Сокол для Ягодки - Ольга Дашкова

– Ты что, снова про него вспомнила? Светик, ну, чего началось-то? Два года уже прошло. Пора плюнуть, забыть, послать далеко и жить дальше.

– Да я не об этом.

– А о чем?

Лаура знала причину переезда Калинкиной в деревню, всю Светочкину, пропитанную слезами и горечью, историю. О предательстве любимого человека, обо всех событиях, что случились после этого. А вот о февральском эротическом приключении она не сказала подруге ни слова.

Света не знала почему. Может, потому что это было настолько лично и интимно или, может было, стыдно, что она повела себя не лучшим образом и отдалась в первые часы знакомства.

– О, мать, да я чую секретики, а ну рассказывай.

Лаура устроилась на стуле рядом, все пыталась заглянуть в глаза Светлане, но та отводила взгляд. Девушка сама не могла понять, почему так ее встревожила весть Веры о том, что приехал Терехов с женой? Ну, приехал, ну, молодец, у них скоро ребеночек родится.

И вот при мысли о ребенке Светочку прорвало, как плотину в половодье.

Она не плакала очень давно, даже когда Павел сказал, что сбегает до Терехова за вещами, а сам не вернулся. А она ждала, вот реально ждала, но он так и не пришел. Ни через день, ни через два, а идти искать его, спрашивать, где он, не позволила гордость.

– Да, тут полусухим, я чувствую, не обойтись. А ну, не реветь, Света! Что случилось? А то сейчас лошадиную дозу успокоительного вколю.

Калинкина икнула, замолчала, стараясь выровнять дыхание, хоть слезы так и душили.

– Терехова знаешь? Ну, Семена Николаевича, его дом у леса почти, и хаски Гром у него, красивый такой.

– Терехова все знают. Так ты с ним, что ли? Спала?

– Нет, совсем ненормальная? У него жена беременная.

– Ой, знаем мы…

– Лаура, не говори чушь, – Света вытирала слезы со щек, а они все катились, в груди жгло огнем. – Ничего у меня с ним не было. Там другое, точнее, другой.

– Кто? «Дачник» какой?

– Нет.

– Да не тяни ты, у меня уже изжога началась.

– Помощник его по бизнесу, Павел.

Лаура моргнула несколько раз, припоминая, как так она успела оставить подружку без присмотра, и та успела завести роман?

– И что с Павлом?

– Было все хорошо.

– А ревешь чего?

– Не знаю, нервы, наверное.

– А когда это было? В конце февраля?

– Да, в последний день зимы.

– И у вас вот прям все было?

– Да, Лаур, все и даже немного больше.

Девушка откинулась на спинку стула, старая мебель жалобно заскрипела под ее весом, но устояла. Посмотрела на календарь с милым котятами, висевший за спиной Светланы.

– Так, получается, уже два месяца?

– Чего два месяца? – теперь очередь моргать пришла Калинкиной.

– Твоей беременности.

– Какой беременности?

– Ну, ветеринар здесь не я, всех тонкостей не знаю, но даже мне понятно какой.

– Нет.

– Точно нет?

– Не знаю.

– Так «не знаю» или «нет»?

Калинкина не знала. Эта новость, услышанная от подруги, ошеломила. Она даже не думала об этом – после того, что с ней произошло два года назад, речи о беременности не было. Ей так и дали понять доктора, что шанс если и будет, то невеликий.

– Не знаю.

– А тест делала?

Калинкина была в шоке. Информация не укладывалась в голове, потому что такого быть просто не могло.

– Конечно, нет.

– Господи, да чего же ты непутевая такая? Собирайся, пойдем, я знаю человека, что лучше всех тестов и УЗИ нам все расскажет.

– И кто это?

– Баба Зоя.

Светочка не была готова видеться с бабой Зоей, эта хитрая маленькая старушка свела ее с Павлом, это она во всем виновата. К тому же там соседи Тереховы приехал, а они все навевают воспоминания, от которых Светочка и так не может отделаться.

Глава 8

Май

– Поматросил и бросил, говорите? Ну, хорошо.

Мужчина потер руки, хитро улыбнулся, подмигнул жене. Серафима погладила выпирающий живот, малыш толкнулся, он всегда реагировал на своего отца, чувствовал, что тот что-то замышляет.

– Сем, а правда, что с Павликом? Что было, я так и не поняла?

– Сейчас, секунду, следи за рукой.

Терехов достал телефон, прокашлялся, Сима снова улыбнулась, ну, сейчас будет представление. А вот за Светочку обидно было до слез, если бы не Семен, она бы сама позвонила, нашла бы Павлика на работе и высказала бы все, что о нем думает.

Каков наглец, с февраля не появлялся здесь, а Серафима помнит, как тот смотрел на девушку, как пускал слюни на ее прелести, а потом побежал провожать и вернулся через два дня. Они с Семеном уже думали идти проверять, что там с ним, а там, видимо, все было очень хорошо.

Она, конечно, не знала все детали их такого скоротечного романа, да и не стоит. Сима верила в страсть, которая накрывает с головой, и от которой некуда спрятаться, нужно только ее принять.

А потом она помнила, как волновалась, когда так же быстро уехал в январе Семен. Как передумала миллионы мыслей, как не находила себе места, любила и ненавидела одновременно. И то, что милая рыжеволосая Светочка все эти два месяца переживала так же, она догадывалась.

– Соколов, слышишь меня?

– Да, Семен Николаевич, с праздниками вас.

– Это с какими?

– Так майские.

– Не до праздников мне, садись за руль и дуй в Косогоры.

– Зачем?

– Затем, что я твой начальник, и ты мне нужен здесь.

– Выходные же.

– Мне повторить три раза, чтоб до тебя дошло?

– Нет, но… это дискриминация.

– Согласен. Выезжай. Жду. Буду тебя дискриминировать по полной программе.

– Сем, а как он проедет, там дорогу, говорят, затопило?

– Это его проблемы, хоть на ковре-самолете. Нужно спасать парня, и если надо будет, натыкаем его лицом в счастье.

– И как ты это будешь делать?

Сима любила своего мужа и его гениальные спонтанные идеи. А еще уверенность и даже наглость в действиях и словах, не будь у него всего этого да плюс ума, не было бы успешного бизнеса.

– Нам нужны гуси.

– О, это к тете Зое.

– Нет, лучше индюки.

– Что ты задумал?

– Я же говорю, будет тыкать мордой