Мерцание тумана - Аня Ома

– Спасибо.

Сенна – спасительница всех нас. Она наизусть помнит все блюда из меню и соответствующие им номера, что при забивании в кассу экономит массу времени. Времени, которое она использует, чтобы помочь другим. Без ее поддержки я бы здесь первые две недели не пережил.

– Разберешь мой почерк? Я слишком торопилась, извини.

Я забираю у нее бумажку и надеюсь обнаружить в ней заказ с девятого столика от Каллы, Лисы и Лео. Напрасно. Мне приходит в голову попросить Сенну взять этот столик на себя. Но потом я говорю:

– Да, все нормально. – И чувствую себя идиотом. Ведь если просить ее о помощи, то придется объяснять, зачем мне это нужно, а сейчас я не смогу.

Мы вместе идем к стойке. Я пропускаю ее к кассе первой и забиваю свои заказы после. На это уходит больше времени, чем обычно, потому что я дважды ошибаюсь. Калла совсем рядом, но нас хотя бы разделяет десяток метров.

– Яспер?

По крайней мере, я так думал.

Я замираю, прижав указательный палец к экрану кассы. Мне требуется два вдоха, чтобы вернуть себе способность пошевелиться, и еще один, чтобы придать лицу равнодушное выражение. Я поднимаю глаза, и все внутри – живот, грудь и чертово сердце – сжимается, потому что передо мной стоит Калла. В полный рост. Такая же красивая. Я вижу, как платье облегает ее формы, и сжимаю кулаки, чтобы не схватить ее и не обнять. Я хочу ее. По-прежнему хочу.

Черт.

Калла поправляет декольте и играет с кулоном цепочки, которую подарил не я. Мою она, наверное, выбросила несколько месяцев назад. Я ее понимаю, но легче от этого не становится.

– Есть минутка? – спрашивает она с осторожной улыбкой на губах.

– Чтобы принять ваш заказ? – с серьезным видом осведомляюсь я.

– Нет, гм-м… Я должна тебе кое-что сказать. – Она напряженно вздыхает. В чем бы ни собиралась признаться Калла, это ее, похоже, нервирует. И я не уверен, что хочу это слышать. Мне работать еще несколько часов, а я из-за нее и так совсем голову потерял. И еще большего смятения чувств я не вынесу. Только не сейчас.

– Извини, но ты не вовремя. – Я слышу, как грубо звучат мои слова, но ничего не могу поделать. К такому повороту я не готов. Ни морально, ни эмоционально. Когда я издалека увидел ее сидящей за столиком, у меня, по крайней мере, было несколько минут, чтобы взять себя в руки (хоть это и не слишком помогло). Но эта ее атака оказалась слишком внезапна.

– Это не займет много времени. Дай мне пять секунд.

– Ты здесь стоишь уже минимум двадцать секунд и отвлекаешь меня от работы.

Ее огромные темные глаза смотрят на меня так, будто я дал ей пощечину. Меня тут же накрывает чувство вины, я ощущаю себя последним мерзавцем. Вдруг ей нужна помощь? Вдруг ей нужен я, и она появилась здесь неслучайно?

– Ясно! Больше не буду тебя беспокоить. – Ее голос звучит раздраженно, и я вижу на ее лице разочарование. Она разворачивается, чтобы уйти, но я ее останавливаю.

– Подожди, я… Мне очень жаль. Я не это имел в виду. Просто… я не ожидал увидеть здесь тебя и… – Мне нелегко. Последнюю мысль я оставляю при себе.

Она вздыхает.

– Я тоже несколько иначе представляла себе нашу встречу, – признается она. Ее взгляд заставляет меня чувствовать то, чего я по идее больше чувствовать не должен. И не хочу. – Но я рада тебя видеть, Яспер. Как… как у тебя дела?

– Как могут быть дела у человека, которому приходится работать в субботу вечером? – говорю я, избегая прямого ответа. В том, что она полностью выбила меня из колеи, я ни за что не признаюсь.

– Прости, это было беспощадно с моей стороны, – сухо отвечает она. Ее губы трогает улыбка, но взгляд остается серьезным.

– Извинения приняты. – Я не менее фальшиво ухмыляюсь в ответ и поражаюсь тому, какой спектакль мы тут разыгрываем. Настоящее сейчас только напряжение в моей груди. И чем дольше она передо мной стоит, тем сильнее становится это чувство. – Калла, я… мне правда пора работать. Что ты хотела сказать?

Она делает глубокий вдох и сдавленно произносит.

– Я… я хочу устроиться сюда на работу, и в понедельник у меня пробный день.

Лучше бы на меня вылили ведро ледяной воды. Мое лицо вытягивается, и я не в силах на это повлиять. Я не знаю, как реагировать и что говорить, и в ужасе смотрю на нее. Понятия не имею, что она хочет от меня услышать.

– Если бы я знала, что ты здесь работаешь, я бы поискала другой ресторан, но… – Она пожимает плечами, словно извиняясь, а мои мысли мечутся со скоростью, превышающей частоту уходящего за сотню ударов пульса. – Я лишь хотела, чтобы ты знал: вполне вероятно, что мы скоро опять здесь столкнемся.

Понедельник. Это скоро наступит уже в понедельник. Когда мне удается поймать одну из своих мыслей, я понимаю, что именно я буду тем человеком, кому поручат ввести ее в курс дела. Я тревожно сглатываю.

– Все ясно. Спасибо за информацию. – Каким-то чудом мне удается говорить так, будто я вовсе не шокирован. Как, черт побери, я смогу о нас забыть, если она будет здесь работать?

– Кажется, ты не рад. Ты точно не против?

– Не похоже, чтобы у меня был выбор, не так ли?

Она прикусывает нижнюю губу и кивает. Хоть мы и давно не виделись, я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понимать: мой ответ ее ранил. Это доставляет мне болезненное удовольствие. Откровенно говоря, я не думал, что опять смогу причинить ей такую боль. Не исключено, что я ей вовсе не так безразличен, как она пытается показать.

– Тут уж ничего не поделаешь, Яспер. У меня квартира, и нужно платить аренду. Мне нужна эта работа.

Вопрос о том, где она живет, одна или с кем-то, вертится у меня на языке. Но ее жизнь уже давно меня не касается, и я проглатываю этот горящий словесный ком.

– Тебе не нужно передо мной оправдываться. Если хочешь здесь работать – работай. А не хочешь – не работай, – говорю я и пожимаю плечами, хотя мне плохо от одной только мысли, что я буду ее обучать. Мне придется объяснять ей кассовую систему, работу с картами и остальные нюансы. Все это можно объяснить, только находясь рядом.

Может быть, я смогу отвертеться, и Штефан выберет на роль ее наставника кого-то другого.

– Ладно-ладно, – говорит она, снова играя с цепочкой. – Тогда до скорого.

– То есть ужинать вы не будете? – Я указываю подбородком на ее столик.

– Почему же, будем. Дай мне… нам еще пять минут, – говорит она, разворачивается и уходит.

7

Яспер

Прошлое

Я едва