Притворись моим рабом - Лали Аморале

знаю, касалось ли это всех женщин верхнего уровня, но эта точно не стеснялась своего тела. Короткая черно-белая юбка открывала полностью ноги и часть ягодиц, а грудь была прикрыта такими же черно-белыми полосками, лежащими крест-накрест. Я отвел взгляд: всё же видеть такое количество голого женского тела было непривычно.

Мы почти дошли до номера Риты, когда Моретт заявила:

- Пообщайся с рабами, а я возьму на себя их хозяек.

- Если я правильно помню, то Борк сказал, что в нашей паре главных нет. Так с какого хрена ты раздаешь мне указания? - спросил как можно тише.

Она остановилась и резко повернулась ко мне, снова обдавая ароматом цитруса и хвои.

- С такого, что пользы от тебя пока особой нет. Может, хоть тут толк будет.

- Да ну? - я наклонился к ней ближе. - А напомни, почему мы поперлись на эту вечеринку?

Моретт заткнулась, а я продолжил:

- Потому что я указал на эту пару. А вот что полезного сделала ты?

- Вы только посмотрите. Словно и не раб вовсе, а самый главный.

Мы с Моретт напряглись, а потом повернулись на красивый мелодичный голос. Женщина из пары номер восемь смотрела на нас с насмешкой, покусывая указательный палец. У нее были волнистые волосы насыщенного темно-красного цвета, которые доставали почти до бедер. Плавной походкой она подошла к нам.

- Дорогая, - женщина обратилась к Кобре, - у меня для таких, как твой раб, есть специальный прибор. Я называю его укротителем строптивых. Действует безотказно.

Она полезла в маленькую сумочку, перекинутую через плечо, и достала что-то, похожее на короткую указку. Моретт взяла штуковину и благодарно кивнула:

- Спасибо, обязательно устрою ему взбучку перед сном.

Она пихнула меня в плечо, подталкивая к дверям номера Риты, но женщина преградила нам путь.

- Хотелось бы посмотреть на это. Вечеринка Риты как нельзя лучше подойдет для подобного представления. Не люблю, как женщины ведут себя как тряпки и позволяют рабам повышать на них голос. Но ты, я думаю, не из таких? - она коварно улыбнулась.

Я опустил голову ниже, чтобы взгляд не выдал меня. Что за хрень красноволосая дьволица передала Моретт?!

Глава 9

Рашель

Вот ведь адова стерва! У нас совершенно не было времени на всю эту ерунду. Если бы Зейн снова не устроил разборки на пустом месте, мы бы уже занимались делом. С другой стороны... холеная сучка тоже часть этого дела. Я повернулась к девушке и широко улыбнулась:

- А это неплохая идея!

- Меня зовут Ишида, - она грациозно протянула руку. - Мой раб Тумаини приходит в себя после полосы препятствий, так что сегодня я совершенно одна.

- А я — Клементина. Что ж, не дадим друг другу заскучать. Афель, за мной.

Я махнула головой в сторону номера, и Зейн с угрюмым видом шагнул следом. Он подозрительно посматривал на штуковину в моих руках, но я и сама до конца не понимала, что это и как работает. Ишида подхватила меня под руку и по-дружески прижалась:

- Это импульсатор. Я приобрела его у одного известного на «Мэджике» работорговца, - ее мелодичный голос переливался как искусственные водопады нижнего уровня. - Он держит в постоянном напряжении и не дает получить разрядку. Идеальное наказание для спесивых рабов.

Она поиграла бровями и толкнула дверь номера Риты. В лицо сразу ударил запах эфирных масел и разгоряченной кожи. Я поморщилась — от резких ароматов синтезированных масел наверняка начнет болеть голова.

- Ишида, дорогая, - из боковой комнаты выплыла Рита и чмокнула гостью в щеку. - Клементина, добро пожаловать.

Она поздоровалась со мной, но смотрела при этом исключительно мне за спину. Ишида наклонилась к ней и что-то прошептала на ухо. Та в ответ улыбнулась, по-прежнему не сводя с Зейна плотоядного взгляда, и показала большим пальцем себе за спину. Пока эти жаба с гадюкой пытались поделить между собой моего ненастоящего раба, я бегло осмотрела помещение. Номер оказался раза в три больше нашего, а значит, Рита была уважаемым гостем на «Мэджике». Спроста ли? Быть уважаемым гостем на станции означало быть не очень законопослушным гражданином.

Мы подошли к какой-то странной конструкции, напоминавшей узкий и длинный стол. По углам стола и по центру крепились ремни, которые, судя по всему, служили для того, чтобы удерживать человека. Я покосилась на Зейна, с трудом сдерживая злорадную улыбку. Уверена, мамочка с папочкой на него даже голос никогда не повышали, не говоря уже о серьезных наказаниях. Возможно, пришло время преподать капитану урок хороших манер?

- Ложись, - махнула я подбородком на приспособление.

Ишида по правую руку от меня облизнулась и потянулась к одному из ремней.

- Можно я привяжу его? - спросила она, не глядя на меня.

Вот уж хрен тебе, стерва красноволосая! Я тут себе буквально жизнь выкупаю. После такого капитан лишний раз подумает, прежде чем делать мне какую-нибудь подлянку. Я ведь могу и проболтаться. Я вежливо, но твердо убрала ее руку, а потом отодвинула девушку бедром.

- Нет. Я сама.

Зейн не без колебаний лег на стол.

- Вытяни руки над головой.

Сверкнув глазами, капитан медленно поднял руки, а я наклонилась к нему, чтобы пристегнуть ремни.

- Ты сам виноват, - прошептала на ухо, - не надо было устраивать разборки на виду у всех.

Он ничего не сказал, да мне и не надо было. За эти дни я прекрасно научилась без слов понимать все нелестные выражения в свой адрес. Зафиксировав оба запястья, я медленно провела по бицепсу, исключительно чтобы позлить Зейна, но совершенно не к месту вспомнила поцелуй. То, что обязано было стать самой противной вещью во вселенной, не вызвало никаких негативных эмоций. По крайней мере, до того момента, пока щенок не заговорил.

Я выпрямилась, замечая, что взгляд капитана прикован к моему рту. Похоже, не только я подумала о том, что произошло после полосы препятствий. Ноги постигла та же участь, что и руки, а центральный ремень Ишида посоветовала не крепить, заверив, что так гораздо веселее. Зейн тяжело дышал, видимо, с трудом сдерживая ярость, а меня вдруг охватил непонятный азарт. Интересно, он так бесился из-за потери контроля или потому что мои прикосновения были ему не так уж и не приятны?

Я