Шесть соток волшебства - Юлия Стешенко

«Привет. Ты уже неделю меня игноришь. Я был не прав, понимаю — но напиши хотя бы, что ты в порядке. Я беспокоюсь».

Прикусив губу, Инга застыла, вперившись в экран.

Он был не прав. Вот, значит, как это называется. Трахать какую-то девицу в их новенькой, совместно выбранной двуспальной кровати — это, оказывается, «я был не прав».

А если не прав, то, наверное, лев.

Так вот откуда взялось «сходить налево»! Наверное. Может быть.

А может, и нет.

Какие же странные мысли временами приходят в голову.

«Я в порядке, — медленно напечатала Инга. — Не беспокойся».

Напечатала — и поняла, что почти не соврала. Воспоминания об увиденном еще ранили, теперь это был не ножевой удар, а всего лишь ментальный аналог разбитого об ступеньку колена. Да, больно. Да, хочется заплакать. Но жить можно. И даже, в общем-то, неплохо жить.

Решительно свернув окошко телеги, Инга открыла «Озон» — и рухнула в пучины безумия. Шторы и новое покрывало, полотенца и крохотные подушки-думочки, яркие, как фруктовые леденцы… Когда Инга опомнилась, корзина ломилась от бессмысленной, но совершенно очаровательной ерунды.

А какого, собственно, дьявола?

Теперь Инга — свободная одинокая женщина. И может тратить деньги так, как считает нужным.

Недрогнувшей рукой Инга тыкнула в кнопку «Перейти к оформлению».

Должны же быть в жизни хоть какие-то радости! На мужиков последнее время надежда слабая, но шторы-то точно не подведут.

На мгновение мелькнула дурацкая мысль позвонить Ярославу и рассказать ему о чудесных подушечках, но тут же исчезла. Во-первых, ни один психически сохранный половозрелый мужчина не будет всерьез интересоваться подушечками. А во-вторых, Ярослав не оставил Инге номера телефона. Он просто предупредил, что зайдет вечером — «посмотрит, чем сможет помочь».

А почему, кстати? Боится, что Инга станет его по пустякам дергать? А может, женат — и предусмотрительно избегает конфликта?

Да нет, ерунда какая-то. Был бы женат, не засиживался бы заполночь за чашкой кофе.

Некоторое время Инга обдумывала эту странность, а потом пришла к революционному выводу: нужно просто спросить! К дьяволу бесконечные загадочные недомолвки, к дьяволу намеки и предположения.

Инга, прости, я так виноват — но я думал, что наши отношения предполагают определенную степень свободы. Вот если бы мы были женаты…

К дьяволу всю эту чушь! Простой вопрос, простой ответ, а если кому-то что-то не нравится — пусть валит на все четыре стороны.

Вдохновленная собственной категорической решимостью, Инга сдернула с вешалки брелок с ключами. Краску для стен она выберет прямо сегодня — и прямо сейчас!

Пока категорическая решимость не кончилась.

— Вы уже выбрали, что будем смешивать? «Жасмин» или «Сугроб»? — с бесконечно-старательной вежливостью улыбнулся продавец.

— Я… Ну… Думаю, что «Жасмин». Он посвежее будет смотреться, правда?

— Конечно. Бежевые оттенки очень освежают комнату.

— С другой стороны, «Сугроб» более нейтральный. Серый, мне кажется, лучше с декором сочетается.

— Вы совершенно правы. Серые оттенки сочетаются со всем, — улыбка продавца окаменела, высеченная в граните.

— А вам какой больше нравится? — безнадежно спросила Инга. Конечно, ответ продавца не имел никакого значения. Что бы он ни сказал, Инга все равно продолжала бы листать палитру, бесконечно перетасовывая два цвета.

— Сложно сказать. Каждый оттенок хорош по-своему, — ловко уклонился продавец. Кажется, он хорошо знал эту игру и не собирался в ней участвовать.

Тяжко вздохнув, Инга подняла палитру, развернув ее к широкому панорамному окну, подставив под лучи солнечного света.

Может быть, все-таки «Сугроб»?

Или «Жасмин»?

«Жасмин», кажется, понежнее…

— Я вас оставлю, — мягко шагнул назад продавец. — Когда выберете, позовите меня — я буду вон там, за прилавком.

— Да-да, конечно, — рассеянно кивнула Инга, складывая вместе два листа палитры.

«Сугроб»? Или «Жасмин»?

Тихонечко застонав, Инга украдкой оглянулась — и аккуратно стукнулась лбом о стойку.

«Жасмин»? Или «Сугроб»?

Инга зажмурилась и набрала воздуха в грудь.

— Молодой человек! Подойдите, пожалуйста, сюда. Я выбрала.

— Отлично! — профессионально-жизнерадостно вскинулся продавец. — Что будем смешивать?

— «Опал».

Продавец удивленно вскинул брови, но сноровисто распечатал бадейку с краской и сунул ее в автомат. Стиснув до боли зубы, Инга обреченно ждала, когда таинственные процессы в недрах механизма закончатся, и, принимая покупку, выдохнула с облегчением.

Теперь пути назад не было.

Хотя, наверное, все-таки надо было выбрать «Жасмин». Да, «Жасмин» понежнее…

— Мне нравится, — уверенно кивнул Ярослав. — Намного лучше, чем было.

— Думаешь? — стянув перепачканную краской перчатку, Инга брезгливо отбросила ее в сторону.

— Уверен. В комнате сразу просторнее стало.

— Там еще один цвет был. Такой же светлый, но более бежевый. Может, его нужно было взять? — словно бы между делом спросила Инга — и затаила дыхание.

— Ну нет, конечно! Бежевый — это в дешевом мотеле.

— А сейчас не похоже на мотель?

— Сейчас просто отлично, — решительно одобрил Ярослав, и Инга расцвела счастливой улыбкой.

— Вот и я так подумала. Бежевый — это банально. Подвинь-ка, пожалуйста, вон ту тумбочку. Хочу за сегодня докрасить хотя бы эту часть комнаты.

Ухватив за столешницу тумбу, в которую тыкнула пальцем Инга, Ярослав легко поднял ее и переставил в центр кухни — туда, где уже громоздились стол, стулья и неловко сдвинутый боком посудный шкаф.

— Может, все-таки я сверху красить буду? — Ярослав с сомнением покосился на шаткую стремянку.

— Нет. Я легче, меня эта хреновина точно выдержит. А вот тебя — не факт, — решительно ухватив валик, Инга поднялась на две ступени, водрузив на пятачок навершия поддон с краской. — Ты с той стороны плинтуса скотчем обклей. У меня эта дрянь все время криво ложится.

— Как скажешь, — все еще с сомнением протянул Ярослав, но моток скотча все-таки взял и присел на корточки у стены. — Может, ты завтра меня подождешь? Не нравится мне твоя любовь к скалолазанию без страховки.

— Даже не знаю… — изобразила задумчивость Инга. — Вдруг ты не придешь? А я буду ждать, как дура. И день зря потеряю.

— Почему не приду? Приду, — удивленно посмотрел на нее снизу вверх Ярослав.

— Ну мало ли что — задержишься, дела какие-то, проблемы… Всякое в жизни бывает.

— У меня не бывает.

— Нет, если уж я тебя ждать буду — давай хотя бы телефонами обменяемся. Обещаю не дергать без повода, — сделала