Ребенок Грима - М. К. Айдем

— Наказание? — Лиза нахмурилась, услышав эту новость.

— Никакого наказания не будет, Тора. У нас с моей Лизой часто бывают жаркие дискуссии, как и у твоего манно и Ким. Что было, то было. — Взгляд Грима переместился на Карли. — Несмотря на то, что подумала моя старшая дочь.

— Мне очень жаль, манно.

Печаль, наполнявшая ее голос, явно ранила сердце Грима, что позабавило Лизу. Что он собирался делать, когда Карли станет достаточно взрослой, чтобы сыграть на этой слабости?

— Я знаю, Карли, и теперь все в порядке, — сказал ей Грим.

Глава 6

Лиза нарезала мясо на тарелке Мики, но ее мысли были заняты другим. Тора уже давно ушел, дав Гриму клятву, что он серьезно обдумает его опасения и найдет решение. Все четверо вернулись в свои покои, куда Тагма принес им полуденную трапезу.

Ничто из этого не было причиной, по которой она была отвлечена. Дело было во взаимодействии между Торой и Карли, а точнее, в том, как Карли напала на него.

Нравилось ей это или нет, но ее старшая дочь была прирожденным защитником, по-своему воином. Даже Раптор увидел это. Так что ей нужно было не только принять это, но и что-то с этим сделать.

— Грим.

— Да, моя Лиза? — спросил он, откладывая вилку, чтобы уделить ей все свое внимание.

— Тебе нужно начать тренировать Карли.

— Тренировать ее? — брови Грима сошлись в замешательстве. — В качестве кого?

— Воина.

— Что?!

— Правда, мамочка? — глаза Карли наполнились волнением, когда она посмотрела на свою мать.

— Правда, Карли, — поклялась ей Лиза.

— Я тоже, мамочка? — взмолилась Мики.

— Ты тоже, детка, — сказала ей Лиза, а затем добавила: — Если твой манно согласится.

Три пары глаз уставились на Грима, который все еще сидел там, ошеломленный предложением Лизы.

— Ты… ты хочешь, чтобы я тренировал наших дочерей быть воинами?

— Ты бы предпочел, чтобы они не знали, как защитить себя? — спросила она, приподняв бровь.

— Конечно, нет. Но именно для этого и существуют их охранники. Для чего я существую.

— А если их охранники будут выведены из строя? Если тебя не будет рядом? Что тогда, Грим? — Лиза успокаивающе положила руку ему на плечо. — Я не сомневаюсь ни в тебе, Грим, ни в наших охранниках. Но мы оба знаем, что такое может случиться.

— Как тогда, когда плохие самцы преследовали нас в саду, и ты выбрала не то дерево, мамочка? — спросила Мики.

Лиза и Грим переглянулись. Мики упомянула тот день, когда Лукен смог прорваться через охрану Грима и захватить Лизу. Она смогла спрятать девочек до того, как это произошло, но чуть не подверглась насилию, прежде чем Грим добрался до нее. Девочкам сказали, что ее травмы были вызваны падением с дерева. Это то, во что Лиза хотела, чтобы они верили, пока не станут старше. Но это не означало, что она хотела, чтобы они оставались беспомощными.

— Я рассказала тебе, как Марк настоял, чтобы я посещала уроки самообороны на Земле, чтобы я могла защитить себя.

— Ты так и сделала, — пробормотал Грим.

— Именно из-за этого и того, чему ты научил меня с помощью Когтя Раптора, я смогла защититься от Ризы. Я хочу, чтобы у девочек тоже была такая способность.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, моя Лиза, но в истории Торнианской Империи никогда не было женщины-воина.

— Ты ошибаешься.

— Что? — Грим нахмурился, глядя на нее.

— Я читала еще одну твою книгу и нашла историю о группе Элитных торнианских воинов. Женщинах-воинах. Это было задолго до Великой Инфекции, и по сюжету они спасли не только торнийского Императора, но и кализианского. Их называли Воинами Богини.

Грим нахмурился еще сильнее.

— Я знаю эту историю и об этой группе, но они были мужчинами.

— Нет, они не были мужчинами. — Отодвинув стул, она неловко поднялась, животом вперед. Грим быстро поднялся, чтобы помочь ей. Благодарно улыбнувшись ему, она вразвалку подошла к дивану у окна, где оставила книгу, и вернулась к столу. Положив, она открыла ее на отмеченной странице, затем перевернула так, чтобы она была обращена к Гриму. — Видишь?

Девочки наклонились, чтобы вместе с Гримом посмотреть на изображение. Двенадцать женщин стояли в два шахматных ряда, шесть впереди и шесть сзади. Все они были одеты в одинаковую униформу: облегающие черные брюки, заправленные в черные ботинки, и черный облегающий жилет, открывающий сильные плечи и мускулистые руки.

Они уверенно держали мечи, но самым шокирующим было то, что половина из них заплела свои длинные черные волосы в одну косу, а остальные носили бусины. Кализианские бусины.

— Как я мог не знать, что это были женщины? Или что некоторые из них были кализианками? Мой дядя рассказывал мне эту историю сотни раз.

— Может быть, он не знал, — тихо успокоила Лиза.

— У него была эта книга много лет, Лиза, — хрипло сказал ей Грим. — Он должен был прочитать это.

— Не обязательно. У тебя она тоже была годами, и, очевидно, ты не читал.

— Но ты это сделала. — Его пристальный взгляд встретился с ее.

— Ну, эта малышка сократила очень многие мои действия, дав мне время. — Она с любовью потерла свой живот, прежде чем снова посмотреть на Грима. — Так что, как видишь, есть прецедент, чтобы ты обучал девочек.

— Пожалуйста, манно, — умоляли девочки. — Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

Грим посмотрел в умоляющие глаза своих дочерей и понял, что не может отказать им, особенно когда, в конечном счете, это защитит их.

— Хорошо, я буду тренировать вас.

— Да! — Девочки завизжали, спрыгивая со своих стульев и обнимая друг друга.

— Но… — девочки быстро остановились, чтобы посмотреть на него. — Это означает, что с вами будут обращаться так же, как с любым другим учеником, и вам придется пройти те же тесты.

— Да, манно, — согласились они.

— Тогда мы начнем, как только Падма сможет сделать вам подходящие покрытия. А теперь, если вы закончили есть, идите помойте руки.

— Да, манно.

После того, как они ушли, Грим посмотрел на Лизу.

— Что? — спросила она, когда он переплел свои пальцы с ее.

— Я просто подумал, что нашим воительницам будет нелегко справиться с этим.

Она раздраженно выдохнула.

— Что ж, им просто придется смириться с этим.

Он сжал ее пальцы в знак согласия.

— Они смирятся, как только поймут, что это делается для их защиты.

— Но ты позаботишься о том, чтобы они были в безопасности, верно? — Она знала, что ей не нужно было спрашивать, но ее материнский инстинкт был на пределе во время беременности.