Дерзкий обман - Донна Флетчер

– Разве это не празднование победы? – спросила Фиона, останавливаясь перед Тарром и оглядывая пустой зал. – Я ожидала увидеть тебя на помосте окруженным твоими людьми, поднимающими кружки в знак триумфа, а ты сидишь за общим столом всего лишь с одним сотрапезником.

– Она говорит то, что думает, – сказал сотрапезник Тарра с искренним смехом.

– А ты кто? – спросила Элис с открытой улыбкой.

– Мое имя Керк, – поднявшись, представился мужчина, словно отвечал урок.

Тарр добавил:

– Керк – новоявленный отец и мой добрый друг.

– Как замечательно! – воскликнула Фиона и громко хлопнула в ладоши. – И кто же родился – сын или дочь?

Керк усмехнулся, выпятил широкую грудь, и на его полном лице засияла гордая улыбка.

– Сын.

– Желаю ему доброго здоровья и счастья, – искренне сказала Элис.

– Кого мне за это благодарить? – спросил Керк, поддразнивая их обеих.

– Выбор за тобой – Фиону или Элис, – ответила Элис.

– Тогда я благодарю обеих и надеюсь получше познакомиться с вами. – Керк взял яблоко из миски на столе. – Мне пора идти. Приятного ужина и доброй ночи вам всем.

Теперь, после ухода Керка, Тарр остался один на один с сестрами. Он дал указание слугам не беспокоить его. Стол был уставлен блюдами и мисками с едой и кувшинами с элем и вином. Приглашая двойняшек на ужин, Тарр полагал, что девушки устали после тяжелой дороги. Однако в усталости было и преимущество: Тарр надеялся, что одна из них дрогнет и он одержит вторую победу за сегодняшний день.

Фиона и Элис сели на скамью напротив него.

Он заметил, что они обе щедрой рукой положили еду на свои тарелки, и сам наполнил вином их кубки.

– Лейт сказал мне, что вы поселились с кланом Макэлдеров десять лет назад, когда вам было по одиннадцать лет, – начал разговор Тарр.

– Отец Лейта Тэвиш был братом нашего отца. Когда дядя Тэвиш приехал на похороны отца, наша мать сообщила ему о своей болезни. Он обещал ей, что не оставит нас и вырастит, как собственных детей, – объяснила Фиона.

– Дядя Тэвиш приехал за нами пять месяцев спустя, – добавила Элис и переключила, разговор на Тарра. – Нам было грустно узнать о недавней кончине твоего отца.

– Мне будет его не хватать. Он многому научил меня.

– А твоя мать? – спросила Элис. – Что с ней?

– Уже год, как ее не стало. Она была любима всеми, и все остро ощущают ее отсутствие.

– У тебя есть братья и сестры? – спросила Фиона.

– Нет, я единственный ребенок.

– Почему ты хочешь иметь именно сыновей? – напрямик спросила Фиона.

– Моя кровь и имя моего клана будут жить в моих сыновьях и сыновьях моих сыновей.

– А что, если родятся дочери? – быстро поинтересовалась Фиона.

– Я уверен, что у меня будет много сыновей.

– А если твоя жена с этим не согласится? – хмыкнула Фиона.

– Хорошая жена сделает так, как хочет муж.

– Я рада, что ты не сказал «покорная жена», – нашлась Фиона и подцепила ножом кусок сыра.

– Тебе пора пойти и взглянуть на Рейнора, – напомнила Элис, разрезая яблоко.

Фиона покачала головой:

– Сейчас твоя очередь.

– Я уже уделила ему достаточно времени. Тарр поднял руку:

– Остановитесь. Одна из вас уйдет, и мне все равно, кто это будет. Только прекратите ваше лицедейство. На сегодня достаточно. Я сыт им по горло.

– Пойду я, – недовольно буркнув, согласилась Элис, взяла кусок яблока и поспешила к выходу.

– А ты будешь хорошей женой? – спросил Тарр, возвращаясь к теме их беседы.

– Только для мужа, которого полюблю.

– Любовь – это женские фантазии. – Тарр подался вперед, упершись локтями в стол, будто готовился защищаться. – Барды сочиняют поэтическую чепуху о любви, менестрели поют о ней без конца, а женщины по своей глупости ждут рыцарей. Я же предпочитаю женщин основательных, отважных и обладающих чувством чести. Мне нужна женщина, которая будет стоять со мной рядом плечо к плечу во время битвы, если это от нее потребуется, женщина, способная родить мне прекрасных сыновей, чтобы вместе мы могли построить нечто вечное.

– А как же любовь?

– Любовь – это мужество остаться на всю жизнь друг с другом.

Фиона всплеснула руками:

– Так ты поэт?

– Не оскорбляй меня, – усмехнулся Тарр.

– Я просто говорю правду, как и ты. Ты же не скрываешь, чего ищешь в жене.

Тарр заметил, как засверкали ее зеленые глаза, потом в них засветилась нежность. Ее быстрые реплики означали, что она не боится и готова принять вызов, а ее от природы алые губы будто приглашали поцеловать их.

– А какую пользу может принести такой союз! – сказал Тарр.

– Должно быть, у тебя большой выбор.

– Тебе интересно узнать, выбрал ли я тебя первую? – поддразнил ее Тарр и увидел, как сверкнули зеленые глаза.

– Фиона – это лучший выбор, – быстро нашлась она. Тарр рассмеялся:

– Ты и в самом деле права. Из всех кланов и всех девушек, которых они предлагали мне в жены, Фиону единственную я счел подходящей для меня женой. Ее репутация широко известна.

– Какая репутация?

– Я слышал, что она искусная наездница и талантливая охотница. Она владеет всеми видами оружия так же хорошо, как мужчины, или даже лучше. Она защищает свою сестру, как лев защищал бы своего детеныша. И я понял, что Фиона будет защищать своих детей, не щадя собственной жизни, а это именно такая женщина, которую я хотел бы видеть матерью своих детей.

– Это все байки. В них может не быть и слова правды.

– Нет, я слышал достаточно, чтобы понять, что это правда. – На лице Тарра медленно расцвела улыбка. – Особенно мне понравилась история о юноше по имени Эдвард, вызвавшем Фиону на состязания по стрельбе из лука. Он хвастался, что выиграет их и в этом случае получит в жены Элис.

– Он был глуп.

– И, насколько я слышал, попал в затруднительное положение. Похоже, что Фиона разбила его в пух и прах, а он по глупости обвинил ее в плутовстве.

– И потому Фионе пришлось задать ему такую трепку, что она чуть не вышибла из него дух.

– Люди вашего клана рассказывали эту историю с воодушевлением и гордостью. Мужчины показывали, как она тузила его кулаками, как Эдвард оказался распростертым в грязи с разбитым носом, и тогда Элис пришла ему на помощь и стала за ним ухаживать.