, а я большую часть своей прожил среди людей и полюбил одну из них.

– Чтобы ты мог быть с ней, для начала наш отец должен принять твой выбор, – заметила Раенисса.

– Я буду рад, если мой выбор одобришь ты.

– Если это сделает тебя счастливым, – сказала принцесса и ободряюще сжала руку брата. – Я постараюсь тебе помочь.

Большую часть времени принц предпочитал проводить в библиотеке. Новость о его возвращении быстро перестала быть новостью, и никто больше не проявлял интереса к его персоне, кроме, разве что, сестры, но она чаще всего была занята делами города, а с отцом он не хотел общаться сам. Хранителем архивов все так же был почтенный Парасеил, который ничуть не изменился со времен детства Элсаелона, уже тогда будучи довольно старым. Принц даже сходу и не назвал бы никого старше.

В библиотеке не было никакого каталога или какой-то внятной системы разделения книг, что сильно затрудняло поиски. Единственный, кто хорошо ориентировался в обширном собрании, был как раз Парасеил. Но принц сейчас никому не доверял и не хотел делиться с почтенным эльфом причиной своих изысканий.

Элсаелон бесцельно листал одну книгу за другой: жизнеописание великих эльфов, родословные высоких домов. Нигде не было информации про эльфов-полукровок и о том, какими правами они обладают. А в какой книге искать про осознанные сновидения, сложно было даже предположить.

Поэтому Элсаелон занимал себя тем, что методично брал все книги, стоящие на одной полке, и бегло пролистывал их, изредка задерживаясь на заинтересовавших его моментах.

– Что-то мне подсказывает, что у тебя не получается найти то, что ты ищешь, – к полке с книгами, которую разглядывал принц, подошел Парасеил, который не первый день наблюдал за изысканиями молодого эльфа, но до сегодняшнего дня помощи не предлагал.

– Сам не знаю, что ищу, – ответил принц, поворачиваясь к хранителю, – я много времени прожил с людьми, и хотел узнать, как наши народы взаимодействовали раньше. Жили ли люди в эльфийских землях, какие посты занимали…

– Заключали ли браки, – продолжил за принца Парасеил, едва заметно подмигнул ему и достал с соседней полки несколько пыльных томов, – посмотри вот эти, надеюсь ты найдешь их в должной мере познавательными.

Книги оказались довольно скучными и содержали скупые официальные записи о заключенных браках и рожденных детях. Принц внимательно изучал сухие факты.

“Эльф Кирин из высокого дома Эль-Кали сочетался с Эльфийкой Витэль из дома Тризел” – такая запись означала брак высокородного эльфа с простой эльфийкой. Принц медленно водил пальцем по строчкам с мелкими витиеватыми буквами. Через полчаса глаза уже начали слипаться от однообразных фраз и оборотов, которые отличались разве что именами участников и их происхождением, и чуть не пропустил то, что его интересовало.

“Эльф Борисэль из дома Шрот женился на человеческой девице Анне”. Принц перечитал еще раз. Если запись была оставлена в этой книге, значит брак заключался по эльфийским традициям, и был признан официально. Несколькими строками ниже имелась запись о рождении у этой пары ребенка Берна. А еще двумя страницами позднее запись о том, что эльф Берн из дома Шрот женился на эльфийке.

Принц перечитал снова. Получалось, что эльф и человек все же могут пожениться, а их ребенок, рожденный в таком браке, будет считаться эльфом. В другой книге, также перечисляющей события подобного рода, был описан случай признания эльфом отцовства по отношению к ребенку, рожденному вне брака от человеческой женщины. Единственное, что не добавляло ситуации оптимизма – события, описанные в обоих эпизодах, касались неродовитых эльфов, жизнь которых не зависела от обычаев настолько сильно, как это было в случае принца. Про высокородных эльфов и их людских избранников не было ни слова.

Принц продолжал изучать записи в надежде найти еще что-нибудь интересное. За этим занятием его и застал Владыка Лафлареил, зашедший в библиотеку за какой-то необходимой ему книгой. Игнорировать отца смысла не было, принц выпрямился, но вставать не стал. Глупый мальчишеский бунт, но с некоторых пор даже такая форма повиновения, как поклон Владыке, ему претила, пусть и была, по большей части, традицией.

– Добрый день, отец! – произнес он, откладывая книгу.

– Леон, не ожидал увидеть тебя в библиотеке! – Лафлареил сдержанно улыбнулся и посмотрел в сторону книг, которые изучал принц, – что тебя заинтересовало? Записи о браках и жизнеописания эльфов из Высоких домов? Похвально.

Элсаелон молча смотрел на отца, сообразив, как именно