Опасный розыгрыш - Ферн Майклз

– Да, – он грустно кивнул. – Ваша мать очень дорожит им, поэтому всегда держит при себе.

– Вы хотите сказать, что не смогли добраться до ожерелья, а то бы продали и его? – Тори смело смотрела в глаза отцу.

Лорд Ролингс поежился от резкого тона. Или от того, что дочь угадала правду?

– Вы согласитесь на брак? Пожалуйста… Тори утвердительно кивнула. В этот момент она решила дать любое обещание. Надо выиграть время и все обдумать. Впереди целая ночь.

– Дайте слово, что не позволите себе никаких проделок, иначе запру вас в спальне. Дайте слово, Виктория, – повелительно потребовал лорд Ролингс. – Слово христианки.

– Отец, позвольте напомнить, что я уже не ребенок и не хочу, чтобы со мной обращались как с маленькой девочкой. Слова я не дам. Придется принять меня такой, какая есть. Я не собираюсь препятствовать вам в устройстве свадьбы. Это все. Теперь извините, хочу пожелать маме спокойной ночи.

«Маленькая плутовка, у нее что-то на уме, – подумал лорд Ролингс. – Надо приказать слугам, чтобы не спускали с нее глаз. Но ей не удастся расстроить мои планы, слишком поздно». Он налил себе стакан вина и сидел, размышляя о замужестве дочери и скором богатстве. Кончатся все несчастья… Появятся внуки… Подумав о возрасте лорда Сиднея, он поправил себя – счастье семейной жизни не только в детях. К тому же, если они пойдут в Тори, может быть, лучше их вообще не иметь.

* * *

Тори медленно поднималась по лестнице, сердце бешено колотилось. Девушка вошла в спальню леди Лидии и тихо подошла к огромной кровати, на которой в полудреме лежала мать.

– Мама, можно взглянуть на ваше свадебное ожерелье?

– М-м-м… да, – сонно ответил детский голосок.

Тори взяла кожаный футляр, где лежало ожерелье, поднесла к горящей у кровати свече, вынула драгоценность и залюбовалась ее теплым лучистым сиянием.

– Мама, вы собираетесь когда-нибудь подарить мне это ожерелье?

– Гм-м-м…

– Тогда разрешите, пожалуйста, взять его сейчас и распорядиться по своему усмотрению. Слышите, мама? Я возьму ожерелье, ладно? Раз мне предстоит выйти замуж, я хотела бы иметь его.

– Да, да, – раздался полусонный голос.

– О, благодарю вас, – воскликнула Тори и запечатлела нежный поцелуй на бледной щеке матери. – Вы спасли мне жизнь!

– Вот и прекрасно, дорогая, – леди Лидия плотнее закуталась в одеяло.

Тори на цыпочках вышла из комнаты, испытывая угрызения совести.

Вернувшись в свою комнату, она присела на маленький диванчик у камина. Двойная дверь, ведущая на балкон, была открыта, легкий сентябрьский ветерок проникал в комнату, принося запах опавших листьев.

Тори положила сверкающее ожерелье на столик у дивана, рядом сложила свои украшения. Это должно окончательно убедить Грейнджера в необходимости оказать ей помощь. Мысль, что он может отказаться, не приходила в голову. За деньги Грейнджер сделает все. Тори ни минуты не сомневалась, ведь он на грани нищеты. Бедный Грейнджер, вынужденный жить в доме своей тетки и полностью зависимый от милости лорда Ролингса.

Когда кузену исполнилось пятнадцать лет, его родители погибли при кораблекрушении у берегов Испании. Сэр Лапид, отец Грейнджера, был удачливым капитаном и кораблестроителем, неплохо зарабатывал на импорте и экспорте. Однако, пираты и налоги значительно убавили его состояние. Тогда Сэр Лапид решил попытать счастья в Северной Африке. Грейнджер остался в Англии – ему нужно было учиться – и ожидал возвращения родителей. Леди Сильвия умолила мужа разрешить ей сопровождать его на новеньком корабле. После долгих споров и препираний сэр Лапид согласился. Но корабль в Гибралтаре попал в шторм, и Грейнджер лишился отца, матери и наследства. Все, что имел сэр Лапид, было вложено в Северо-Африканское предприятие. Когда имение было заложено и долги уплачены, у Грейнджера осталось лишь небольшое пособие, которое выплачивалось раз в год и было едва ли достаточным, чтобы свести концы с концами.

С тех пор лорд Ролингс взял на себя заботу о судьбе племянника. Если говорить правду, этот добрый джентльмен любил молодого человека, хотя ворчал иногда, что парень слишком непоседлив и безответственен, негодовал, когда юноша забивал голову кузины всякими россказнями о разбойниках и прочих страшных происшествиях. Лорд Ролингс часто обвинял бедного Грейнджера в необузданных фантазиях Тори и ее непослушании.

Не успела Тори положить ожерелье в коробку, а свои безделушки в карман, как раздался легкий стук в дверь.

– Войдите, Грейнджер, – позвала она приветливо.

Тот осторожно переступил порог, с опаской озираясь по сторонам.

– Идите сюда, кузен, присаживайтесь, – Тори показала на место рядом с собой. – Я вас не укушу. Полно, не робейте, – она старалась угадать его настроение. – Мы ведь родственники и можем обойтись без излишних церемоний. Садитесь же, Грейнджер, прошу вас.

Молодой человек осторожно присел на край дивана, готовый к бегству в любой момент.

– Ладно, кузина, давайте скорее покончим с этим, я уже говорил, что страшно устал сегодня.

– Дорогой Грейнджер, если дело только в этом, я тотчас же расскажу, зачем вас пригласила. Я попала в затруднительное положение. Уверена, вам известно намерение отца выдать меня за лорда Фаулер-Грина, – Грейнджер кивнул. – А знаете ли вы, что у отца много долгов и после их уплаты денег на жизнь почти не останется?

Грейнджер не мог скрыть удивления, разговор начинал ему не нравиться.

– Это означает, что вам придется искать другое пристанище и другой источник карманных денег. Родители заколотят этот дом и переедут в загородный. Там меньше расходов, но не будет места для вас, – многозначительно произнесла Тори.

– Но… Но…

– Мне очень жаль, но именно так обстоят дела. Искренне хотела бы помочь… но как?

– Есть один способ, дорогая кузина, – Грейнджер намеренно сделал ударение на слове «дорогая». – Когда вы выйдете за лорда Фаулер-Грина, я перееду жить к вам.

– Грейнджер! – Тори была шокирована. – Я не могу этого допустить! Лорд Фаулер-Грин не захочет поселить вас в своем доме. Он ведь покупает только жену, а не всех ее бедных родственников в придачу. Подумайте, кузен, как это будет выглядеть! Вы, конечно, шутите!

Грейнджер прикидывал, насколько искренне возмущение Тори.

– Вы правы, я пошутил, – мрачно произнес он; Тори в душе ликовала – бедный мальчик так расстроен, что не может разглядеть ее проделки. – Но что же со мной будет? Не идти же просить милостыню?

– Могу посоветовать лучший план. Например, почему бы вам не присоединиться к Скарблейду и его людям? Ваши познания могут им пригодиться. Мне действительно очень жаль вас, дорогой кузен.

– Не тратьте на меня свое сочувствие. У меня есть голова на плечах, я проживу. Но вы, бедная кузина… Что у вас есть кроме хорошенького личика и изящной фигурки? Когда лорд Фаулер-Грин узнает ваш несносный характер, недостаток воспитания и умения в искусстве ведения хозяйства, он будет держать вас взаперти и постесняется вывозить в общество. Вы осрамите его на всю Англию.