Сиделка - Анна Морозова

— Все нормально? — Спросил Егор, развернувшись. Он, как обычно, оставался серьезным сухарем, поджимающим губы. А с этой его бородой, прибавляющей возраста, выглядит как закоренелый мужик, живущий в деревне и ругающийся, словно сапожник. Хотя я знаю, что Егору всего тридцать лет.

— Все отлично — скривилась я, стирая со лба капли. Солнце сегодня беспощадное, голова идёт кругом. Сделав из ладони козырек, я с прищуром посмотрела вдаль, где за железным забором была видна лишь полоска неба и вдалеке просачивались деревья. — Сейчас бы искупаться — произнесла со вздохом — Жаль у вас бассейн ещё не залили, так бы я…

— А поехали на озеро — вдруг предложил он, чем удивил ещё сильнее, чем два дня назад, соглашаясь на мою помощь.

— На озеро? — Зачем то переспросила я и тут же перевела на него подозрительный взор. Это что — то новенькое. — С чего такие привилегия, Егор Павлович?

— Да я — замялся он

— А вы случайно не подслушали мой разговор? — Теперь я смотрела на него, как на подозреваемого преступника. Одну ногу выставила вперед, а руки уперла в бока. Егор и вовсе растерялся, но сразу же нахмурился.

— Ещё чего! — Фыркнул он — Делать нечего твой треп слушать. Я всего лишь хотел отблагодарить за помощь. Сегодня и правда жарко. Но если ты не хочешь, то…

— Хочу! — Воскликнула я так громко, будто от этого зависела моя жизнь. Егор кивнул и, развернув коляску, поехал в сторону ворот, выкрикивая на ходу:

— Чего застыла, Алиса Брагина. Пошевеливайся, пока я не передумал.

Глава 8. Ты всего лишь сиделка и не более

Стоило выйти за пределы территории, появилось ощущение, что я вырвалась на волю после долгого заточения. Хотя не провела здесь и недели. Оказалось, жить в клетке, пусть и такой роскошной, не для меня. На свободе моя жизнь словно заиграла новыми красками. Путь через лес к озеру простирался сквозь плотный зеленый мох и раскидистые ветви старых деревьев. Яркие лучи солнца проникали через листву, озаряя тропинку золотистыми пятнами. Запахи леса смешивались в воздухе. Там и свежий аромат смолы, и прохладный запах влажной земли, и нежный аромат цветущих деревьев. Это что — то необъятное, волшебное, далекое от городской инфраструктуры. То, отчего легкие будто зажили по новому. Я просто не могла молча наслаждаться красотой природы и как маленький ребенок восхищалась любой мелочью.

— Смотрите! — Восторженно ахнула я, подбегая к небольшой полянке, усыпанной одуванчиками. Не удержавшись, присела на корточки и кончиками пальцев коснулась желтой шапочки. — Какая красота.

— Ты что, никогда одуванчиков не видела? — Проворчал Егор позади меня. Я обернулась и с прищуром из — за солнца, но со счастливой улыбкой посмотрела на хмурого мужчину. Он выглядел так, будто его уже всё задолбало.

— Видела, конечно. Но ведь так здорово наслаждаться рождениями природы после холодной зимы. Разве вас все это не восхищает?

— Я давно уже вырос, чтобы восторгаться какими то цветочками. Всё, хватит этих бредней, — он нажал на кнопку, возобновляя движение. — У нас не так много времени. Пошли.

Достав телефон, я несколько раз сфотографировала цветы и сделала на их фоне селфи. После чего побежала догонять Егора. Он уже знатно от меня отстал.

— А вы всегда такой? — Спросила я, как только оказалась рядом. Под ногами шелестела листва и трещали мелкие ветки деревьев.

— Какой такой?

— Вечно всем недовольный. Знаете, я очень удивилась, когда вы предложили мне прогулку на озеро. Это совсем на вас не похоже.

— А ты всегда так много болтаешь? Мы всего ничего в лесу, а я уже мечтаю о берушах.

— Лучше быть болтливой, чем молчуном ворчуном. Ой. — Я споткнулась о какую то корягу и на автомате ухватилась рукой за плечо Егора. Он же в этот момент хлопнул ладонью по моей, лежащей на его плече, видимо тоже таким образом пытаясь удержать. Кресло больше не двигалось, и я стояла на месте. Секунду, две, пять….

— Можете уже не держать. Я никуда не убегу. — Отчего — то стало смешно. Уж больно сцена выглядела кинематографично, словно кадр из какого — нибудь фильма. Егор вскинул на меня хмурый взгляд, отдернул руку, будто его током пришибло. А я всё продолжала хихикать, но уже зажимая рот, чтобы совсем не расхохотаться. Знаете, так бывает. Хочешь остановиться, но выходит только хуже.

— Может, уже хватит? — Рявкнул он и, отвернувшись, резко дал по газам. Пришлось наскоро вытирать навернувшие на глаза слёзы и вновь догонять этого урюка.

— Разве смех — это преступление?

— Я уже пожалел, что позвал тебя — будто не слыша меня, вопрошал Егор. Он ехал слишком быстро, и мне пришлось ускорить шаг. В какой — то момент край платья зацепился за ветку колючего кустарника, но я не заметила, потому что торопилась и остановилась, лишь услышав треск ткани.

— Черт! — Сделав попытку отцепить от себя дурацкую ветку, я не заметила, как Егор практически пропал из поля зрения. Виднелись лишь очертания чёрной спинки кресла. Я постаралась как можно звонче позвать его, остановить, но он не слышал меня, хотя, я была уверена, не откликался намерено. Бросив разочарованный взгляд на красное в белый цветочек платье, которое покупалось, когда была жива мама, я потянула его на себя, услышав очередной треск, и как только ветка отпружинилась, пустилась в бег. Какой раз за эту прогулку мне приходится бегать? Так и спортсменом стать не долго, хотя я и спорт — слова противоположности. Уже на пригорке дыхание кончилось, поэтому вместо прыгучей кенгуру я стала похожа на уставшего от жизни ленивца.

— Егор Павлович — крикнула хриплым голосом. — С вами всё нормально? Я бегу. — Если так можно назвать, — шепнула себе под нос. Уверена, мои щеки похожи на помидорную грядку и хвост по ощущениям съехал на бок. А если учесть огромную дырень на бедре, то не зная всей ситуации, можно не хило нафантазировать. Кое — как в позе