Мой Самый сНежный Монстр - Дарина Ромм

Наконец, он устало вздохнул и медленно проговорил:

– Вы странная девушка, адепт Нелайя. Готовы из любопытства пойти в зачарованный лес с посторонним мужчиной. Но не готовы на неделю стать его фиктивной женой, чтобы спасти свое будущее.

Магистр поднялся из-за стола и протянул мне руку:

– Если ты закончила с едой, пойдем, я открою портал к твоему дому.

Я натянула шубку, взяла в руки варежки и вышла из трактира вслед за наставником.

Мы прошли несколько десятков шагов по припорошенному снежком тротуару, вдоль украшенных цветными шарами, венками из хвои и блестящей мишурой витрин лавочек и магазинов. Везде царило веселье, предвкушение праздника, и только у меня на душе было холодно и уныло.

– Попробуешь еще раз открыть портал, Нелайя? – обратился ко мне Райвэн, когда мы дошли до безлюдного проулка между домами.

– Если вы мне поможете, – буркнула я и повернулась к нему спиной.

Тяжелые ладони легли на плечи, и я закрыла глаза, обращаясь к своему источнику. Несколько дыханий, концентрация, и огонь откликнулся, удивительным образом переплетаясь с прохладными струями, текущими от ладоней наставника.

Подцепив магию за золотистый кончик, потянула ее, активировала, вычертила руны и произнесла заклинание. Миг полета и довольный голос магистра:

– Почти идеально.

Мы стояли на дороге напротив моего замка.

Уже смеркалось. Над воротами, и по верху забора загорелись магические фонари, подсвечивая золотыми бликами синий снег у наших ног.

– Я буду ждать твоего решения, Нелайя. Возьми артефакт – с его помощью сможешь мгновенно перенестись ко мне, – магистр вложил что-то холодное и твердое мне в руку.

И, прежде чем я успела отказаться, мазнул по мне взглядом, выстроил портал и, не оглядываясь, ушел.

Я разжала ладонь и, глядя на лежащий в ней прозрачный, словно изо льда, прямоугольник, покачала головой:

– Не дождетесь. Даже не мечтайте.

Глава 11

Замок встретил меня настороженной тишиной и погашенными светильниками в холле.

Стараясь не шуметь, чтобы мачеха не обнаружила моё присутствие, я стянула сапожки. Держа их в руках, принялась красться через холл, в надежде незаметно добраться до своей комнаты по боковой галерее – неотапливаемой, продуваемой сквозняками, и потому всегда безлюдной.

Странное дело, но замок словно вымер: слуги не бегали по коридорам и лестницам, везде царил полумрак. И все та же странная тишина.

Никем не замеченная, я добралась до площадки второго этажа и, стараясь ступать на цыпочках, побежала в сторону своей комнаты.

Внезапно раздался тихий скрип. Одна из выходящих на галерею дверей приоткрылась и из узкой щели на пол упала яркая полоска света.

Опасаясь, что кто-нибудь заметит меня, тихо крадущуюся по замку и доложит мачехе, я мышкой юркнула за высокий горшок с раскидистым кустом крайи, которые Рина расставляла по всему дому, веря, что их испарения омолаживают кожу.

Забилась в щель между цветком и стеной, и замерла.

– Ты все поняла, моя девочка? – неожиданно раздался голос мачехи. Он звучал еле слышно, будто она старательно его приглушала или разговаривала далеко от двери. Странное дело, что она делает в этом месте, так далеко от ее комнат?

– Нам недолго осталось терпеть эту дрянь. Сегодня я разговаривала с ректором Амросьемом. Убедила его сразу после праздников Новогодья собрать комиссию магов и решить вопрос с запечатыванием дара Нелайи. Ректор мне кое-чем обязан, так что ему пришлось согласиться.

Я выступлю на заседании и расскажу, как она чуть не спалила наш замок. Что постоянно поджигает все вокруг, нанося ущерб и угрожая нашим жизням.

– Но, матушка, как мы докажем, что она опасна? Одних ваших слов будет мало, – послышался капризный голосок младшей сестры.

В отличие от матери Росанка и не думала понижать звук. Разговаривала, как обычно, громко и требовательно, с привычными капризными интонациями.

– И зачем это делать, если все равно вы собираетесь отдать её замуж за людоеда Радеберга?

– Глупенькая, – голос мачехи напрягся, – если людоед женится на Нелайе, то заберёт и ее замок. Тогда нам с тобой придётся из него уехать и искать новое жилье. А ты прекрасно знаешь, что те копейки, что мне оставил второй муж, отец Нелайи, давно истрачены, и мы живём на наследство его дочери.

Меня упекут в тюрьму за растрату, если ее муж захочет проверить приданое своей женушки. А мы ведь не хотим этого, правда, дорогая?  И, пожалуйста, девочка, говори потише. Хоть я и отпустила всех слуг, но лучше поостеречься – и у стен есть уши.

Оторопев, я слушала, как спокойно мачеха обсуждает мое растраченное наследство и замок, который хочет отобрать. Вот же гадина, мало меня изводила в детстве, так после смерти папы еще и в мои деньги руку запустила по самое плечо.

Нет, я, конечно, догадывалась, что Рина подворовывает мои деньги. Но реальность оказалась гораздо хуже, чем я могла себе вообразить.

Но главное, она собирается отобрать мою магию. Уже все спланировала и даже с ректором договорилась! Вот ведь гадкий старикашка!

От ужаса я села прямо на ледяной каменный пол и прижалась к шершавому боку цветочной кадки, будто ища у нее поддержки.

Мачеха между тем продолжала делиться с любимой дочуркой своими планами на мою судьбу:

– Та что нам нужно обручить Нелайю с герцогом Радебергом, чтобы король увидел, что я старательно забочусь о судьбе падчерицы, и не предъявлял мне никаких претензий на этот счет.

Затем, в период помолвки ее признают магический неуправляемой и лишат дара. На этом основании договоренность о браке будет расторгнута, и она навсегда останется под моей опекой. Вместе с замком и всеми её денежками.

– Поэтому пообещай мне, что в точности будешь выполнять все, что я тебе буду говорить, моя крошка, – голос Рины сделался требовательным, и Росана что-то недовольно пробормотала в ответ.

Прошло несколько минут, дверь ещё раз скрипнула. Мимо меня, скорчившейся в тени коридора, неторопливо проплыла мачеха в нарядном вечернем платье, с высокой прической, перевитой мамиными жемчугами.

Увидев их на Рине, я зажала рот руками, чтобы не закричать от ярости – как же я ненавижу эту гадину! Уже и на мамины драгоценности лапу наложила.

Я подождала, пока мачеха скроется за поворотом галереи, и вслед за ней комнату покинет Росана, одетая в непривычно скромное домашнее платьице. Обычно сестрица даже в своей комнате надевала роскошные наряды и обвешивалась украшениями с ног до головы.

"Тоже за мой счет!" – я скорчила злобную гримасу.

С трудом поднялась с холодного пола и на затекших ногах поковыляла в свою комнату.

Закрыла дверь, навесила на нее самое сложное