Инопланетная красавица - Руби Диксон

— Этот.

— Ты не должен это делать, — говорю я, смущаясь.

— Я знаю.

Ну и дела. Не «Я делаю это, потому что хочу» или «Я хочу увидеть тебя голой». Ничего, кроме «Я знаю». Если раньше и был шанс, что я ему нравлюсь, то теперь он мертв. Не нужно притворяться скромняшкой или стесняться раздеваться перед ним. Для него это как очередной день в офисе. Со вздохом я спускаю свою ночнушку, и, когда она падает на пол, перешагиваю через нее. В отличие от Варрика я не остаюсь абсолютно голой: на мне трусики и лиф-бандо, которые специально для меня сшили портные. На самом деле, почти как купальник. Что может быть еще откровеннее?

Он дает мне тунику, практически бросая мне ее в лицо, и уходит.

На секунду я не могу сдержать раздражение от того, насколько он высокомерен, но затем перебарываю себя и надеваю тунику. Не думаю, что ему есть дело до того, в купальнике я или нет. Нахмурившись, я снимаю лифчик, чтобы он не был виден в глубоком декольте. Чертов высокомерный лорд. Я сую руки в длинные рукава с вышивкой и тянусь к автозастежке сзади. Как я ни стараюсь, я не могу дотянуться до нее. В ней предусмотрен сложный набор шнурков, которые должны заплестись вдоль моего позвоночника, если я все же смогу дотянуться до чертового переключателя, чтобы запустить его. Промучившись приличное время в шкафу, я выхожу и умоляюще смотрю на Варрика.

— Ты не поможешь мне, раз мы не будем звать Алдара? Я не могу дотянуться до застежки.

Варрик коротко кивает и подходит ко мне. Он не смотрит на меня, и я начинаю волноваться, не обидела ли я его как-то. Этого мужчину сложно понять, что очевидно, раз он постоянно среди этих чопорных дворян и должен уметь держать лицо, но мне правда, правда хотелось хотя бы намек на его истинные чувства ко мне.

— Повернись, — тихо говорит он, подходя вплотную.

Я повинуюсь, приподнимая волосы, чтобы они не зацепились за автозастежку.

Я слышу, как он резко вдыхает, и прежде чем я успеваю осознать, его большая рука скользит от шеи вдоль моего спины, еле касаясь.

Оу.

Мои соски моментально твердеют, дрожь пробегает по моему телу. Если я и хотела знак, то это он. Он все еще хочет меня.

Я слишком этому радуюсь. Я жду, когда он снова прикоснется ко мне, когда его пальцы проберутся ниже, заставляя наряд упасть к моим ногам, и он сможет рассмотреть мое тело во всех деталях. Вот почему он не хотел смотреть в мою сторону? Он пытался быть джентльменом, пока я раздевалась у него на глазах? Но он тоже разделся прямо передо мной… или он надеялся, что и меня захлестнет похоть?

Вполне возможно, что все это время я неправильно понимала его действия, и одна эта мысль делает меня настолько счастливой, что мне хочется смеяться.

Вместо этого я жду, в полном напряжении. Давай же, сделай это — молю я про себя. Прикоснись ко мне. Дотронься.

Раздается тихий визг, и автозастежка затягивает платье на моем теле.

Черт.

Я оборачиваюсь и смотрю на него.

— Спасибо.

Его губы сжаты в твердую линию, а на его лице нечитаемое выражение. Я подозреваю, что это все напускное, и мне хочется стереть эту жесткость с его губ поцелуем. Ему все время приходится держать себя под строжайшим контролем, а мне просто хочется облизать его всего с ног до головы и сводить с ума. От этой мысли по телу пробегает очередная дрожь.

Варрик хмурится еще больше.

— Тебе холодно?

— Просто думаю о вечеринке в саду, — лгу я. — Не знаю, как смогу справиться с таким количеством веселья.

Его рот дергается в улыбке.

— Такие приемы предназначены для заведения связей и заключения союзов между домами. Не уверен, что веселье вообще есть в повестке дня.

Я строю гримасу.

Варрик одаривает меня своим фирменным ледяным взглядом, но все еще не двигается с места, чтобы надеть ботинки или зачесать свои длинные волосы в обычную прическу. Возможно ли, что он тоже не хочет идти? Интересно, смогу ли я уговорить его остаться здесь. Одна мысль о том, чтобы провести еще один прекрасный день в окружении этих высокомерных стервятников, заставляет меня кричать. Конечно, могло быть и хуже… но могло быть и намного лучше.

Поэтому я решила попробовать его убедить.

— Варрик, а нам обязательно идти? — Я часто замахала ресницами, стараясь выглядеть невинно и мило. — Ты же знаешь, что они все меня ненавидят.

— Но ты со мной, поэтому им придется тебя терпеть, — говорит он с холодным выражением лица. — Кто-то сказал тебе что-то?

— Им и не нужно. Это видно по их лицам. То, как со мной обращаются. Они либо игнорируют меня, либо смотрят как на пыль под ногами. — Я качаю головой, а затем импульсивно тянусь к его руке. Часть меня ждет, что он отстранится, и когда он этого не делает, я не могу сдержать радость. Я сжимаю его большую руку в своих маленьких. — Я знаю, что тебе нравится моя компания, но… я не думаю, что это хорошая идея.

Он замирает.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, что я имею в виду, — говорю я. — Мое постоянное присутствие рядом с тобой вызывает всевозможные проблемы.

Он прищуривается.

— Какие, например?

Я раздраженно смотрю на него, вскинув руки вверх.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Ты ходишь на все эти вечеринки, чтобы пообщаться и заключить всевозможные сделки с другими дворянами, верно? Но так как я с тобой, они относятся к тебе как к изгою. Они сторонятся тебя. Они шепчутся о тебе. Я все это замечаю. Я тебя позорю. — Я кусаю губу. — Из-за меня ты теряешь лицо. Думаю, мне лучше не идти.

— Ты моя спутница…

Я разочаровано вздыхаю, потому что он все еще не слушает.

— Тебе нужно избавиться от меня, Варрик…

— Никогда.

Слово настолько решительное, что я замолкаю. Я удивленно смотрю на него, подмечая, как его хвост беспокойно щелкает под мантией, а руки сжимаются в кулаки.

— Ты не сможешь заключить ни одного союза из-за меня, Варрик. Я им не нравлюсь…

— Мне плевать, что им нравится.

И снова его слова ставят меня в тупик, я никогда не видела его таким злым. Он теряет хладнокровие, и я прямо вижу, как под этой торжественной туникой он закипает от гнева. Не на меня — на остальных.

Это настолько чертовски сладко,