Зубрилка для Чёрного - Екатерина Котлярова

Я с недоумением смотрю на Юлю, которая полчаса назад съела два куска пиццы.

— Я готовлю ужин. Ещё не готово, — отвечает сдержанно мама. — Котёнок, привет.

— Привет, мамуль, — улыбаюсь родительнице и тут же ловлю полную любви и нежности ответную улыбку.

— Кать, пойдём в твою комнату, — Юля берёт меня за больную руку, которую я освободила от шарфа, потому что мне казалось, что она перестала болеть.

Я тихо охаю, но подруга даже не замечает этого. Она тащит меня в мою комнату. Плюхается на стул и разглядывает книги на полках, которые совсем недавно подарила мне Уля.

— Смотрю, количество любовных романов в твоей библиотеке растёт.

Я смущаюсь и лезу в шкаф за платьем.

— Вот платье, Юль. Вот туфли.

— О. Прекрасно. Спасибо, — девушка тут же хватает вещи и засовывает их в свой школьный рюкзак. — Слушай, Катюш, я бы осталась у тебя поболтать. Но мне ещё голову нужно помыть и укладку сделать. Сама понимаешь. Я побегу.

Она коротко целует меня в щёку и исчезает из комнаты. Я качаю головой и спускаюсь на кухню, где мама готовит ужин. Тихо сажусь за стол и, сложив руки на столешнице, с любовью и щемящей нежностью наблюдаю за мамой.

— Ой, Боже, — мама вздрагивает, когда замечает меня. — Котёнок, ты меня напугала.

— Прости, мамуль. Я просто так обожаю смотреть, как ты готовишь, — улыбаюсь виновато.

— Где Юля? — мама смотрит на дверь, будто ждёт, что подруга сейчас войдёт на кухню.

— Она уже ушла.

— Ушла? Так быстро? Катя, — строго сводит брови вместе. — Она снова взяла твои вещи?

— Мам, — виновато опускаю голову.

— Котёнок, — родительница тяжело вздыхает и подходит ко мне. Встаёт рядом и рукой касается волос. — Ты же знаешь, что она мне не нравится. Катя, она… неприятная. Ты не видишь, что она пользуется твоей добротой. Она берёт твои вещи, а потом не возвращает.

— Но это же нормально, когда друзья делятся, — возражаю, хотя в глубине души знаю, что мама права.

— Я не буду ничего говорить, Кать, — родные и ласковые пальцы касаются щеки. — Разбираться в людях научишься с опытом. Знаешь, что?

— Что? — вскидываю глаза на маму.

— Мы с папой любим тебя. И всегда рядом.

Я обхватываю тонкий стан мамы и щекой прижимаюсь к её животу, в очередной раз чувствуя безграничное счастье. Мне повезло с родителями. Безумно повезло.

Вечером, лежа в кровати, открываю видео, которое мне прислала Юля. Мой взгляд первым делом выхватывает Чернышева, который почти весь вечер сидит на одном месте, широко расставив ноги и с безучастным видом взирая на окружающих.

Когда я осознаю, чем занимаюсь, закусываю до боли нижнюю губу и блокирую экран телефона. Оглядываюсь, будто кто-то мог заметить, чем я занималась. Прячу телефон под подушку, выключаю и ложусь спать.

Последняя мысль, которая посещает мою голову перед тем, как я засну, — я завтра его увижу. И отогнать её никак не получается.

Глава 7

Глава 7

Катя

Автобус, заполненный одноклассниками, несёт нас в загородный отель. В транспорте стоит возбуждённый гул голосов, за окном мелькают покрытые снегом деревья. Я вновь опускаю взгляд в телефон и с головой погружаюсь в сюжет романа. Переживаю вместе с героиней предательство главного героя.

— Что в этот раз читаешь, Кать? — Юля нетерпеливо ёрзает рядом со мной.

— Да так. Ничего особенного, — я тут же стыдливо блокирую экран телефона и переворачиваю его экраном вниз.

Знаю, что девушка снова будет смеяться над тем, что я читаю книги про любовь. Чувствую, как краснеют от смущения щёки. Юля внимательно наблюдает за мной, а потом тихо смеётся:

— Снова читала любовный роман, тихоня?

Я могу только закусить нижнюю губу и отвернуться, чувствуя дикое смущение.

— Кать, тебе пора уже начать встречаться, а не мечтать о принце, — тихо фыркает подруга. — Ты Марку нравишься. Почему не сходишь с ним на свидание? Просто погулять.

— Юль, он очень хороший. Но я воспринимаю его только как одноклассника. Я просто…

— Ждёшь своего ненаглядного. Чтобы он любил только тебя, на руках носил, чтобы бабочки в животе. Ага. Да-да. Я помню.

Я поворачиваю голову, но смотрю не на Юлю, а ей за плечо. Где рядом со своей девушкой сидит Игнат Чернышев. А он, будто чувствуя мой взгляд, резко поворачивает голову и ловит мой любопытный взгляд. Чуть сощуривает красивые карие глаза. Склоняет голову к плечу. Медленно скользит взглядом по лицу, волосам, спускается на плечи. Криво ухмыляется. Я торопливо отворачиваюсь.

Но делаю это всего на мгновение. В следующую секунду мой взгляд снова возвращается к красивому лицу. Глаза парня всё ещё направлены в мою сторону. Он изучает меня, как зверушку в зоопарке. Внутри меня всё переворачивается. Я дрожу. В грудной клетке всё странно сжимается, пульсирует и растёт. Что-то совершенно незнакомое и сладкое. Это странное чувство медленно расползается по венам вместе с кровью, кружит голову и заставляет руки мелко подрагивать. Я вскидываю руку, заправляю волосы за ухо и облизываю губы. Вижу, как плечи Игната напрягаются. Перевожу взгляд с его лица на мощную шею, где дёргается кадык. И ниже. На плечи. Широкие. Сильные. Обтянутые тканью пуловера.

Мои мысли пугают меня. Моё воображение. Потому что я представляю, как кладу руки на плечи Игната и медленно веду. Как пальцами касаюсь шеи, кадыка, веду выше и дотрагиваюсь до его лица. Сначала обвожу пальцами линию челюсти. Я знаю, что у него колючие щёки. Знаю, что, если прикоснусь к коже подушечками пальцев, почувствую приятное покалывание. А следом скользну на его пухлые мягкие губы. Застываю, будто заворожённая. Не могу моргнуть. Не могу двинуться. Смотрю