Чёрно-белый мир - Татьяна Андреева

— Я хочу отвести тебя к отцу. Он оранти, священнослужитель. Раньше работал в храме Солиса в Эмбертоне. В городе, на который держим курс. Теперь не вылезает из Эджервилля и помогает в сельской церкви по мере сил. Отец — человек образованный. От него ты точно узнаешь больше, и, возможно, найдётся способ тебе помочь.

— Ух ты, спасибо! — искренне обрадовалась я.

Неужто повезло? Неужели это и есть мой шанс вернуться домой? Я закрыла лицо руками из страха разрыдаться от счастья. Да я готова была расцеловать рыжего за крупицу надежды на успех!

— Не за что, — пробормотал парень, безжалостно дёргая огненную шевелюру, — пока ещё ничего не сделано. А чтобы выполнить задуманное, нужно хотя бы немного поспать. Светает, я чувствую. Так что ложись рядом с девочкой, а я уж как-нибудь сам.

Наблюдая, как Николас подкидывает хворост в костёр, как летят искры от разворошённых углей, как медленно покидает небосклон, унося с собой бело-голубое сияние, Вечерняя звезда, что зовётся именем своей богини — Астеры, я представляла образы юной принцессы и её неверного возлюбленного. В навалившемся мареве сна мне чудилась чарующая музыка, льющаяся из бальной залы, за стенами которой горели леса. Виделась чёрная фигура на выжженном поле — по её злой воле зашёлся в диком танце багряный смерч. Мерещилась пугливая тень. Она кралась в темноте, оставив в сердце мужчины на ложе хрустальный клинок.

Убитый напомнил мне о моём друге, который заливал кровью ковёр в сталинской высотке, когда я переместилась сюда. Я радовалась, что сделала звонок, и надеялась, что к объекту культурного наследия полиция подъедет быстро, и Лёшу спасут.

«Хоть бы они успели», — повторяла я про себя, пока не провалилась в темноту без сновидений, где пробыла до позднего утра.

Глава 6. Отцы и дети

Проснулась я от того, что кто-то тянул за рукав. Протёрла глаза и увидела девочку. Та сидела рядом, в синих глазах её не было страха, только робкая улыбка блуждала на губах.

— Привет, — я тоже попробовала улыбнуться, — не спишь?

Она покачала головой:

— Неа.

Ну да, признаю, вопрос идиотский. Ясно же, что не спит. Местное красное «солнце» давно выползло на небо. Просторы Амираби окрасились в розоватый цвет. Николас ещё спал, и я не решилась его будить.

— Как чувствуешь себя, после того, что произошло там, в лесу? Как оказалась в той палатке, ты помнишь? И как тебя зовут?

Кажется, я переусердствовала с вопросами. Маленький лобик наморщился, на переносице практически встретились ровные брови, и ребёнок с достоинством выдал:

— Я — Кольдт.

— Кольд? * Маг холода? Да-да, я знаю, ты очень смелая и спасла нас всех. Без тебя мы бы не выбрались, правда. И всё-таки, скажи, пожалуйста, какое у тебя имя?

— Саманта. Но ты хорошая, поэтому можешь звать меня Сэм. Сначала я играла с Антуаном, и он обещал показать Фростфорт, это во Фригоне, я там не была. Хотя я почти нигде не была. Но Антуан сказал, что там все-все умеют делать фруктовый лёд. Эх, теперь не научит!.. — вздохнула она. — Нам почему-то пришлось остановиться в том лесу, и он поручил меня другим, но те разбежались, как только запахло дымом, а я одна…

Подбородок девочки задрожал, и всё же она сумела сдержаться. В ней чувствовалось столько скрытой силы, сколько не каждому взрослому дано.

— А тебя как зовут?

— Карина.

— Никогда не слышала такого имени! — Саманта задумчиво разглядывала моё лицо. — И не видела, чтобы леди носила мужское платье, — добавила она, указывая на мои брюки: — И говоришь чудн о, и вся ты странная. Мне нравится!

— Спасибо. Наверное.

Саманта была не первой, кто прошёлся по моей речи. А ведь на Земле я слыла всезнайкой и абсолютно точно не считалась леди. Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. По-настоящему важным было лишь одно — вернуть её в семью.

— Послушай, мне очень хочется отвести тебя домой, но для этого придётся немного мне помочь. Ты помнишь, где живёшь? Знаешь имена родителей?

— Конечно. В большом-пребольшом доме. С папой, Мэнни, Пенни и другими.

— Так. А кто твой папа?

— Папа — это папа. Хотя дядя Зар зовёт его Стин, а Мэнни и Пенни — господином. Да. Точно так.

Чем большим количеством «важных» подробностей снабжала меня Саманта, тем призрачнее становилась надежда на успех. Быть может, Николас в курсе, кто все эти Мэнни-Пенни? Кстати…

— Проклятье! Карина!!! Почему не разбудила?!

Рыжий, который стал ещё рыжее при свете дня, подскочил как ошпаренный. Ему явно было что сказать, но он сдержался, вовремя заметив мою собеседницу.

— Доброе утро, сэр! — белокурая головка слегка наклонилась. — Как поживаете?

Рот парня округлился, как и его глаза. Руки привычным движением взметнулись к волосам.

— Милая, это Николас, он очень рад видеть тебя в добром здравии. — Я мысленно возблагодарила Джейн Остин за «Гордость и предубеждение». — А это вот Саманта, поздоровайся с ней, Ник, когда отомрёшь.

— Доброе утро, Саманта, приятно познакомиться, — хриплым ото сна голосом произнёс он. — Смею напомнить, что нужно торопиться, если хотим добраться до Эмбертона к обеду.

На слово «обед» мой живот отреагировал недвусмысленно, и Шелли — воплощение усталого вздоха — протянул нам флягу с остатками воды.

— Благодарю вас, светлый сэр!

Девочка, похоже, решила добить моего спутника, а поскольку до сих пор тот был весьма полезен, я отправила его собирать вещи, а сама занялась ей. В кармане нашёлся пакетик с последней салфеткой. Я смочила бумагу каплей воды. Потихоньку с детского личика исчезали островки грязи. На плечики легли две аккуратные косы.

— Обмотай ей голову, — Ник бросил мне свой шейный платок. — На подходе к Эмбертону добавим капюшон. Это необходимость, а не прихоть. Не смотри на меня так.

Мы продирались сквозь лес около трёх часов, по моим подсчётам. Иногда для ускорения Сэм ехала у Шелли на спине. Наконец мы вышли на просёлочную дорогу. Из-за линии горизонта поднимались уютные черепичные крыши. Из печных труб струился дымок, тянулся вверх, примыкал к облакам. От принесённого ветром запаха выпечки кружилась голова, а ноги сами собой ускоряли ход. По мере приближения к Эмбертону беспокойство Николаса росло.

— Да, — увещевал он, — Саманте придётся скрывать способности. Никаких ледяных фокусов, верно, дорогая? И нет, Кара, мы не можем просто взять и пойти в таверну. Скорее всего, тебя примут за мальдезерскую шпионку и во славу Солиса сожгут на костре. Учти, имени Карина на Амираби нет. Нет и точка. Есть Корин или Кара. Я предпочитаю второе. Ты тоже? Прекрасно. Тогда аминь. Кстати